Последний контакт 2

Внезапно Мирскую посетила мысль, что такая смерть – самое ужасное, что может произойти с человеком. Самое абсурдное в этой мысли было то, что она жалела не себя в это мгновение, а жалела лишь о том, что не догадалась подарить такую смерть Балычеву – убийце Дениса. Вот уж поистине – лучшая месть, которую эта сволочь заслуживала. Вместо этого Валерия подарила этому чудовищу куда более простой исход – она попросту его отравила.

Вдруг стало страшно. Она убила человека. Да, она лишила жизни чудовище, но и чудовищем Балычев не был. Его сделали чудовищем. Ваэрры – вот кто был настоящим исчадием ада. Вот, кто заслуживал смерти. Все, что пережил экипаж «Марка‑10», организовали именно ваэрры – раса подлецов, раса убийц.

 

Глава 5

 

Внезапно раздался щелчок. Мокрое от пота лицо Валерии обдало слабой струйкой воздуха. Вдох, еще один, еще… Боже, как же прекрасно дышать! Что случилось? Судьба сжалилась над ней? Неужели эта последняя мысль, это ее раскаяние подарило Валерии легкий исход? Неужели она умерла и теперь находится в ином мире? В мире, где можно не страдать, где есть все, что необходимо для существования. Но что это за мир? Где она? Почему ничего не видит?

Бред постепенно отступал. Мозг Валерии насыщался кислородом, и с каждой спасительной молекулой, поступавшей в ее тело, возвращалось и осознание реальности. Она не умерла. Она жива. Она дышит, слышит биение собственного сердца, шум в ушах становится тише, а головная боль возвращается. Так и должно быть. Так должно быть, если возвращаешься с того света. Любое рождение, даже повторное, должно сопровождаться муками. Мы все рождаемся в муках. Валерия – не исключение. Вернулась и боль в руке. Девушка, будучи еще в полубреду и не до конца осознавая происходящее, попыталась поднять руки, уперлась ладонями в крышку капсулы и наконец‑то полностью осознала реальность.

Она не умерла. Она на корабле ваэрров все в той же чертовой капсуле, которая чуть было не погубила ее. Но не погубила же. Почему? Откуда воздух? Валерия повернула голову в ту сторону, откуда тянуло сквознячком. Капсула вновь заработала? Мирская прислушалась: нет, тишина. Ни единого звука работающих приборов. Капсула была все еще мертва. Тогда откуда кислород?

Девушку вдруг осенило: кто‑то открыл капсулу! Она уперлась здоровой рукой в крышку и вновь попыталась ее поднять – на этот раз она поддалась и с легким шорохом открылась. Валерия силилась разглядеть пространство вне капсулы, но ничего не видела. Корабль окутывал непроглядный мрак. Тьма давила со всех сторон, сжимая мир Валерии до одной единственной точки – ее бытия.

Опасаясь повторения страшной пытки, она напрягла все свои силы и одним резким движением уселась в капсуле. Огляделась. Ничего. Темнота. Полнейшая темнота вокруг.

– Есть кто живой?

Голос улетел куда‑то вдаль, отразился от стен и потолка и вернулся к владельцу эхом. На зов никто не ответил. Однако каким‑то шестым чувством Валерия ощущала чье‑то присутствие. Она точно была здесь не одна. Никого, кроме ваэрров, на корабле быть не могло. Более того, никто, кроме них, и не смог бы открыть капсулу. Выходит, они должны быть где‑то рядом. Но почему они молчат? Очередная проверка? Очередной изуверский опыт над разумом человека? Пытаются понять, как она будет действовать в экстремальной ситуации? Бред. Зачем все это? При их уровне развития любую нетривиальную ситуацию можно было сымитировать на компьютере, у них для этого информации о физиологии человека есть с избытком. Тогда что тут происходит?

Валерия набралась смелости и выбралась из капсулы – в кромешной тьме сделать это было непросто. Ощутив голыми ступнями холодную поверхность пола, с облегчением выдохнула. Единственным ориентиром для нее служила ее капсула. Валерия попыталась припомнить интерьер огромного гибернационного отсека: ее капсула находилась третьей или четвертой в крайнем ряду, а рядов было несчетное множество, и уходили они вдаль, насколько хватало зрения. Валерия даже не пыталась их сосчитать. Выход из ангара с капсулами был в противоположной стороне. Вот только открыта ли переборка? Что ж, в любом случае это уже что‑то.

Идти в полный рост по отсекам обесточенного корабля показалось Валерии не лучшей идеей. Она присела на корточки перед капсулой в надежде разыскать свою одежду, которую сбросила там же перед погружением. Ей крепко повезет, если ваэрры окажутся неряхами.

Сантиметр за сантиметром Валерия ощупывала пол под капсулой, пока ее руки не наткнулись на что‑то холодное, и девушка инстинктивно их отдернула. Сердце пропустило удар. Что это? Времени на страх не было, она это понимала. Взяв себя в руки, вновь потянулась к странному предмету и попыталась понять его природу.

Чем дольше она ощупывала материал, тем явственней вырисовывалась картинка перед глазами. Валерия уже знала, что лежит перед капсулой. Окончательно догадка подтвердилась, когда руки Валерии нащупали холодную плоть чьей‑то руки. Чешуйчатая холодная кожа, словно у рыбы, длинные тонкие пальцы с выраженными суставами между фалангами, между пальцами – перепонки. Перед капсулой лежало тело ваэрра. Валерия осторожно дотронулась до груди существа и с удивлением констатировала, что гуманоид жив. Он дышал, его грудная клетка мерно вздымалась и опадала. Чуть выше таза Валерия нащупала пульсацию мощного сердца. Странное расположение… Хотя, подумала Валерия, это может быть и нисходящая часть крупного сосуда, у людей в этом месте аорта находится. Брюшная ее часть, если быть точнее. И у субтильных людей она тоже пульсирует.

Ладно, анатомия этих существ сейчас не столь важна. Нужно понять, что с ними произошло. Изучив, насколько это было возможно, тело ваэрра, Мирская пришла к выводу, что у данного экземпляра не было никаких видимых повреждений. Противнее всего было ощупывать огромную кожаную голову, на которой также пульсировали артерии. Что ни говори, а мозг у этих тварей развит гораздо лучше человеческого. Хотя, покривилась Мирская, большая голова – еще не признак большого ума.

Девушка попыталась привести ваэрра в чувство. Она била его по лицу, нажимала на болевые точки. Ориентировалась, естественно, на анатомию человека. Носогубный треугольник, подглазничная область, подбородок. Ничего, никакой реакции. Был бы фонарик, посетовала Мирская, можно было бы зрачковые рефлексы изучить. Но что есть, то есть. Существо никак не хотело приходить в сознание, и это обстоятельство навело Валерию на мысль о том, что ее предположение насчет потери кораблем ваэрров связи с центром не лишено рационального зерна. Нет связи, нет и управления аватарами. Логично. В таком случае ждать пробуждения ваэрра можно было хоть до морковкина заговенья.

Нужно было выработать дальнейший план действий. Девушка рефлекторно вздрогнула. Сейчас, когда сошел на нет адреналиновый всплеск, она ощутила холод. Воздух вокруг был, мягко говоря, свеж, а Валерия была абсолютно обнажена. Решение пришло само собой, но Мирской оно не понравилось.

– Твою же мать… – выругалась она вслух.