Шесть

Достаю ещё одну свечу и ставлю её не на стол, а на кухонную тумбу – для чистоты эксперимента, так сказать. Фокусирую взгляд на фитиле и представляю, как он зажигается. Внутри меня нарастает огненная волна, и я пытаюсь направить её на свечу. Секунда, две, три… и фитиль загорается, а внутренний огонь затухает. Удовлетворенно улыбаюсь, смотря на ровное пламя.

Переношу свечку к остальным, на стол, и в задумчивости смотрю на них, пытаясь придумать, что мне сделать. Осторожно подношу ладонь к одной из них и накрываю ей пламя. Никакой боли не чувствую, ничего того, что было бы неприятно, наоборот, это какое‑то мягкое ощущение, словно касание до чего‑то… невесомого. Остатки внутреннего пламени сливаются с внешним и становятся единым целым. Смотрю на ладонь и не вижу на ней никаких следов от огня. Затем медленно разбинтовываю левое предплечье и замечаю, что все ожоги исчезли.

– И кто бы мог подумать! – восклицаю я, начиная смеяться.

И что же это получается: теперь я управляю огнем? Чёрт возьми, да я всемогущ! Ну, по крайней мере, в вещах, касающихся огня. Только как так получилось, что у меня появилась сверхспособность? Из‑за пожара? И что, теперь каждый, кто имеет дело с пожаром, получает такие силы? С трудом верится. Впрочем, это уже не так важно, важно лишь то, что я умею управлять огнём, а это многое значит.

Похоже, вместе с этой способностью я получил… регенерацию. Ожоги так быстро не заживают, да и прямое соприкосновение с пламенем наверняка повредило бы кожу. Если я действительно обладаю регенерацией, то дела обстоят ещё лучше: я смогу делать всё, что захочу, и ничто не станет тому преградой. Могу заставить людей страдать, а могу им помочь – в зависимости от их ко мне отношения. И эта перспектива мне очень нравится!

***

Прибыв в аэропорт Ушуайи, я первым делом направляюсь к автоматам с кофе: мне предстоит долгий путь до Канберры, длинною в более, чем сорок часов, я просто не смогу выдержать это, не выпив кофе. Казалось бы, можно ведь сделать прямой рейс от Ушуайи до какого‑нибудь города в Австралии, но нет, лучше же сделать несколько пересадок! Если бы не моё желание посетить эту странную в хорошем смысле страну, я бы ни за что туда не полетел – слишком уж сложный путь!

Не дохожу до автоматов с кофе буквально несколько метров, как в меня с силой влетает какая‑то девушка. Ловко удерживаю её за плечо, не давая упасть. Она поднимает на меня взгляд, выражающий нечто между удивлением и неодобрением, но никак не извинением.

– Смотреть нужно, куда идёшь, – холодным тоном произносит она, выдёргивая плечо, и поднимает упавший паспорт.

– Могу то же самое сказать тебе, – отвечаю я, невольно поражаясь такой наглости: она в меня влетела, так ещё и меня же сделала виноватым! – Я Марко Фернандес, – резко меняю тему, протягивая ей руку для рукопожатия. Её голубые глаза не выражают ничего, кроме холода и, кажется, презрения. – Понимаю, не с того начали наше знакомство, – обворожительно улыбаюсь, пытаясь растопить её лед, однако тщетно. Но это пока что.

– Аста, – она пожимает мою руку, и я чувствую, насколько её кожа ледяная.

Через мгновение она обходит меня и уверенной походкой направляется к залу ожидания. Я кидаю быстрый взгляд на автоматы с кофе: у меня была чёткая цель, но её снова разрушили! Ладно, кофе подождет, у меня есть дело поважнее: нужно подобрать верный ключ к расположению Асты.

– Куда летишь? – я быстро догоняю её. – И откуда?

– Это допрос? – холодно спрашивает она и садится в одно из кресел. Я сажусь рядом с ней.

