Счастливый торт Шарлотты

Мы шли по лесу, солнце пробивалось через сосновые кроны. Босыми пятками шлёпать по сухим иголочкам было приятно, настроение моё улучшилось. Но Сандра получит у меня, конечно, по первое число! А в общем, приключение удалось – я действительно чувствовала себя гораздо бодрее. Все сумасшедшие планы Сашки каким‑то образом срабатывали так, как ей того хотелось.

Мои попутчики шли по обе стороны от меня. Я попыталась их разговорить:

– Вы мне хоть скажите, что мне по сценарию делать полагается? Или уже всё, сейчас появятся люди с шарами и серпантином, и будут радоваться тому, как я глупо выглядела? – и сама рассмеялась, представив эту картину.

Мужчины снова переглянулись. Гарольд, незаметно от меня, постучал пальцем по голове и произнес негромко:

– Сайорис, по‑моему вчера кто‑то сильно ударился головой.

– Сейчас дойдём до места – разберёмся, – хмуро ответил Сайорис. Я присмотрелась к нему – волнистые тёмные густые волосы до плеч выглядели сальными. Грязные пальцы на руках, а ногти и вовсе чёрными, как будто ими скребли маркер. Лицо с высокими скулами, карие глаза в пушистых черных ресницах. Наверное, из модельных парень. Худой, как велосипед. Но хорошо играет и тщательно продумал весь свой образ.

Наконец, мы дошли до так называемого “места”. На большой поляне располагалась кибитка с рваным тканевым верхом, приличного вида карета со сломанной осью. Стояли на привязи несколько лошадей, горел костерок, над которым висел закопченый дочерна котёл, в котором булькало что‑то мясное. Я потянула носом. Кролик с какими‑то кореньями и травами. Пахло слишком специфически, чтобы я оценила.

Вокруг костра на бревнах и просто на земле сидели еще человек пять. Одеты они были точно так же, как мои сопровождающие. Лица были, честно говоря, на любителя, причем острых ощущений. Какие‑то побитые и опухшие. Вот на этих точно сэкономили, подумала я. Где же Сандра? Действо затягивалось и постепенно начинало надоедать. К тому же я начинала чувствовать голод и жажду. Оглядевшись по сторонам в поисках какого‑нибудь столика с минералкой, я ничего не обнаружила. Тут заговорил один из сидящих у костра:

– Поймали куропаточку! Ух, так бы и укусил за ляшку! – в ответ на его слова раздалось одобрительное ржание. Я сморгнула – на меня определённо смотрели сальными глазами. Попятившись, я наткнулась на руку Сайориса.

– Если хотите золота, заткните свои вонючие рты и не тяните к ней грязные ручища, за пользованную девку нам никто не заплатит.

Я снова перестала что‑либо понимать. Какое‑то экстремальное шоу, мрак.

– Ребят, это уже перебор, хватит, я не хочу продолжать. – проговорила я подрагивающим голосом. – Где моя подруга?

Сайорис хмурился, глядя на меня.

– Госпожа Шарлотта, если вы не будете бегать ночами и орать, то вернётесь к жениху целой и невредимой. И старайтесь быть у меня на виду, а то эти…– он обвёл взглядом поляну. – эти тебя быстро из леди переведут в трактирную шлюху.

Господи, что за бред, с меня хватит.

– Я ухожу! – решительно объявила я, сделала два шага в сторону и почувствовала, как лечу лицом вниз от его толчка в спину.

– Госпожа, я сказал – вести себя благоразумно. – Сайорис стоял надо мной спокойно и я вдруг поняла, что это всё не шутка.

– Вы меня с кем‑то перепутали, – сделала я еще одну отчаянную попытку.

