Под крылом дракона

– От майора есть новости? – Кивком головы командор разрешил помощнику сесть.

– Нариэль Афи прошла проверку. – Сухо ответил Руху.

– Глупостей не говори. – Поморщился Брук.

Это была первая и самая неприятная часть новостей для командора. Прежде чем попасть на Эйброн, все специалисты, в том числе и гражданские, проходили три этапа проверки. Сначала комиссия рассматривала личные дела кандидатов на должность. Потом сами военные собирали информацию о будущем сотруднике базы. Все это делалось тайно и зачастую никто из проверяемых и не догадывался о проверке. Затем наступал финальный этап тестировария, с участием самого новичка. Командованию нужно было понимать, насколько будущий сотрудник болтлив и устойчив к стрессу. Если на первые два этапа тестирования командор никак повлиять не мог, то с третьим прям расстарался. Даже отправил ловеласа Гринга на Виелу.

Одного присутствия майора зачастую хватало, чтобы женщины теряли самообладание и контроль над эмоциями. И дело было не в природном обаянии или невероятной красоте майора. Гринг был полукровкой: отец – человек, мать – лидара. От отца майор унаследовал внешность, от матери способность выделять особый вид феромона.

По приказу Брука майор должен был появиться в момент досмотра Айоли и спровоцировать у женщины нервный срыв. Это дало бы возможность Бруку официально отклонить кандидатуру Нариэль Афи на позицию преподавателя из‑за эмоциональной непригодности.

– Видео отчет из таможенного блока. – Пад командора пиликнул, оповещая о полученном файле. – И на сержанта Фарти поступила жалоба.

– А на эту за что?

Командор не сразу понял, что речь идет о сержанте Руфие Фарти. Которую он отправил служить в департамент транспорта, после скандала с одной из связисток. Что или кого не поделили женщины, командор разбираться не стал. Он с легкой душой отправил одну служить в Эбирам, а другую на Виелу.

– За превышение должностных полномочий во время досмотра.

– Комиссия не будет тратить время на такие мелочи. – Отмахнулся Брук. – Ты же знаешь, у них дел хватает.

– Комиссия признала жалобу обоснованной. – Выдал последнюю новость Руху. – Мы получили запрос на извлечение личного дела сержанта. И комиссия просит дать детальное пояснение, почему сержант Фарти была переведена на Виелу.

Командор слушал секретаря и бледнел. Последнее, что ему хотелось делать, это составлять пяснительные записки и писать отчеты для комиссии.

– И кто подал на сержанта жалобу?

Прежде чем сказать, Руху сделал два шага назад. На всякий случай. Чтобы капли кофе из чашки командора не испачкали оливковый китель.

– Имя заявителя Нариэль Виннер Афи.

Зубы командора скрипнули. Брук схватил чашку. Серый металл смялся словно фольга. Коричневые дорожки потекли по рукам командора.

Руху включил пад и отправил заявку на доставку новой кружки. Он не поддерживал теорию начальника о том, что все проблемы от женщин. Но признавал, что женщины приносят ему больше хлопот, чем хотелось бы.

Нара

До базы долетела с трудом, но успела вовремя. Встречать с распростёртыми объятиями меня никто не спешил. Создалось неприятное ощущение того, что я пытаюсь навязываться. Хорошо, что хотя бы пропуск работал.

Вахтовый офицер, прежде чем впустить меня на территорию базы, долго сверял данные, крутил в руках биометрический скан, делал запросы в учебный корпус. Я все это время рассматривала носки своих туфель. Гаремная выучка всегда пробивалась на волю, когда я теряла контроль, нервничала или просто уставала.

– Кар оставьте здесь. – Наконец‑то ожил офицер. – Вас ждут в учебном центре. Квадрат один семь, строение S, блок F, третий этаж. Мастер Вихари.

– В инструкции написано, что я должна встретиться с командором Льюисом Бруком.

– Не могу знать. Мне велели отправить вас к Мастеру Вихари. Можете воспользоваться биди. В нем встроена навигация.

Вахтовый указал на маленький кар с воздушной подушкой. Я не хотела снова садиться за руль. Но это было все равно лучше, чем тащиться с вещами по территории базы, в поисках нужного квадрата.

 

Глава 6.

 

Нара

Мастер Вихари оказался невысоким джангонцем в годах. Серая кожа потемнела от времени и покрылась черными прожилками. Волосы уже полностью выпали. Глаза сузились. Губы и подбородок из‑за потяжелевшей кожи ушли вниз.

Джагонцы были единственной расой, тела которой после смерти не превращались в перегной, а становились каменными статуями. Узнать примерный возраст представителя этой расы можно было по количеству каменных участков на теле. Мастеру Вихари, судя по лицу, уже давно перевалило за двести.

– Добро пожаловать на Эйброн, достопочтенная Афи. – Улыбнулся мужчина. – Мастер Джонатан Вихари. Ближайший год вы будете работать под моим руководством.

– Рада знакомству. – Улыбнулась и села на предложенный стул.

– Ваши документы?

Вопрос удивил. Не стала спрашивать, почему мастер не получил их заранее. И что вообще здесь происходит. Чем дольше длился этот день, тем острее было ощущение, что меня здесь вообще никто не ждал. Передала подготовленный Абрамсом файл на пад джагонца и принялась терпеливо ждать, когда тот ознакомиться с моим делом. И рассматривать помещение.

В кабинете мастера все было подчинено военному минимализму и функциональности. Стол, два стула для посетителей, шкаф для документов, шкаф для информационных накопителей, лампа. Где‑то наверняка был спрятан сейф. Из предметов, которые принадлежали не Эйбрану, а лично хозяину кабинета, была лишь кружка с надписью на джагонском и фотография в серой металлической рамке. Изображения на фотографии я со своего места не видела.

– Впечатляет. – Мастер Вихари сощурил глаза, возле висков появились морщины, кожа стала напоминать сухую древесную кору. – Всего два года в Бриме и сразу два золотых выпускника.

– Это не моя заслуга.

– Четыре кубка в "Исторических играх"? Ваши ученики забрали все верхние награды прошлого года.

– Ключевое слово, мои ученики. Вы не видели до этого момента мое дело?

Гаремная выучка дала сбой. Вместо того чтобы терпеливо выслушать инструктаж и отправиться осваиваться на новом месте начала никому не нужный разговор.