Отбор с осложнениями

Рядом громко зевнула Бригитта, и Эмма снова вспомнила о намерении обучить подопечную манерам. Пусть цветохрон и избавляет ее от необходимости прикрывать рот, все‑таки будущая правительница не должна вести себя столь вопиющим образом.

Стоило подумать об этом, как опасения Эммы подтвердились. Идущая чуть впереди высокая брюнетка с прекрасными миндалевидными глазами цвета охры, обернулась и уточнила излишне громко:

– Вам скучно, леди Дракхайм? В вашем графстве, как мы понимаем, время проводят гораздо веселее?

Слава всем святым, Бригитта не успела ответить. Вмешалась судьба в лице Миланы Фонжевьен:

– А что же хорошего в розах? – поразилась девушка. – Они ужасно колючие и так сладко пахнут, что часто доводят до головных болей. Да еще и количество лепестков на цветке всегда очень неудачное, если вы не обращали внимание. Вот провели бы нас к озеру Хрустальной Надежды – это стало бы чудом из чудес!

– Озеро, у которого может прогуливаться лишь королевская семья, – закивала шатенка слева от Эммы.

– Говорят, воды его спокойны даже в самый сильный ветер, – добавила Амалия Стетхейм, – и прозрачны, как слеза младенца.

Глаза Амалии слегка припухли,  но девушка все еще была здесь, и Эмма сгорала от любопытства – так ей хотелось узнать, какой вопрос довел блондинку до слез, и почему она не уехала вместе с двумя другими конкурсантками. В другой ситуации она была бы не против подружиться с Амалией, но сейчас ей хотелось избавиться от нее как можно скорее! Даже с заплаканными глазами она напоминала печального ангела.

Бригитта прошла вперед, загородила своими широкими плечами Амалию, а заодно и еще двух невест, повернула голову в сторону и задумчиво почесала грудь.

– А с западной стороны к нему прилегает болото, моя нянюшка рассказывала о нем столько сказок! – скороговоркой ввернула свое Милаша, счастливо улыбаясь. – Именно там, говорят, к первой королеве Юрингем явилась святая Селена, подарив ей артефакт, способный возбуждать любовь! И до сих пор там живут ее помощники, готовые спасти разбитое сердце отчаявшейся леди!

После конкурса Милаша переоделась в свободное клетчатое платье, довольно простенькое, но милое, а светлые выгоревшие волосы заплела в две косы и скрутила их баранками над оттопыренными ушками – прямо как пастушка на лугу. Ее менталистка держалась рядом, но больше не затыкала ей рот, по‑видимому, решив, что сейчас от болтовни Милаши не будет вреда. Ирэна  Воблер выглядела довольной, словно сытая кошка, снисходительно поглядывающая на мышек, и Эмма невольно задумалась – что тому причиной. То ли Ирэна рада, что ее подопечная прошла первый конкурс, не рассказав про поцелуи с языкастым Лиамом, то ли здесь что‑то еще…

Остальные невесты, узнав об озере, умолкли,  переглядываясь друг с другом, а их сопровождающий развел руками, виновато ответив:

– К сожалению, прогулку у озера предварительно должен одобрить его высочество. Но, смею напомнить, сегодня вы приглашены в роскошный сад роз! И вот, собственно, он сам!

Мужчина первым вошел через распахнутые двустворчатые двери. Эмма сразу ощутил невероятно сладкий нежный аромат, обволакивающий со всех сторон, а после и увидела… Множество роз… Белые, оранжевые, красные и черные! Они собирались вместе, преобразуясь в лабиринт, за цветущими стенами которого порой можно было скрыться с головой.

– Чудесно!

– Прекрасно!

– Восхитительно! – послышалось со всех сторон от невест.

– Это поразительно! – высказалась и Эмма, украдкой толкая Бригитту локтем в бок. – Никогда не видела ничего красивее!

– Ах, как мило, – пробормотала леди Дракхайн, осматриваясь по сторонам. Прищурившись, она обернулась к замку, а затем, приставив руку в виде козырька ко лбу, всмотрелась в сторону того самого озера, о котором упомянула Милаша.

– Красиво, да? – поняла ее Эмма. – Я и сама не отказалась бы там прогуляться.

Невесты разбрелись по лабиринту, и Эмма взяла Бригитту под руку. Леди Дракхайн хмурилась и выглядела напряженной, постоянно оглядываясь и будто прислушиваясь к чему‑то.

– Ты любишь цветы, Бригитта? – спросила Эмма. – В вашем графстве принято дарить женщинам букеты?

– Да, – коротко ответила невеста, вновь останавливаясь и глядя куда‑то поверх кустов.

– За тобой ухаживал кто‑нибудь? – не отставала Эмма.

Бригитта молчала, громко сопя под цветохроном.

– Нет, – сказала она наконец, и Эмма отвела взгляд.

Бедная девушка! Эмма уже составила картину ее жизни: вечно занятая мать, которая то рожает, то управляет порядком в замке, суровый отец и восемь братьев. Откуда Бригитта могла научиться женственности? Она просто без понятия, что это такое. А теперь, оказывается, у нее ни разу не было поклонника. С этим надо что‑то делать…

– Ты, верно, даже не знаешь, как вести себя с мужчинами… – пробормотала Эмма.

Вместо ответа Бригитта неожиданно дернулась и, резко повернувшись в сторону особенно высоких кустов, рванула в узкий проход между ними. Эмма растерянно замерла, гадая над странным поведением подопечной, когда услышала сдавленное хрюканье и хриплый, но до боли знакомый голос:

– Отпустите! Я буду жаловаться… Вы не имеете права!

Эмма бросилась на зов и вцепилась в сильные руки Бригитты, попросив:

– Не надо так, леди Дракхайн! Он здесь не со зла… Это… это…

– Я ее жених! – подпрыгнув на месте и едва не оставив в руках Бригитты лацканы своего сюртука, Свейн Тибрих яростно добавил: – Вам выделили телохранителей?! Скажи ей, что я не опасен! Переведи ей, Эмма! И пусть немедленно извинится и покинет нас.

– Но Свейн…

– Пошла вон, эй! – не сдавался кузен, глядя на Бригитту исподлобья. – Откуда только набирают таких…

Леди Дракхайн усмехнулась и сложила руки на могучей груди.

– Эй, я тебе говорю, громила, – Свейн пощелкал пальцами перед глазами Бригитты. – Уйди и оставь меня наедине с моей прекрасной, очаровательной кузиной.

– Моя твою понимайт, но никуда не пойти. Ты пойти сам. В сад, – сказала Бригитта с нарочитым акцентом.

Эмма открыла рот, да так и застыла, совершенно сбитая с толку.

Свейн же закатил глаза и, фыркнув, полез за мешком с медяками:

– Сколько? – прямо спросил он. – Сколько ты хочешь за то, чтобы оставить меня и мою невесту наедине.

Бригитта посмотрела на Эмму. Та захлопнула рот и прикусила нижнюю губу, тщательно подбирая слова для извинений перед горянкой и нравоучений для жениха.

– Три пено хватит я надеюсь? – усмехнулся тем временем Свейн, подбрасывая на ладони монетки и протягивая их леди Дракхайн.

Эмма кинулась к нему, сжала его пальцы в кулак, пряча злосчастные монеты, и с отчаянием посмотрела на Бригитту. Гордая леди Дракхайн наверняка сейчас оскорбится до глубины души…