Поручики по адмиралтейству

Хотя с этим тоже можно не спешить. Отправляясь на Дальний Восток, я подарил Анне неплохую квартиру с четырьмя комнатами в доходном доме в центре столицы и пять тысяч рублей на счёт, так что средства на жизнь у неё пока есть. К слову, Анна ничуть не сирота, у неё матушка есть, именно она и искала богатого спонсора, что возьмёт её дочку в любовницы и будет содержать их обеих. В целом, план матери сработал: дочка её, у которой я был первым мужчиной, мне очень понравилась.

Так вот, я опасался, что матушка Анны (кажется, её зовут Парасья Никаноровна – ха, как в «Трембите» или в песне «Сектора Газа»), чтобы подоить меня, вполне могла раскричаться о детях и выйти на Анну Васильевну, мою приёмную матушку. Вот этого желательно не допустить.

За прошедшие два дня я вполне освоился с четырьмя потоками сознания и внимательно слушал общение Анны с её матушкой, в основном во время кормления. Парасья Никаноровна теперь жила с дочкой в подаренной мной Анне квартире: видимо, приехала сразу, как только я в преддверии войны отбыл к месту будущей службы. Кстати, за малыми они ухаживали сами, нянечку не нанимали, только горничную, что убиралась в квартире.

Что я ещё могу сказать по младшим близнецам? Они пока лишь ели да спали, им в районе месяца, как я понял, апрельские. Подслушанные мной разговоры, ведущиеся в основном шёпотом, дали понять, что о детях пока никто не знает. Правда, Анне Васильевне отправили письмо неделю назад, но ответа пока не было. Расстроили, но ладно.

Я же задумался о другом. Бонусы, или, скорее, сверхъестественные умения у меня всё же были. Возможность видеть в темноте как днём – это ли не бонус? Вполне. А то, что сознание на двоих распараллелено (а сейчас уже и на четверых) – это ли не бонус? Я ведь, когда только попал сюда, попробовал себя в разных возможностях – и стена. Но вдруг всё же что‑то есть, просто я не знаю об этом? Я ведь с момента попадания сюда так на учёбу и практику приналёг, что просто не до того было. А ведь что‑то должно быть.

Однако испытать себя, пока добирался до места встречи, я не успел, времени не было. Всё же в одно лицо, пусть и с заменой, управлять судном очень сложно, приходилось постоянно носиться по переходам то в кочегарку, то в рубку, реже в машинное – прибавить или убавить ход. Зато о планах успел подумать, в этом такое мельтешение по палубам и отсекам как раз особо не мешало, даже скорее помогало отвлечься.

Интересная идея пришла мне в голову. Альфа и Бета якобы отправились в Америку, решив, что хватит с них этой войны: обиделись они на подлость российской стороны. Но ведь под кого‑то должен маскироваться Бета? Так почему бы не сделать новую легенду? Кто больше всего ненавидит британцев? Конечно же, жители Китая и Индии. Вот и будет теперь Бета принцем из Индии, решившим поучаствовать в этой войне – инкогнито, конечно, под вымышленным именем. В общем, перехватит у моих близнецов выпавший стяг и будет сотрудничать со старым контрабандистом. Именно поэтому я постоянно буду носить маску и изменю телосложение. План на первый взгляд неплох, увидим, как он воплотится в жизнь.

Наконец шлюпки подошли, Альфа спустил за борт верёвочную лестницу, и я направился встречать сына старого контрабандиста, прибывшего лично. Церемония встречи была проста: раскланялись, приветствуя друг друга. Пока Альфа передавал судно и груз его людям, мы с сыном контрабандиста пили чай в моей каюте.

Почти час занял у меня рассказ о последних моих действиях и о том, какую чёрную неблагодарность встретил я со стороны русского правительства и командования Тихоокеанского флота в Порт‑Артуре. Рассказал и о том, как бежал.

