Пробудить легенды

– Я подумаю.

Папа скривился. Я всегда так отвечала, когда требовалось сбавить напряжение в беседе. И обычно это значило твёрдое «нет», потому что «да» мне никогда не было жалко, когда я понимала, что собеседник прав.

– София…

– Папа! Кот!

Резко взвизгнули тормоза машины, завернувшей на парковку нашей многоэтажки.

Я испуганно выскочила из машины.

– Барсик! Сколько говорить, что нельзя встречать папу здесь!? – Дрожащими руками я подняла кота и зарылась носом в его мягкую шёрстку.

Кот утробно заурчал, успокаивая своим теплом истеричную хозяйку.

«Действительно! Чего переполошилась эта чудная, – наверное, думает он. – Машина всегда останавливается передо мной! Я же царь вселенной!»

Хмыкнув, подняла голову.

На лицо набежала тень.

Я моргнула один раз, потом второй, но поднимающийся к самому небу слой воды упорно не желал становиться глюком.

– Папа?

Громов Ярослав Данилович, с серым от ужаса лицом, схватил меня и дёрнул в сторону. На нас неслась толпа перепуганных людей, которые бежали или ехали на машинах, сминая всё на своём пути.

Барсик зашипел, когда вцепилась в него покрепче.

– Что происходит? Что это?

Никто мне не ответил.

Папа огляделся, сделал какие‑то выводы и потянул меня к нашему подъезду.

Вода тем временем поднималась по кольцевой, будто бы вырываясь из‑под земли.

«Ведь до реки далеко от центра…»

– Софа, быстрее! Заберёмся на крышу. Бежать некуда. Если вода обрушится, хотя бы будет шанс выжить.

Внезапно картинку моей реальности будто бы смыло.

Передо мной вдруг появился брат.

Арсений ходил из одного угла зала в другой, докладывая последние новости.

– … да. Они мирно настроены. Папа, у нас есть шанс.

Я сразу вспомнила этот эпизод.

Арсений прилетел на вертолёте по правительственным делам, когда грянула сенсация по всем телеканалам – «К НАМ ПРИЛЕТЕЛИ НАСТОЯЩИЕ ИНОПЛАНЕТЯНЕ! СПАСЕНИЕ ВОЗМОЖНО!»

Только зря всколыхнули почти потерявшую надежду общественность. Ковчег с необычными для нашего восприятия инопланетянами согласился взять лишь триста землян. Из почти восьми миллиардов всего триста!!! Представители правительства ведущих стран нашего мира пытались надавить на пришлых, но тем не были страшны ни наши технологии, ни оружие. Намёк на то, что при усилении давления они, гости из космоса, могут быстро улететь, охладил любого, несмотря на то, что эгоистов тоже на Земле хватало. Как же без известной всем догмы – «так не достанься же ты никому»?!

Но в этом фрагменте сна я ещё ничего из этого не знала. Радовалась брату, радовалась тому, что вода, накрывшая куполом весь город, уже как неделю стоит и не обрушивается на наши головы, а мы благополучно продолжаем существовать. Только задвинутая на задворки сознания тревога иногда накатывала. В остальном я и моя психика справлялись с принятием происходящего, даже не подозревая, что готовит нам будущее.

Мужчины заметили меня и прервали разговор.

– Софа, – начал папа, пытаясь изобразить на губах улыбку. У него плохо это получалось. По крайней мере, улыбка вышла довольно нервная. – Арсению надо помочь.

– Чем, папочка?

– Под его руководством собирается первая сотня землян.

– И чем же я помогу? Избранным задницы подтирать? Меня совет этих синекожих на роль волонтёра не утверждал. Насколько я слышала, там всё строго. Даже не знаю, чему остальные завидуют?! Куда‑то везут, непонятно куда… Спасают ли вообще?! Я не хотела бы оказаться на их месте. И уж точно не полетела бы никуда без вас. Помирать, так вместе.

Никто не оценил мой чёрный юмор.

Мои мужчины переглянулись и нахмурились.

Особенно Сеня.

– Сонька, никто тебе об избранных не говорит. Ты мне будешь помогать, а не им. Давай быстрее! У тебя пять минут.

Я пожала плечами и, ворча под нос нелестными комментариями, быстро заскочила в свою комнату. Не в халате же домашнем ехать в штаб, где сейчас, по словам Сеньки, идёт полномасштабный отбор избранных.

А надо было задуматься, когда папа обнял меня крепко на пороге и поцеловал в висок!

Когда мы прибыли на место, я недоумённо хлопала глазами, наблюдая за погрузкой землян. Но больше всего меня поразил тот факт, что даркийцы никакие не синекожие. Обычные с виду люди. Только доспехи серебряные, да в глазах вместо одного сразу три зрачка.

Я бы нашла ещё что‑нибудь, но Арсений шикнул на меня и приказал идти следом.

А потом начался самый настоящий ужас.

Оказалось, что брат привёз меня, чтобы я заняла положенное ему место. В новостях говорили, что даркийцы исключали такие варианты, но в моём случае, несмотря на мои мольбы, стражи схватили меня и потащили, упирающуюся, на корабль. Арсений только и успел, что сунуть огромную дорожную сумку одному из сопровождающих.

Я кричала, просила меня не отдавать, но командир даркийцев лишь кивнул брату и скупо обронил:

– Хорошо. Дух так же силён в ней, как и в тебе. Меняю.

Сложно было понять скрытый подтекст. Меня разрывало от горя и обиды.

«Отдал меня! Выкинул!»

«Он хочет тебя спасти!» – твердил разум, но кто бы его слушал?!

Я рвалась всеми правдами и неправдами назад.

После пятой попытки побега, даркийцы закрыли меня в изоляторе, обещая освободить сразу после того, как корабль покинет нашу орбиту. Для меня это прозвучало, как приговор.

Как только ковчег взлетел, я громко рыдала, колотя кулачками непробиваемое толстое стекло огромного окна.

Лишь когда Земля стала слишком далеко, я сумела взять себя в руки. Жалобное мяуканье стало сюрпризом.

* * *

Я вздрогнула и открыла глаза. Барсик снова решил разбудить меня своим излюбленным способом – лизать шершавым языком мой нос. Но я не могла на него злиться. Кроме кота у меня больше никого не осталось.

– Барселона, прекращай. Я уже проснулась. – Я потянулась и села на узкой кровати. – Итак… Космос! День двадцать пятый! Громова София Ярославна летит непонятно куда, непонятно зачем и непонятно для чего…