– Сай, я успокою её сейчас, дайте мне доставить леди удовольствие и она больше не будет делать попыток сбежать, – прокаркал хрипло один из верзил, на вид пьяный в стельку и направился к нам, копошась у себя в штанах. Поняв, что сейчас должно произойти, я отчаянно закричала и зажмурилась. Боясь открыть глаза, слышала только звуки потасовки. Когда кто‑то взял меня за плечи, я набрала полные лёгкие воздуха и закричала еще громче.

– Заткнись!. – с трудом расслышав сквозь собственные вопли голос Сайориса, я выдохнула и осмелилась посмотреть. Руку он держал уже наотмашь, готовый меня ударить. Тот, что шел ко мне с намерением изнасиловать меня, сидел на земле неподалёку, покачиваясь и зажимая расквашенный нос.

– Что ты возишься с ней, Сай? – послышался еще один мерзкий пьяный голос от костра. – Мы просто хотим немного развлечься.

– Нет, – коротко отрезал Сайорис. Видимо, он был главным в этой шайке, потому что поворчав, бандиты неохотно послушали его. А он добавил тихо, чтобы слышала только я:

– Не будь дурой – эти парни долго девок не тискали. Разъярятся и я не смогу спасти твою шкуру. Просто захлопни пасть, как будто набрала в неё воды, поняла?

Я кивнула. Но его слова напомнили мне о том, что я хочу пить. И как дать понять это без слов? И я осмелилась прошептать еле слышно:

– Дайте воды…пожалуйста.

Честно говоря, я бы сейчас очень хотела потерять сознание и пусть бы меня привели в чувство тогда, когда всё станет хорошо, ну или хотя бы по‑прежнему. Предательство мужа, развод – вдруг показались делом житейским, а вовсе не трагедией.

Сайорис оценил моё состояние, окинул взглядом обмякшую фигуру и посчитал, что оставить меня на минуту вполне можно. Поэтому он удалился куда‑то и вскоре поставил возле меня какое‑то кожаное ведро с водой. На поверхности плавали кусочки мха и какие‑то мусоринки, однако я, не обращая на это внимания, жадно приникла к краю и пила пила, пила. Стало немного легче.

– Можешь умыться, – произнёс Сай. Наверное, у меня было мокрое от слёз и пыльное лицо. Я с наслаждением несколько раз плеснула на себя водой. А потом постаралась увидеть результат в отражении.

Если бы я не боялась издать хоть один звук – я бы снова закричала. Но, захлопнув покрепче рот, я только пристально вглядывалась в поверхность воды, откуда на меня смотрела испуганная молодая девушка с миловидным лицом и копной небрежно сколотых пушистых волос пшеничного цвета. Я оглядела своё тело и руки – вот почему я сразу не почувствовала разницы – я осталась такой же пухленькой, ну может чуть изящней, наверное за счет молодости. Тут уж, видимо, судьба тебя и в другом теле найдёт – суждено быть пухляком, хоть куда попади, им и останешься. А вот лицо было таким милым, о каком я мечтала все свои юные годы, пока не смирилась с собственной непривлекательностью – миндалевидные глаза, ну, так они выглядели в воде. Настоящий цвет было просто не различить. Ровный небольшой нос и полные губы. Лицо сужалось к мягкому округлому подбородку. Недаром эти бандиты так плотоядно на меня смотрели.

Я снова вгляделась в воду, потом провела по ней рукой – отражение не изменилось. Я была иной.

Наступила ночь, на протяжении которой я тряслась и лихорадочно соображала – моё ли это воспалённое воображение нарисовало мне картину, где я другой человек, в другой эпохе и обличии. Я пыталась до боли кусать себе губы, щипать за руку – но нет, я не просыпалась. Только прозвучал мрачный голос от костра:

– Чего ты там вошкаешься? Сейчас огрею по голове, чтобы не задумывала чего‑то. Если еще придётся по ночам за тобой бегать – удавлю к чертовой матери, – это был Бруно, который пытался напасть на меня днём. Видимо, злился на меня еще и за разбитый Сайорисом нос.