Согрецу. Хроники багрового рассвета

Тот снова в одно мгновение возник перед ним, хоть их и разделяло с десяток метров, только в этот раз не спешил атаковать. Лирел же незамедлительно воспользовался дарованным шансом. Копье устремилось вперед. Схватившись за древко, Герхард увел надвигающееся острие в сторону и занёс локоть с клинком. Серебрянновласый уверенно остановил удар на полпути. Брат ехидно усмехнулся в ответ и ловко извернув руку, взял на излом кисть.

Предчувствуя угрозу, Лирел ударом ноги в живот оттолкнул его назад. Тут же последовало два молниеносных выпада. Парень отчётливо увидел, что лезвие прошло сквозь тело всезнающего брата, однако тот удивительным образом скрылся из виду в самый последний миг, подставив под удар ствол дерева позади себя. Появившись в стороне, Герхард ринулся в атаку.

Отразив очередной выпад, Лирел отскочил назад и прислонился спиной к чему‑то твердому. Соперник не отставал. Багровое лезвие по дуге уже неслось к голове. Первородный не успевал парировать его копьем, да и увернуться в этой позиции было проблематично.

Вопрос решил кулак все того же Герхарда, ощутимо врезавшийся ему в живот. Болезненное чувство, вынудившее припасть на колено, и спасло парня от потери головы. Лезвие с легкость разрубило ствол дерева позади.

Немой вопрос застыл в глазах Лирела, но лишь на мгновение. Копье очертило круг и устремилось в ответную атаку. Спустя несколько громогласных встреч, серебрянновласый снова оказался в невыгодном положении.

Взмахом с разворота выведя из равновесия, Герхард следующим выпадом сверху вниз опустил его на колено. Лезвие звякнуло об древко, преградившее путь к цели, и остановилось у самого носа. Стоило лишь немного надавить, и оно бы окончило сражение. Судя по напряженному лицу и дрожащим рукам, силы Лирела были на исходе. Внезапно Герхард словно пришел в себя и резким ударом сбил опорную ногу, окончательно положив его на землю.

Власть внутреннего зверя начала ослабевать. Первородный упорно сопротивлялся, не желая причинять брату вред. Последние действия отчётливо об этом говорили. Но свою жизнь он также не планировал отдавать за просто так. Лирелу следовало преподать урок, что иногда игры заканчиваются плохо. Особенно если не знать меры. Конечно, калечить его Герхард не собирался, однако наказать шаловливого ребенка следовало безжалостно.

Распластавшись перед братом, серебрянновласый юноша смерил того недовольным взглядом. Взор оппонента же был отрешен и направлен, будто сквозь него. Наверняка, о чем‑то задумался. В разгаре боя посторонние мысли не приводили ни к чему хорошему. Лирела раздражало столь высокомерное отношение. Жажда мести неугасаемым пламенем разгоралась в груди.

Воспользовавшись моментом, он вскинул копье. Лезвие, белесой линией промчалось снизу вверх и черкануло по щеке, приведя того в чувства, а спустя оборот, подобно стремительной змее, впилось в бок.

Герхард даже не сразу понял, что произошло. По белому одеянию потекла кровь и одинокими каплями окропила землю. Острие вошло достаточно глубоко. Вряд‑ли Лирел намеревался его убить, хотя по горящим безумием глазам такого не скажешь. Скорее, это просто был импульсивный порыв.

В этот момент виски обожгло адским пламенем. Жуткая ярость вновь сковала разум, выпустив зверя на свободу. Боли он совсем не чувствовал, словно злость полностью ее поглотила.

Схватившись за лезвие, Герхард жёстко вытащил его из раны и размашистым движением руки, прошёлся клинком по груди обидчика. Распоров белоснежный кафтан, длинный багровый след расчертил мускулистый торс.

Лирел припал к земле. Гнев ни капли не утихал. Стиснув зубы в яростном оскале, он сделал выпад вперёд. Алое лезвие тут же полоснуло болезненным жаром снизу вверх по плечу, а его владелец скрылся из виду. Прежде чем парень успел понять, что случилось, заострённый металл едва ощутимо коснулся горла.