– Нет, конечно. Просто интересно, какими судьбами оказалась такая прекрасная девушка в Ушуайе, – я не свожу с неё взгляд, следя за реакцией. Она поворачивается и безразлично смотрит на меня в ответ. – Я, например, живу в этом городе, а лечу в Буэнос‑Айрес.

– Лечу туда же, – просто отвечает она. – А до этого любовалась Антарктидой, – фальшиво улыбается она.

«То‑то же от тебя веет льдом», – мысленно отмечаю я, еле удерживаясь от того, чтобы не сказать это вслух. Никогда не встречал таких холодных людей, которые ни в какую не хотят идти на контакт, особенно девушек. И что‑то мне подсказывает, что это вовсе не из‑за неудачного столкновения.

– О, и как там, в Антарктиде? Просто хочу понять, чем именно этот континент привлекает людей: там же, по сути, только льды и пингвины.

– Ну, по сравнению с тобой, пингвины – отличная компания, – она пожимает плечами, не переставая сверлить меня взглядом. Внезапно я начинаю замерзать, словно вышел на улицу зимой раздетый. С каждой секундой становится всё холоднее и холоднее, хотя в зале ожидания достаточно тепло. Этот мороз растекается по телу так же, как и недавний жар, за исключением того, что он идет в обратном направлении: от кончиков пальцев к самому сердцу.

– Что‑то прохладно, не находишь? – спрашиваю я, на что Аста лишь отрицательно качает головой и отводит взгляд, доставая электронную книгу. Холод отступает так же резко, как и приходит. Я в задумчивости смотрю на девушку. Она действительно прекрасна: прямой острый нос, ярко‑выраженные линии и углы подбородка, тонкие, почти что бесцветные губы, чёткие брови и длинные ресницы в тон светлых волос. – У тебя очень красивый профиль, – мне даже не приходится льстить, чтобы сделать ей комплимент.

– Я знаю, – она растягивает губы в улыбке, словно вся эта ситуация её смешит.

– Чем по жизни занимаешься? – спрашиваю я. Она вообще не поддаётся никаким комплиментам, как будто внутри неё и правда прячется огромная ледяная глыба.

– Слушай, Фернандес, что тебе нужно? – её цепкий взгляд полон холода и недовольства. – Сейчас я хочу почитать спокойно книгу, а не отвечать на твои вопросы. Иди охмурять других девушек, а от меня отстань.

– Я просто хотел с тобой познакомиться! – возмущённо отвечаю я. – Хорошо, оставлю тебя наедине с книгой. Читай в удовольствие, – раздражаюсь я и поднимаюсь с места. – Думаю, пингвины были рады, когда ты их покинула, – напоследок шепчу ей на ухо, наклонившись.

Она лишь прожигает меня уничтожающим взглядом, ничего не отвечая. Я выпрямляюсь и поспешно ухожу в сторону автоматов с кофе. Зря только время тратил на эту Асту, с самого начала было понятно, что она вряд ли будет рада пойти со мной на контакт. Тоже мне, снежная королева!

Я раздражённо нажимаю на кнопки, выбирая кофе. Постепенно начинаю успокаиваться, ожидая, когда сделается напиток. Неприятный осадок от общения с Астой всё ещё остается, явно не желая исчезать. И существуют же такие холодные люди…

***

В десять вечера оказываюсь в Канберре. Как я и думал, здесь немного теплее, чем в моём родном городе, хотя сейчас как раз то время суток, когда температура воздуха понижается – поздняя ночь. На данный момент хочется только лишь заселиться в номер и уснуть в удобной постели. После многочисленных часов ожидания в аэропортах кровать кажется каким‑то чудом.

Наконец я добираюсь до гостиницы, которую выбрал, ещё будучи в Аргентине. Внутри всё выполнено в светло‑коричневых тонах, на стенах – панели с мягким, не бьющим по глазам, светом. Я подхожу к стойке регистрации, где мне приветливо улыбается администратор.