Шесть

«Тупая геометрия!» – слышится детский мальчишечий голос.

«Отлично, надеюсь, ему понравится», – на этот раз голос девичий.

«Поскорее бы пятница! Тяжёлая неделя», – мужской выделяется среди остальных.

Голоса смешиваются воедино, и теперь отличить какие‑то конкретные слова весьма сложно, практически нереально. От этого голова гудит ещё больше, словно сейчас начнётся землетрясение, а боль доходит до пика, заставляя съёжиться сильнее. Я теряюсь в реальности, не различая, где мои мысли, а где – чужие, есть ли мой голос и является ли это все сном. Как же я хочу проснуться и обнаружить, что со мной всё хорошо и что я не сошла с ума! Пожалуйста…

Боль вспышкой оглушает меня, и я теряю сознание.

 

Глава 5. Фаррэй Кеньятта

 

Утром погода была хорошей: солнечные лучи невесомо касались кожи, дул приятный прохладный ветерок – идеальные погодные условия для работы садовником. Обычно в апреле на несколько градусов теплее, чем сейчас, но это скорее плюс. Днём ситуация несколько изменилась: солнце скрылось за плотными дымчато‑серыми облаками, а температура воздуха понизилась на пару градусов. Скорее всего, вечером погода сильно испортится.

Сегодня день не был особо загруженным. Сначала я привёл в порядок небольшой двор с садом у мисс Дламини. Женщина уже в возрасте, её можно назвать пожилой – семьдесят два года, после смерти своего мужа соорудила небольшой сад на заднем дворе, где ежедневно проводила время: обычно она просто садилась на небольшую садовую скамейку и что‑нибудь читала. Из‑за раскидистых деревьев, растущих на участке мисс Дламини, сад находится большую часть времени в тени, из‑за чего некоторые из растений с трудом приживаются – им всё‑таки нужен солнечный свет. В остальном, я считаю, это самое уютное и расслабляющее место в мире. Однако она не любит выполнять больших ухаживаний за этим садом, чем простая поливка цветов, поэтому время от времени пользуется моими услугами садовника. И я с радостью соглашаюсь, потому что работа несложная: обрезать низенькие немногочисленные кустики, придав им округлую форму, удобрить некоторые из растений и полить их, предварительно осмотрев каждое на наличие заболеваний или вредителей – работа выполнена, деньги получены. Вот и сегодня я посетил сад Дламини, полностью отдавшись выполнению работы, после чего согласился на чай.

Следующий – и последний на сегодня – заказ был у пожилой пары с фамилией Радебе. Они проживают в просторном двухэтажном особняке в пригороде Йоханнесбурга, и их имение отдаленно от остальных, из‑за чего и получился такой огромный участок. У них есть главная оранжерея, которая по размерам могла бы сойти за небольшой дом, и две поменьше, которые находятся недалеко от главной. Также у них имеется чудесный сад, где, на удивление, растёт не так уж и много цветов – Радебе отдали предпочтение кустам и деревьям, чтобы это место было «зелёным островком». В центре этого сада расположен небольшой фонтан, создающий атмосферу роскошной жизни. Несмотря на большие размеры участка, я всегда рад находиться здесь: в саду работать приходится мало, потому что основное время работы занимают именно цветы, а в оранжереях приятно находиться ввиду благоговейной тишины. В самом доме я не был ни разу – Радебе не любят, когда кто‑то из посторонних ступает в их жилище. Но могу предположить, что внутри всё обставлено громоздкой мебелью, а стены увешаны многочисленными картинами, на большинстве которых наверняка изображен пейзаж какой‑нибудь особо живописной местности. Отчего‑то я представляю именно такую обстановку. Однако не мне судить об их доме, моя задача – сад и оранжереи.

Начал я, как и всегда, с сада: несмотря на его внушающие размеры, времени он занимает немного. Всё, что мне нужно было сделать – полить растения и придать квадратную форму большим кустам, расположенным по бокам от садовой дорожки и будто бы приветствующих каждого, кто здесь оказался. После этого я направился к оранжерее. Здесь работы уже было побольше, хотя бы потому, что тут есть цветы, которым нужно уделять особое внимание, если не хочешь, чтобы они заболели или стали жертвами вредителей. Закончив с главной оранжереей, я перешёл к двум оставшимся, провозившись приличное количество времени. Когда закончил, погода к тому моменту времени стала ещё хуже.

Отдалившись от участка Радебе, невольно подумал о том, что мне повезло, что я тоже живу в пригороде – не хотелось бы в такую ужасную погоду находиться где‑либо, кроме своего дома. Серые тучи затянули абсолютно всё небо, из‑за чего стало значительно темнее, чем должно быть, появился сырой ветер, усиливающийся буквально с каждой минутой. Долго ждать не приходится – дождь незамедлительно начинается, стремительно усиливаясь и превращаясь в самый настоящий ливень. Из‑за него ветер становится ещё более сырым и даже моментами ледяным.

Я почти добираюсь до дома, как вдруг справа слышу оглушительный хруст и рефлекторно поворачиваю голову в направлении шума: дерево опасно накреняется в мою сторону, грозясь сломаться и придавить своим весом. Инстинктивно делаю шаг вперёд, но немного не успеваю: дерево всё‑таки ломается и падает, придавливая своей тяжестью мою ногу, отчего я падаю на землю. Тупая боль тут же разливается по всей ноге, и я пытаюсь осторожно её вытащить, делая успешные попытки. Чувствую под рукой что‑то твёрдое, перевожу туда взгляд и обнаруживаю небольшой предмет. Заинтересованно, хотя и недолго, рассматриваю его: это какой‑то камень, вернее его осколок, имеющий приличный вес. Ввиду непогоды он стал грязным – наверное, провалялся в луже.

До боли стиснув зубы, поднимаюсь и хочу продолжить идти, потому что до моего дома остаётся шагов тридцать, но отчего‑то не могу сдвинуться с места, словно забыв, как передвигать конечностями. Наконец отрываю одну ногу от земли, но тут же начинает сильно кружиться голова, из‑за чего мир перед глазами вращается, меняя реальное расположение объектов. Прикладывая все усилия, встаю и продолжаю идти к дому, сильно прихрамывая.

Ввалившись в пустой дом и включив свет, тут же оказываюсь на полу, потому что травмированная нога даёт о себе знать. Я немного отдыхаю, вслушиваясь в бушующую за окном непогоду. Где‑то вдалеке гремит гром и наверняка сверкает молния, дождевые капли, подгоняемые буйным ветром, с силой бьют в окна. Проходит минута или две, и боль, кажется, уходит, словно её никогда и не было. Нахмурившись, смотрю на ногу – абсолютно нетравмированная часть тела. Аккуратно поднимаюсь и делаю небольшой шаг – всё так, словно ничего не произошло. Но ведь боль и травма были, в этом я уверен!

Стою на месте ещё пару минут, обдумывая эту ситуацию, а потом направляюсь прямиком в ванную комнату, чтобы принять расслабляющий душ. Горячие струи воды действительно успокаивают, одаривая спокойствием и безмятежностью. Нога всё так же здорова: ни боли, ни ещё каких‑либо неприятных ощущений. Выйдя из ванной комнаты по окончании душа, вновь прохожу в прихожую, совмещённую с гостиной и кухней одновременно. Из‑за непогоды неожиданно вырубает свет, и мне приходится достать свечи и зажечь их.