Отброс аристократического общества 3

– Ну не знаю, – пожала плечами ведьмочка. – Для жителей Истока это обычное дело. Так куда меня занесло?

– Ты под землёй, – пояснил я, – над нами Лес Тьмы и королевство Роан. А планета называется Эрс. Зовут меня Кайл Ханитьюз, я старший сын правителя этих земель.

– Может завербуем её в нашу команду, Кайл? – предложила Розалин. – Мироходец! Я хочу больше узнать об этом. Планарные путешествия, межпространственные сдвиги, это же уникальные знания!

– Пойдёшь ко мне в отряд? – спросил я Элис. – Достойную оплату гарантирую.

– Я не против, – пожала плечами та. – Так будет гораздо проще получить первичные знания о мире и легализоваться.

– Мне вот очень интересно, – произнёс Чхве Хан, – а откуда ты знаешь местный язык?

– Навык перцепции, – пояснила ведьма. – Как только ты приходишь в новый мир, первым делом надо извлечь максимум информации из коллективного бессознательного. Это язык или языки, название мира, кое‑какие общие знания. Странное дело, местная ноосфера очень бедна, я, кроме языка, не извлекла из неё практически ничего.

– Интересные вещи ты рассказываешь, – у Розалин разгорелись глаза. – Покажешь, как это делается?

– Да без проблем, – пожала плечами рыжая.

– Так, – я сдул пыль с каменной скамейки. – Все эти планарные переходы и прочие чудеса немного пообождут, у нас в машине лежит умирающая. Розалин, вот это столб энергии, он годится для лечения Ханны?

Волшебница развернулась к арке и задумалась.

– Наверное, да, – наконец ответила она. – Это какая‑то экзотическая энергия, я такой раньше не встречала, но она вполне неплохо реагирует на ману. Джек, Чхве, приведите Хану. И захватите какую‑нибудь подстилку, не класть же девушку на холодные камни.

Чхве с Солнечным Мальчиком удалились к машине, а Розалин разместила на скамейке «Кайл‑3». Элис с интересом наблюдала за приготовлениями. Привели еле живую Ханну и уложили на стопку одеял. Розалин подошла к бледной Солнечной девочке и деловито принялась закреплять на её теле датчики.

– Так Кайл, – Распорядилась волшебница, – этот медный штырь сунь в поток. Чуть подальше… ага, достаточно. Плотность энергии очень велика, если якорь расплавится в процессе преобразования, всё стопроцентно закончится неудачей. Чхве, вот этот серебряный контакт помести в паз «резервное питание» у солнечного ядра машины. Что ж, Ханна, спрашиваю в последний раз: ты готова? Шансы на успешный исход не слишком велики, но они есть.

– Куда уж мне деваться, – полушепотом ответила Солнечная Девочка, – всё равно других вариантов нет. Естественно, я согласна.

Вернулся Чхве, посмотрел на Розалин и кивнул головой.

– Ладно, – Розалин сурово посмотрела на лежащую, – тогда я начинаю. Скорее всего, будет больно, так что постарайся не умереть от болевого шока.

Волшебница уселась напротив ноутбука и застучала по клавишам. Под Ханной зажегся ярко светящийся электрически‑синим светом магический круг, и к датчикам потянулись змеящиеся молнии энергии. Ханна судорожно сглотнула, но пересилив страх, откинулась на одеялах.

– Первый контур стабилен, – Розалин пристально смотрела на экран, – считываю информацию с эфирной сущности Ханны. Так, вижу серьёзные нарушения в работе. Мёртвая мана практически полностью уничтожила её эфирное тело. Я взяла за основу слепок Ани, и весла коррективы. Подготавливаю ядро для первого слияния. Активация круга экзотической энергии!

Под подопытной загорелся второй круг, ядовито‑оранжевый, вращающийся в обратную сторону относительно синего круга. Розалин ткнула пальцем в клавиатуру и в потолок пещеры выстрелили два столпа света. Ханна выпучила глаза и жутко взвыла. Джек, глядя на неё, побледнел.

– Магия изменения в чистом виде, – пояснила Розалин, глядя на брата подопытной, – она как раз основана на трансформировании эфирной и астральной сущностей. Сейчас же я меняю лишь одну компоненту, но на совершенно чуждую, искусственно созданную.

Столпы света замерцали и погасли.

– Первая фаза завершена, – магичка поглядела на Ханну, – ты как там?

– Плохо, – прерывисто дыша, ответила та, – меня словно в жидкий огонь окунули.

– Кайл, зелье исцеления, – распорядилась Розалин.

Я влил зелье в рот лежащей. Ханна раскашлялась, но проглотила жидкость.

– Вторая фаза, – Розалин вновь зарылась в ноутбук, – блокировка физических каналов распространения мёртвой маны и божественных эманаций. Дроут, давай подстраховывай. Если у неё остановится сердце, ты должен его запустить. Держи девушку на постоянно действующей регенерации.

– Я могу помочь? – встрял Иосиф.

– Нет, – покачала головой Розалин, – спасибо, но энергии у меня вполне достаточно. Дроут, готов? Тогда приступаю.

Круги резко увеличили скорость, и из‑за стробоскопического эффекта казалось, что они замерли на месте. На сей раз потоков света не было, из кругов выстрелили двенадцать лучей, пронзив Ханну насквозь. Девушка только рот разевала, даже не в силах орать. Вокруг неё мерцало бледно серебристое облако регенерирующего заклинания, Дроут старался изо всех сил. Розалин внимательно наблюдала за экраном, контролируя передаваемые потоки. Джек, не в силах дальше смотреть на страдания сестры, отвернулся.

– Третья фаза! – объявила Розалин, когда световые копья иссякли. – Всё или ничего!

Стержень, качающий экзотическую энергию, раскалился добела. Круги исчезли, цвета смешались, из ярких и сочных превратившись в грязно‑серый. В потоке бушующей энергии практически ничего не было видно, я различил лишь человеческий силуэт, поднявшийся в воздух. На экране «Кайла‑3» творилось какое‑то непотребство, скакали, подергиваясь рябью помех круги, графики подачи энергии изгибались бешеными змеями, математические формулы заклинаний жили своей жизнью, изворачивались и плясали, словно марионетки в руках пьяного кукольника.

Буйство магии во всей красе.

– Тут главное правильно рассчитать дозирование энергии, – отчуждённо произнесла Розалин, глядя в столп серого света. – Я взяла массу Ханны, сделала поправку на состояние тонких тел и физическое недомогание. Надеюсь, я не ошиблась. Сейчас идёт подавление врождённого и приобретённого атрибута, а именно света и тьмы. По идее, они должны друг друга уничтожить, очистив тело. Весь вопрос в том, выдержит ли оно такое издевательство… Так, начинаю обратный отсчёт! Три, два, один!

Луч, замерцав, погас, и тело девушки мягко опустилось на камень. Одеяла и закреплённые на ней датчики исчезли, истлев в бушующей энергии. Мы подбежали к лежащей.

– Ханна! – потряс её за плечи Джек. – Ты жива?

Я осмотрел на преображённую. Да…

Прожилки тёмной маны полностью пропали, но кожа Ханны из белой превратилась в пепельно‑серую. Всё стало серым, её глаза, волосы, даже одежда окрасилась в мышиные тона. Бывшая солнечная девочка дёрнулась и открыла глаза.

– Кажется, жива, – тихо ответила она.

– Интересный эффект, – Розалин внимательно оглядела Ханну. – Я‑то надеялась, что оба элемента исчезнут, но они смешались друг с другом, образовав тень. Какой интересный материал для диссертации! Дай‑ка я тебя обследую.