– Все. Все. Я сдаюсь. Ты победил. – Лирел начал приходить в себя. Гнев исчезал, словно лёд под лучами палящего солнца. – Что‑то на меня нашло.

Однако Герхард не спешил отпускать. Он изо всех сил сдерживался, чтобы не вскрыть ему горло. Оглушающий шепот, звенящий в ушах, будто наполнял голову чем‑то тяжёлым и противным. Складывалось ощущение, что по вискам текла грязь. Со всевозможным остервенением, внутренний голос требовал крови и буквально физически пытался заставить его совершить решающее движение.

Лирел застыл в ожидании. Юноша совсем не чувствовал страха перед смертью. Он просто не верил, что брат может его убить. С самого детства они были очень дружны, однако сейчас нотки сомнения трепетной дрожью отбивались в груди. Ощущения говорили, позади него находится ужасающий зверь. В пылу сражения он совсем не заметил этой жуткой ауры.

– Герхард? – Клинок начал сильнее вписаться в кожу, освобождая путь капелькам крови.

Рука крепко сжала древко копья. В голове пронеслась мысль, попытаться выбраться из захвата. В такой ситуации оставалось только схватиться за лезвие, тем самым перекрыв ему путь к горлу. Но тогда, скорее всего он бы лишился пальцев. Подобный размен на жизнь казался вполне приемлемым. По крайней мере, иного способа, парень не видел. Время, казалось, замедлило ход. Каждое мгновение длилось мучительно долго, отбирая у него возможность спастись.

Наконец, Герхард разжал захват и отпустил брата. Сам же отошел подальше, пытаясь прийти в себя. Тяжело дыша, оба пытались переварить произошедшее.

– Это было… удивительно, – нарушив затянувшуюся паузу, Лирел поделился впечатлениями.

– Не сказал бы, – невозмутимо ответил тот. – Мы могли убить друг друга.

– Ты бы и вправду меня убил?

– Не позволяй ему контролировать себя. И постарайся избавиться от своего пагубного пристрастия.

Серебрянновласый юноша все так же сидел на земле с дурацкой ухмылкой и зачарованно смотрел в одну точку.

Герхард закрыл лицо рукой. Похоже, зверь желал не только знаний. Это в корне меняло его представления об истинной природе их рода. К счастью, на данный момент все закончилось хорошо, но в следующий раз на месте обезумевших зверей могли оказаться те, кто не сможет остановиться. Герхард чувствовал ответственность за братьев и сестер, поэтому хотел найти способ противостоять жажде. На данный момент, он мог только наблюдать и делать выводы. Даже потусторонние знания не давали ответы на вопросы.

Тяжело вздохнув, Первородный взглянул вверх. С небосвода на него смотрело багровое светило, озарившее небо кровавым цветом. Он отчётливо ощущал на себе тяжёлый взгляд чего‑то неведомого. Словно шар света, освещавший мир с начала времён и вправду был глазом какого‑то непостижимого создания. И сейчас оно своим невероятным взором смиряло одного из детей Богини.

Герхард без капли сомнения смотрел в ответ. Будто схлестнулся в ментальной схватке с тем, что скрывало светило. И, похоже, это нечто отвечало ему. Завывание ветра в ушах становилось грохочущим гулом, а перед глазами всё заволакивало красноватым туманом. Тело постепенно наполнялось тяжестью и грозило вот‑вот разорваться на части. Однако Первородный упорно продолжал смотреть прямо вглубь ослепительной красноты.

– Ты тоже чувствуешь это, брат? – Опустившаяся на плечо рука Лирела вывел его из ступора. – Каждый раз, когда наступает багровый закат, на нас смотрит нечто чуждое. И смеётся. Я слышу его раскатистый смех всякий раз, когда пытаюсь заглянуть внутрь.

– Что же это?