След души

Члены комиссии переглянулись, а председатель строго на неё посмотрел и сказал:

– Кира, мы Вам пошли навстречу. Будете отвечать?

– Это неправильно! Вы же сами видите! – трясла бумажкой перед носом преподавателей она, – У вас один и тот же вопрос два раза повторяется!

– Кира Павловна, Вы отвечаете или нет? – переспросила женщина.

Кира швырнула билет на стол, резко вскочила со стула, опрокинув его назад, и хлопнула старинной дверью.

– Уроды! – раздалось эхом по аудитории.

Июльская духота сопровождала Киру всю дорогу – парк, троллейбус, снова парк, но когда она зашла в подъезд, ей стало прохладно, как будто она оказалась под землей в винном погребе. На коже стали видны мурашки. И вдруг Кира услышала крики отца.

– Это позор! – кричал отец. – Позор семьи! Позор моей фамилии! Я – уважаемый человек. У меня репутация! Да что она себе позволяет? Мало того, что она не подготовилась к экзамену, так она еще и нахамила председателю… Где твое пресловутое аристократическое воспитание? А?!

– Паша, у нее переходный возраст, – оправдывалась мать. – Посмотри на нее. Она еще не осознает, как это важно.

– Переходный возраст, значит? Гормоны? Ей семнадцать, это уже не переходный возраст! Это характер! – кричал он.

– Твой характер, Паш, – резко ответила мать и ушла на кухню.

Кира прислонилась спиной к холодной стене подъезда. Головой откинувшись назад, она случайно коснулась звонка и испугалась. Отец подлетел к двери. Кира вошла, опустив голову, как нашкодивший котенок. Мать смотрела на нее и молчала. Отец разочарованно покачал головой и ушел к себе в кабинет. Зазвонил телефон.

– Алло… – взял он трубку, – Давид Германович, я приношу свои извинения, мы подготовимся на следующий год.

Потом отец еще минуты полторы кивал и в конце сказал:

– Еще раз извините… нас, – и посмотрел на Киру, которая стояла в дверях отцовского кабинета с застывшими в глазах слезами. Он молча повесил трубку.

– Наказана. Домашний арест.

– Размечтался! – нагрубила Кира и хлопнула входной дверью.

Кира выбежала на улицу. Она села на ступеньки и расплакалась.

– Позор семьи! Я устрою им позор семьи, родители называются…

 

***

 

Вернулась Кира через двое суток. Без ключей и кошелька.

– Где ты была?

Кира молчала.

– Кира, зачем ты так с нами?

Кира не услышала того, что сказала мать, она увидела только её заплаканные глаза и бросилась ей на шею. Она быстро заговорила:

– Я была у Маринки, она у приемной комиссии КГУ живет, у нее родаки уехали на дачу, на всю неделю. А потом я пошла вроде как документы забирать, а меня встретил Борисов, отличник наш, сказал, что мне можно подать документы на другой факультет, я туда сходила, но там никого не было, я до вечера там сидела, поела в Макдональдсе, – и Кира опустила глаза. – Там какой‑то бомж у меня бургер попросил, я ему и отдала. А потом я снова пошла в приемную комиссию и решила не забирать документы. Они сказали прийти завтра, и я переночевала у Маринки, на утро опять пошла в КГУ, через Макдональдс, и опять этот бомж… Он мне ножом угрожать начал, я все и вытащила из карманов, и кошелек, и ключи. Я позор семьи… – расплакалась Кира.

– Ну что ты, отец так сгоряча сказал, не в настроении был, сама знаешь… Звонил председатель комиссии, тебя готовы принять, но на другой факультет, он договорился.

– Мам, я уже подала документы на психологию.

– Куда‑куда? – удивленно спросила мать.

– Мам, мне сказали, мне хватает баллов. Даже комнату в общежитии предложили, но это из‑за отца.

– Ты что там будешь жить, а не дома? – смутилась мать.

– Мам, я уже решила, – обняла Кира мать.

– Ох, Кравцов, Кравцов, – мотала головой Анна, пока собирала вещи дочери, – репутация у него…

 

***

Кира стояла у порога с чемоданом в руке.

– Присядем на дорожку? – сказала мать.

Кира присела на чемодан, мать на тумбу в прихожей. Неловкое молчание прервалось звуком бренчащих ключей. Отец открыл дверь, молча подошел к дочери и крепко‑крепко сжал ее в объятиях.

– Береги себя, – выдавил он и ушел в кабинет.

– Он в курсе, что я просто в общагу еду, а не сваливаю из города? – пошутила Кира.

Мать засмеялась.

– Иди, а то передумаю, будешь целый год готовиться, – послышалось из кабинета.

– Паш, нам нужно сменить замки, – крикнула мать.

– Опять? Что на этот раз? – удивился он.

– Долгая история, – ответила мать еле слышно и обняла Киру. – Я рада, что с тобой все хорошо.

Кира расплылась в улыбке. Мать не успевала вытирать слезы, катившиеся ручьем из голубых глаз. Кира крепко обхватила ручку чемодана, рывком приподняла его и ушла.

 

Глава вторая. Центр Реабилитации

 

 

Центр Реабилитации

Москва

2007 год

Среда. День третий

Через пять лет учебы я получила долгожданный диплом. Еще пять лет выпало из моей жизни благодаря госучреждению с низкой зарплатой и отсутствием личной жизни. И вот я открыла кабинет. «Психологическая консультация Киры Кравцовой». Отец помог.