Проект «Надежда». Книга 3. Неожиданный итог

– Чего замер как вкопанный? Пошли, мне нужен переговорщик, – кивнула она в сторону центра управления корабля. Развернулась и, плавно покачивая бёдрами, словно избалованная всеобщим поклонением знаменитость, поплыла впереди.

Ошалевший Ветер тупо последовал за ней. Опытный боевик, побывавший во многих схватках, пребывал в полнейшей растерянности и не представлял, что происходит. Наконец, мелькнула спасительная мысль: «Псионы». В сети давно ходили слухи о специальных подразделениях из людей с необычными возможностями. Похоже, именно ему посчастливилось столкнуться с ними.

Едва люди оказались в командном центре, ожил основной экран корабельного мозга. Судно опять полностью подчинялось экипажу. Дежурные операторы находились на своих местах и вообще не обращали внимания на посетителей.

Санита, а это именно она выступала в роли гламурной дизайнерши, с удовольствием отыграла свою партию, почерпнув опыт театральных постановок у мужа. Сцена, разыгранная перед глазами нападавших, должна была полностью деморализовать их и подготовить для последующего разговора. Вообще‑то девушка хотела лично участвовать в постановке, но Ата категорически воспротивилась этому, и вместо реальной актрисы на сцену вышел воздушный голем, созданный по её образу и подобию. Остальные магические помощники, задействованные в инсценировке, оставались невидимыми, а девушка только мысленно передавала своей копии слова, мимику и движения. Вот и весь секрет её неуязвимости и таинственной силы.

(Виктор: – Всё. Я готов к дальнейшему разговору с противником.

Санита: – А поконкретнее?

Виктор: – За стеной ангара находится технологический реактор дока. От простого взрыва он защищён, но удара корабельной ракеты не выдержит.

Санита: – Торпедные аппараты заблокированы.

Виктор: – Я работал со складским боезапасом. Так что ничто не помешает подложить противникам хорошую мину. Не думаю, что они пойдут на обострение. В таком патовом состоянии им не до геройства, и разумнее всего замять инцидент. С них же вся галактика ржать будет.)

Наклонив голову, девушка с интересом смотрела на озирающегося пленника:

– И с чего бы это вы стали таким тихим? Может, есть что сказать? Говори, но помни, что мне бы хотелось получить все модели для своей выставки. Итак…

– Сдавайтесь, вам отсюда не выбраться, – уже не так уверенно продолжал настаивать командир абордажников.

– Фу‑у‑у… Какой же вы скучный! А если мы проверим на прочность, например, вот эту перегородку? – Девушка кивнула на экран, где отобразилась картинка с внешней камеры ангара.

– Тяжёлое оружие судна заблокировано, – совсем уж неуверенно пробормотал Ветер. Он знал, что в соседнем отсеке находится технологический реактор ремонтного дока.

– Правда? Тогда что это? – продолжала издеваться над пленником Санита.

Командир абордажников в ужасе увидел на экране, как из открывшейся грузовой шахты судна медленно выползает корабельная торпеда. От взрыва этой штуки не спасала даже полевая защита, что уж говорить о технической переборке, пусть даже усиленной. Взрыв не уничтожит станцию полностью, но повреждения всё равно будут грандиозными. Стоимость десятка кораблей не покроет потери.

Ветер уже ничего не понимал. Как центру управления судна удалось сохранить контроль над тяжёлым вооружением? Таможня просто не пропустила бы корабль. Он окончательно сник. Штурм провалился.

– Я не уполномочен вести переговоры, – тяжело вздохнул Ветер, признавая полный провал.

– Зато вы знаете, кто уполномочен, – улыбнулась Санита. – Прошу, – кивнула она на место ближайшего оператора, который без всякой команды вскочил с кресла и освободил его для пленника.

На ватных ногах боец подошёл и уселся на предложенное место. Ввёл свой личный код. Тут же установилось соединение.

– Как дела? – На него смотрел начальник службы безопасности станции. – Раз вы вышли на связь из центра управления, значит, судно полностью под нашим контролем.

– Под контролем, только не нашим, – скривился командир. – Потерь нет, но весь отряд в плену, а под стеной технологического реактора висит корабельная торпеда. При взрыве защита внешней оболочки судна выдержит, чего не могу сказать о внутренностях станции.

– Значит, ситуация патовая, – пробормотал безопасник. – У нас под колпаком бо́льшая часть экипажа, а они держат нас за кадык своей торпедой. Хорошо, давайте поговорим.

Санита перевела сигнал на себя:

– Мы не пираты, как вы могли подумать, – криво усмехнулась она. – Информация об отношении к гостям способна нанести серьёзный ущерб вашей репутации. И это не говоря уже о пленённых бойцах. Думаю, мирное решение вопроса устроит обе стороны.

– Чего вы хотите? – вздохнул безопасник.

– Всего лишь запрошенные ранее документы по легализации судна и небольшую компенсацию за причинённые неудобства, – улыбнулась девушка.

– Насколько небольшую? – скривился безопасник, предполагая грандиозные потери в сейфе владельца станции.

– О‑о, мы не пираты. Я вам это уже говорила. Просто вернёте деньги, уплаченные за ремонт, выдадите нам документы и не будете препятствовать возвращению нашего экипажа. Ах да! Чуть не забыла! Не стоит нам мешать покинуть вашу гостеприимную станцию в любое подходящее нам время.

– Хорошо, договорились! – обрадованно кивнул безопасник.

Похоже, они просчитались. Это наёмники из числа военных, но никак не пираты. Просто обстоятельства совпали по времени. Запрошенная контрибуция была разумной и справедливой. Испорченная репутация могла стоить гораздо дороже. К тому же кроме нескольких техников и отряда абордажников об операции никто не знал, а это люди надёжные и будут молчать. Анализировать ошибки можно и позже.

 

Глава 2. Случайная встреча

 

 

Кабинет владельца станции

 

– Ну что, господа подчинённые, можно подвести итоги. Мы с вами обделались по полной. – Влакис с насмешкой смотрел на мужчин, сидящих перед ним.

– Я предупреждал, – ни на кого не глядя, буркнул таможенник. Его обуревали противоречивые чувства. С одной стороны, ему невероятно льстило, что из всех присутствующих он оказался самым прозорливым. А с другой – мучило сознание того, что ему не хватило решимости убедить в своей правоте остальных или в крайнем случае отказаться от участия в авантюре.