Сэйл-мастер
По крайней мере, одно известно наверняка: корабль – место безопасное. На флоте они всегда…
– Да, молодец, Александр. Как вы думаете, вы могли бы меня понести? – голос Балл стал совсем слабым, практически таял.
Сашка плюнул на все последние оставшиеся мысли – все равно никогда в них толку не было. Подхватил тело Княгини, легко вскинул на плечо (ран нет, даже царапина на шее уже затянулась, оставив только намек на шрам) и одним движением свободной руки проломил‑продавил кирпичную стену торгового дома. Жертвенная кровь, сотню лет назад залитая в раствор, ничего не забыла и охотно откликнулась – проходи! Штурман не бежал, просто шел, плавно огибая стеллажи и отпихивая невесомые тюки с хлопком. Без разбега вышиб дверь в подсобку, взбежал по узкой лесенке, выпрыгнул через окно на плоскую соседнюю крышу, потом на следующую. Переулок тянулся вдоль задних стен домов, отвратительно вонял и был совершенно безлюдным. Путь для подвод с припасами, водоносов, золотников – и беглецов всякого рода. В квартале за спиной нарастал шум, кто‑то неразборчиво кликал стражу, голосили женщины…
Сашка резко обернулся – левая рука легла на эфес Сумеречника – он так и не обнажил его ни разу за недавний короткий безумный бой.
– There is no need to be so nervous, – сухо сказал на прекрасном английском среднего роста серолицый (видимо, пожилой) вампир, одетый со вкусом, но старомодно. Он стоял на скате крыши, удерживаясь без видимых усилий, и с интересом разглядывал Сашку. – I have no intensions to trouble you. It would be unsportive, wouldn’t it?[1]
– Who are you?[2] – спросил Сашка с ненавистью. Он уже знал, кто это: один звук его голоса вызвал отголосок недавно пережитой боли.
– My name is Malvin Duerak, at your disposal, – сказал вампир. – Please pass my greetings to Marina Fedorovna, together with my sincerest desire to see her again. In the nearest future. And you too, my young friend. I hope we will continue our acquaintance.[3]
– What do you want?[4] – резко спросил Сашка, и добавил один не слишком приятный голландский эпитет.
– My intention is merely to even the score, – пожал плечами вампир. – And to have some pleasure. Here is my card, pray, take it, – Сашка не взял визитку: он скорее потянул бы за хвост разозленного скорпиона. – You may call on me with you pretty friend for a cup of tea and I will tell you the whole story. But you seem to be in a hurry at the moment, my apologies.[5]
Сашка отупело помотал головой: про визитку и про чай он не понял, это были какие‑то странные, чуждые ему сейчас понятия, которые в сознании не задержались. Он, не говоря ни слова, просто развернулся и полез дальше по крыше: нападать этот мерзавец сейчас не собирается, а у Сашки не хватало сил гоняться за ним и платить ему, как он того заслуживает. А посему шут с ним. До следующего раза.
– …Вывих левой стопы, растяжение связок на обеих руках, внутренняя гематома трехглавой мышцы, трещина в лучевой кости, ушибы, ссадины, на правой руке сорваны ногти – helvete, Златовласка, ты нехило поразвлекся! Твое счастье, Людоедка говорит, что капитан это все залатает в одну минуту… И еще более счастье, что капитан, опять же, к утру отойдет – если б ты ее угробил, пожалуй, мне пришлось бы мстить Берг над твоим хладным трупом, потому что вмешаться я не успела бы, – Санька говорила сердитым, ироничным тоном, но рука ее, держащая губку у Сашкиного лба, двигалась ласково и нежно.
Тем же тоном она продолжила:
– Такой скромный, такой тихий – вот и отпускай тебя теперь с Княгиней вдвоем!
Сашка лежал на мягком диванчике кают‑компании, и ему было все равно. Пусть отдают хоть под какие трибуналы, запирают на гауптвахту, выдают властям – сознание медленно отвоевывало территорию инстинктов, но сил переживать прошедший бой не было. Да и воспоминаний не было.
До утра – а там… что‑то будет там.
– Это редкостная глупость, – заметила Княгиня с утра.
Чем компетентнее лекарь, тем менее заметны его усилия. Капитан Балл, должно быть, могла зарабатывать каждый день по десятку золотых частной практикой или запросто открыть свою лечебницу: по ней вообще было не видно, что она лечит. Она просто решительно размотала довольно хорошо наложенные Санькой повязки, расчесала Сашкины волосы для пущего укрепления здоровья специальной расческой, и он сразу почувствовал себя не просто лучше, а прямо совсем хорошо. Все это время она продолжала его ругать спокойным и холодным тоном.
– Я вам благодарна за решительные и ответственные действия, штурман, – говорила Княгиня. – В самом деле, если бы не вы, мне бы потребовалось гораздо больше времени, чтобы выбраться из этой переделки. Но прошу также заметить, что, говоря о магии крови, я не имела в виду, что вы должны пожертвовать жизнью, вытаскивая меня – а именно это вы почти что проделали.
– Я тоже не собирался жертвовать жизнью, уж поверьте, – произнес Сашка все еще слабым голосом, садясь на диване в кают‑компании, где он провел эту ночь в каком‑то болезненном, полном сомнений забытьи. – Просто не подумал.
– Любопытно, что вы подсознательно считаете себя больше вампиром, чем меншем. Несмотря на то, что прописано в вашем паспорте. Я‑то, собственно говоря, хотела вас попросить о глотке вашей крови – тогда я смогла бы разорвать узы. С меншами это работает. А вы не поняли. Прошу за это прощения. Неуместной деликатностью, как выяснилось, я поставила вашу жизнь под угрозу.
Сашка вздохнул. Он должен был понять: обычная вежливость воспрещает вампиру попросить менша о крови прямо, даже если очень надо. Белобрысов был достаточно хорошо знаком с вампирским этикетом, чтобы представлять, насколько именно это неудобно. Это все равно как попросить у незнакомого человека на улице деньги или хорошо знакомого – провести с тобой ночь.
Куда как просто было полоснуть себя ножом по запястью. Вместо этого он полез кусаться: не хватило ума сообразить, что у него не хватит ни врожденной магии, ни физической крепости ввязываться в это дело на равных.
– Вы не виноваты, – сказал Сашка. – Я должен был… – он замялся, понял, что нормально не сформулирует, и задал вопрос, столь же отрывочный, как его попытка извинений. – А как вам удалось?..
[1] Нет необходимости так нервничать. У меня нет намерений беспокоить вас. Это было бы неспортивно, не так ли? (англ.)
[2] Кто вы? (англ.)
[3] Меня зовут Мэлвин Дюрак, к вашим услугам. Прошу вас, передайте мои приветствия Марине Федоровне, вместе с моим искреннейшим желанием снова увидеть ее. В ближайшем будущем. И вас тоже, мой юный друг. Надеюсь, мы продолжим знакомство. (англ).
[4] Чего вы хотите? (англ.)
[5] Мои намерения – всего лишь сравнять счет. И получить немного удовольствия. Вот моя визитка, молю, возьмите ее. Можете заглянуть ко мне с вашей симпатичной подругой на чашку чая, и я расскажу вам всю историю. Однако вы, кажется, спешите сейчас. Мои извинения.
