Отбор с осложнениями

Она поймала на себе взгляд менталистки, которой досталась та самая прекрасная блондинка, и улыбнулась почти искренне.

– Мира Свон. Кажется, так вас зовут? – обратилась Эмма к ней.

– Верно, – ответила та. Синее платье менталиста сидело на ней как влитое, очевидно, его шили на заказ.

Темные волосы, собранные в пучок, удерживал обычный карандаш. Чистая кожа, яркие карие глаза, доброжелательность и участие льются свободным потоком, так что Эмме даже захотелось придвинуться ближе, чтобы погреться в чужом тепле. – А вы?

– Эмма Эжени. Вы уже работали на отборе?

– Да, это третий. Первый был для герцога Вернхолльского. Второй – в Эларии. И вот теперь королевский дворец.

Она улыбнулась и с нежностью посмотрела на блондиночку. Та аккуратно пилила ножиком спаржевую фасоль. Крохотный кусочек исчез в розовом ротике. Эмма покосилась на тарелку Бригитты, где стопка отбивных таяла на глазах.

– Вы знаете, какое испытание будет первым? – спросила Эмма, подавив поднявшуюся волну зависти.

– Как обычно – вопросник, – ответила та без запинки. – Это чистая формальность. Знакомство с невестами.

– Разумеется, – покивала Эмма и с тоской посмотрела в свою тарелку. Есть снова перехотелось.

Первый конкурс уже завтра, и лучше бы подготовиться. А пока что она сама не знает о невесте ровным счетом ничего.

Тяжелая ладонь вдруг опустилась ей на бедро, и Эмма, испуганно вздрогнув, посмотрела на Бригитту.

– Наверное, нам надо порепетировать, – сказала та, погладив ее по ноге, и Эмма, под пристальным взглядом карих глаз, отчего‑то смутилась.

 

***

Ужин закончился быстро. Еда была вкусной, невесты нервными, Эмма обворожительной.

Вейрон присматривался к ней, пытаясь понять, кто она и для чего так отчаянно подталкивает Бригитту к победе? Что тому причина? Жалость? Азарт? Денежный приз, обещанный победительнице?

Скорее, все вместе. Однако мысли об Эмме привели к размышлениям о деле: генерал сказал, что подготовит досье и на менталисток, приставленных к невестам. Каждая из них  может воспользоваться артефактом, оказавшись рядом с принцем в соответствующую фазу луны…

Эмма после ужина пребывала в неменьшей задумчивости. Познакомившись с парой девушек, она повернулась к Вейрону и радостно сообщила:

– На завтрашнем конкурсе будет обычный вопросник, ничего сложного. Честность – вот залог нашей победы. Вы всем покажете, Бригитта!

– Отлично – равнодушно ответил Вейрон. Разумеется, ничего он показывать не собирался, но опыт прохождения допросов у него наверняка больше, чем у любой из невест.

Проводив взглядом рыжую красавицу, умело виляющую бедрами и как бы зовущую идти следом, Вейрон одобрительно усмехнулся под цветохроном.

– Слишком кричащая красота, – прокомментировала его интерес Эмма, оказывается, следившая за подопечной. –  И губы явно накрашены. Это очень пошло.

– Не то слово, – согласился с ней Вейрон, теперь разглядывая низкую, ладно сложенную брюнетку с огромными синими глазами и глубоким декольте, приятным взгляду любого мужчины.

– Видите, какая смуглая кожа?  – вновь встряла Эмма. – Казалось бы, недостаток, но я заметила, что принц смотрел на нее с интересом. Что скажете?

– Хороша.

– Нет же, Бригитта, что скажете про себя? Ваша кожа тоже не очень светлая, насколько я вижу. Мы могли бы сыграть на этом. Только нужно снять…

– Цветохрон будет на мне до самого финала.

– Финала может и не быть, – разозлилась Эмма, – если вы не станете мне помогать. Посмотрите, какие прекрасные девушки собрались во дворце…

– Все они одинаковые, – напомнил Вейрон менталистке ее собственные слова. – А я – особенная. Пусть принц полюбит мою душу.

Не удержавшись, он протянул руку и обнял Эмму за талию. Девушка доверчиво придвинулась ближе и и даже поощрительно улыбнулась, сообщая:

– Вот вы и перестаете держать все в себе. Это правильно, Бригитта. Я ваш друг, мне можно доверять. Откройтесь мне. Представьте, что я – ваша единокровная сестра. У вас есть сестра?

Вейрон нахмурился, быстро вспомнил информацию о Бригитте Дракхайн:

– Нет. У меня восемь братьев.

Его рука сползла с ее талии. Стало как‑то неудобно перед "сестрой".

– Ого, – удивилась менталистка. – Выходит, я угадала насчет вашей плодовитости. Какая отличная наследственность!

Вейрон почувствовал волну раздражения – тема рождения им наследника порядком утомила.

– Я хочу спать, – капризно сказал он. – Завтра тяжёлый день. Мне нужно сосредоточиться.

– Конечно, – Эмма помахала кому‑то рукой.

Вейрон проследил взглядом в том направлении и увидел машущую в ответ женщину– менталистку Амалии.

– Надо бы как‑то пригласить их к нам, – тихо сказала Эмма. – Поговорить, познакомиться ближе. Мне кажется, леди Стетхейм и вон та, шатенка в зеленом, – наши основные соперницы. Разузнать бы их слабости.

– Вы замышляет интриги, Эмма? – усмехнулся Вейрон.

– Нет‑нет, – слегка смутилась она.

“Ну и зря,” – пронеслось в его голове. Понятно ведь, что честно им не победить. Да что там, леди Бригитта Дракхайн наверняка вылетит после первого же тура, и тогда никто не остановит заговорщиков, завладевших Плетью Селены.

– Жаль, – сказал он. – Потому что я бы поддержала любые ваши планы. Даже не самые честные.

***

В их покоях Бригитта снова повела себя странно: обошла все комнаты и даже заглянула под свою кровать. Эмма хотела спросить – боится ли она или на что‑то надеется, но прикусила язык. Да, девушка ей попалась нестандартная. Да, сложность задачи зашкаливает. Но кто, как не Эмма, сдала все экзамены на отлично, успевая при этом и подрабатывать няней, и помогать матери по хозяйству.

Она расстегнула несколько пуговок на тесноватом платье, и снова поймала на себе внимательный взгляд Бригитты. Очевидно, бедная девушка отрицает собственную женственность, и поэтому так остро реагирует на чужую. “Искренний интерес, совместное времяпровождение, физический контакт,” – повторила Эмма про себя как мантру.

Эмма вошла в комнату Бригитты, не дожидаясь приглашения, и прилегла на кровать.

– Я так устала, – пожаловалась она. – Насыщенный выдался день. А ты? Давай перейдем на ты, – предложила она Бригитте, которая застыла в дверях, закрывая практически весь проем плечами.