Секреты серой Мыши
Америку я ей не открыла. Судя по реакции, баронессу всё‑таки тоже мучил этот вопрос. Уже хорошо – хотя бы не придётся доказывать очевидное.
– Я не знаю, что делать. – тихо, как будто самой себе призналась Лаура.
– Значит нужно разбираться с самого начала и начинать действовать. Главное, не пускать больше ситуацию на самотёк. Я уже была в наших деревнях и сложила предварительное мнение насчёт того, в каком направлении двигаться.
– Таис! – как будто спохватилась женщина и, забыв страдать, откровенно удивлённо уставилась на меня, – Я тебя не узнаю. (Да понятно уж. Чего все одно и то же заладили.) Откуда такой интерес к делам баронства? Столь юной девушке не уместно проявлять рвение в мужских делах.
Если честно, я ждала этого вопроса раньше. Но она настолько углубилась в собственные переживания, что только сейчас обратила внимание на несоответствие выздоравливающей падчерицы и прежней Таис.
– Как же уже сдуть с тебя эту "золотую пыль"? – думала я, глядя на мачеху.
– Лаура, – вставая с кресла и подходя к ней вплотную, спокойным вкрадчивым голосом начала я, – Всё понятно, что молодым девушкам бывает чего‑то там неприлично. В конце концов мы не вопросы девичьей чести обсуждаем. Дела наши плохи, поэтому давай оставим ненужные формальности и будем говорить начистоту. Я считаю тебя здравомыслящей женщиной, вполне способной разобраться в хозяйстве. Просто это, наконец, надо начать делать.
Глаза баронессы сузились, она смерила меня долгим взглядом, типа "а ты та ещё штучка". В голове её читаемо происходила экстренная переоценка ситуации.
– Ну, давай уже, решайся, – мысленно подбадривала я мачеху, затягивая паузу. Сейчас был её ход. Кто первый откроет рот – тот и "проиграл". Хотя, как вы понимаете, все мои усилия сейчас были направлены на то, чтобы выиграли все.
– Что ты предлагаешь? – Лаура развернулась всем корпусом, встав боком ко мне и уставившись в окно.
Ну тут уж я не заставила себя уговаривать и выложила мачехе всю собранную мной информацию.
– Я готова согласиться с тем, что необходимо предпринимать какие‑то шаги. Но мне необходимо обдумать всё, что ты мне сейчас сказала. А теперь мне пора собираться. – на этом она поставила точку в нашем разговоре.
Усиленно подавляя внешние признаки распиравшего меня радостно‑приподнятого возбуждения от результата беседы, я покинула покои мачехи и отправилась на кухню чего‑нибудь зажевать. Это была маленькая победа.
Впрочем, как потом показала практика, радовалась я рано.
Нет, Лаура не отказалась от своих слов прям сразу и даже некоторое время предпринимала честные попытки освоить бумаги, которые я уже отсортировала и активно подсовывала ей для ознакомления. Но, например, мысль о том, чтобы лично пообщаться с деревенскими мужиками повергала её в культурный шок. И вообще, сама ситуация того, что малолетняя падчерица, условно говоря, учит её разбираться в собственном хозяйстве, вызывала у неё дикую неловкость, а отсюда и раздражение.
На моё предложение каким‑либо законным образом передать полномочия на распоряжения по баронству в мои руки следовал единственый, кстати, вполне логичный вопрос:" Когда я буду этим всем заниматься, если в ближайшем будущем мне неизбежно придётся съехать из имения к гепцогине?"
А та, как на грех, уже справлялась на тему моего здоровья, ибо вакансия фрейлины, грубо говоря, "висела открытой" и давно уже требовала заполнения. С трудом нам удалось выторговать ещё пару недель моего отсутствия.
В конечном итоге, закончилось всё тем, что баронесса наша психанула и опять задрала лапки кверху.
– Это вообще не женское дело. – было сказано мне, – Вот пусть этим всем барон и занимается.
Что‑то в этом роде я предчувствовала заранее, видя как тяжело даются Лауре шаги к управлению баронством. На случай подобного развития событий, была у меня в заначке одна гениальная, на мой взгляд, идея.
– Ну, прости, дорогая. – я мысленно "закатала рукава". – Ты сама меня вынудила на этот шаг. Не хочешь напрягаться добровольно, значит будем подключать "тяжёлую артиллерию".
Конец ознакомительного фрагмента