– Как вы понимаете, я больше не смогу продолжать службу в составе офицерского корпуса российского флота. Это позор, который смывается только кровью. Брат мой не подлежал аресту, но решил не бросать меня. Мы отправляемся в Америку, пока не решили точно куда. Там получим гражданство и будем жить. Конечно, за время войны мы с братом получили от России немалые награды, даже дворянство (правда, его ещё нужно было получить в столице из рук императора), но, честно сказать, потери нас особо не расстраивают. Получили легко и расстанемся без сожаления. Вот такие, не самые лучшие новости у нас. Я хочу попросить вас доставить нас с братом в Циндао, там мы найдём судно и отправимся в Америку, возможно, в САШ.

– Я уважаю ваше решение, – чуть поклонился китаец. – Мне жаль будет прерывать наше сотрудничество.

– Вот тут я как раз вас порадую. На меня вышел один принц из Индии и попросился инкогнито в мою команду. Он люто ненавидит британцев, раньше обучался у них, имеет звание лейтенанта флота – специально изучал их изнутри. Когда я захватил будущую «Волгу» и командование Тихоокеанского флота поставило меня ею командовать, он уже был в команде простым матросом. Я хорошо его обучил. Принц неплохо знает русский и отлично – английский, так что вы сможете с ним общаться.

Принц был высажен мною на берег недалеко от британской военно‑морской базы. Японцы его не особо интересуют, он отправился на эту войну, чтобы заработать. Британцы ограбили его, лишив земель и имущества, до такой степени, что кроме одежды у него ничего нет. Он хороший моряк и жаждет отомстить британцам (чем больше их отправится на тот свет, тем лучше), ну, и сделать себе состояние. Воевать против японцев он не будет, но брать призы с британскими флагами очень желает.

Я решил свести его с вами. Не будет ли проблем, если добытые им призы будут британцами? Впрочем, если попадутся японцы, он возьмёт и их. А подумают на русских.

– Не вижу никакой разницы, – пожал плечами китаец, слушавший меня с интересом.

– Это хорошая новость. Проблема в команде. У нас с братом были русские моряки, а принц один, и ему нужна команда. Желательно, чтобы вы её набрали. Например, две полных команды для больших миноносцев класса «истребители», да ещё плюс перегонные команды для призов – три‑четыре. Как вы понимаете, раз команда ваша, то прибыль от действий принца будет делиться на две части, по пятьдесят процентов каждому, если вы с вашим уважаемым отцом согласитесь поучаствовать в этой авантюре. Добавлю ещё, что долго принц против британцев действовать не будет, месяца два‑три, но, думаю, сможет навести среди них панику, серьёзно ударив по мореходству. Ну а миноносцы, отобранные у британцев, после окончания крейсерства он передаст вам. За половину цены, конечно же.

– Вы так в нём уверены?

– Я бы не был в нём так уверен, если бы не знал, что он такой же уникум, как и мы с братом. Да, он тоже видит в темноте. Не так хорошо, как мы, но вполне неплохо. А вы знаете, что мы с братом действовали в основном ночью, и это приносило нам победы. Почему ему не повезёт? Думаю, у него всё получится, особенно если он будет действовать по ночам. Я бы хотел узнать ваше решение, чтобы передать его принцу с помощью телеграфа в Циндао, а также уточнить, сколько ему ждать ваших людей и где. Думаю, время посоветоваться с отцом у вас есть.

– Этого не нужно. Я сам в прошлом военный офицер, был начальником артиллерии на крейсере. Он достался Японии, а вы отправили его на дно, спасибо вам за это. У меня есть связи, имеются средства и друзья среди бывших офицеров и моряков. Я наберу команду. Мне потребуется на это недели две, может, три.

– Как я уже говорил, время на это у вас есть.

Дальше мы обговорили некоторые моменты связи с «принцем», после чего поторговались: китаец хотел большую долю в будущей компании против британцев, которых ненавидел даже больше меня, но я, как полномочный представитель принца, вполне успешно торговался, оставив его долю на той же позиции – половина трофеев будут уходить ему.