Темный Волхв. Менестрель. Книга 2
– …Волчище! – выдернул Волка из омута воспоминаний голос темного волхва.
«Чего тебе?» – вздохнул тот.
– Ты не чуешь? Беда надвигается!
«Ох, Данимир! Прав ты». – Оглянувшись, Волк припустил со всех лап.
А подростки увидели: на одном из горбатых мостов появился всадник. Вот он спустился с моста… А потом понесся прямо на них!
– Держитесь крепче! – просипел в голос Волк.
И помчался еще быстрее, хоть, казалось, это было уже невозможно. Краски слились в одну цветастую ткань. Ветер, до этого ласково трепавший волосы, загудел, забил – по щекам, по глазам… Ребята, только вчера сдававшие экзамен по свободному падению, смогли оценить скорость, с которой двигался Волк: никак не меньше, а то и больше сотни километров в час!
И все‑таки расстояние между ними и всадником стремительно сокращалось. Тут‑то Риту и осенило: с ними же темный волхв!
– Данька, сделай что‑нибудь! – заорала она. – Сбей этого всадника!
– Это не всадник, увы. – Даня без всяких подсказок несколько раз пытался отделаться от погони. – Это только так кажется. Агрегат это. И я почему‑то не могу достать оператора. Остается только надеяться на…
Что именно имел в виду Даня, узнать так и не удалось. В этот самый момент тропа сделала крутой вираж, когти Волка заскребли по камню…
А потом Волк перешел на шаг, и сверкающий мир оболочки померк. Путешественники оказались в абсолютной темноте.
Глава 7,
в которой Данимиру не удается излечить провидицу
Это походило на аквапарк.
Только в «Водном мире», куда Рита ходила с отцом и мачехой несколько лет тому назад, было гораздо больше света. Даже в тоннель под названием «Подземный» сквозь малюсенькие отверстия проникал свет. Маленькая Рита скользила по извилистому спуску на надувном кругу и улыбалась радостным лучикам.
Здесь же была абсолютная темнота, дрожь Волка и неприятно‑острый звук, который испускали царапающие поверхность когти хищника.
Спустя несколько тревожных минут девушка догадалась засветить огонек. Однако увиденное лишь подтвердило ее предположение: они спускаются по громадной трубе. А еще здесь, в отличие от аквапарка, не было воды. На поворотах удавалось заметить корни. И каких‑то громадных кольчатых червей!
– Не дрейфь, Ритка! – Даня знал, что девушка боится, хоть и держится, не показывает виду. – Это земляные ройщики, они не тронут.
– Это хорошо, что не тронут. – Услышав голос друга, Рита немного осмелела. – Но как мы сюда угодили?
Ведь там, где они совсем недавно мчались, была такая красота! Да и дорога была ровная‑ровная, и никаких провалов не наблюдалось.
– Иллюзия, наверное, – Даня не был уверен в том, что говорит, но поддержать разговор было просто необходимо. Пока он говорил, Рите не было страшно.
– Там? – Рита вцепилась одной рукой в шкуру Волка: именно в этот момент их начало ощутимо потряхивать. – Ил‑ли т‑ту‑ут?
Ответа девушка не получила: трясти стало сильнее. Рита спрятала огонь от греха подальше и вцепилась в Волка уже обеими руками. По‑прежнему было темно. Сильнее всех частей тела страдала голова: несколько раз Рита пребольно приложилась ей о стены.
Но всему на свете приходит конец. Именно тогда, когда путешественники уже начали сомневаться в том, что преодолеют тоннель в целости и сохранности, трясти перестало. Проскрипев когтями по чему‑то твердому, Волк остановился.
«С‑с‑сидите тих‑х‑хо! – В уже привычном чревовещании проскальзывали шипящие звуки. Много‑много шипящих звуков. – Оч‑ч‑чень тих‑х‑хо».
Он мог и не предупреждать седоков: те и так не проявляли инициативы. Прижавшись друг к другу и совершенно не смущаясь этого, слушали они не то свист, не то шепот в чревовещании Волка.
Так продолжалось относительно долго – настолько, что Даня и Рита успели прийти в себя, покраснеть и отодвинуться друг от друга. Но тут из темноты послышалось ответное шипение. Рита, еле удержавшись от того, чтобы снова прижаться к другу, засветила огонек…
«Мама!» – по идее, должна была закричать она.
Но слова застряли в горле.
К путешественникам ползла, извиваясь, огромная, даже исполинская змея. С огромной же человеческой головой.
* * *
Приблизившись на расстояние, достаточное, чтобы перепугать Риту до икоты, огромная змея обернулась человеком. В неверном свете то и дело гаснущего огонька было видно только лицо визитера – волевое, с еле уловимой восточной ноткой в европейских чертах. Ну и волосы, красно‑золотистые с черными прядями.
– Что привело тебя ко мне, братишка? – В глазах незнакомца плескалась многовековая мудрость. А еще там было очень большое удивление. – Твои спутники будто мне знакомы. Данимир, ты ли это? Уже такой большой! Я помню тебя совсем крохой.
– Я. – Юный темный волхв наклонил голову в знак почтения. – К вашим услугам, Хранитель.
«Хранитель чего?» – все‑таки не решилась спросить Рита…
– Золота, сестренка, – улыбнулся оборотень. – Полозом меня еще называют. Может, слыхала? А ты… Ты, должно быть, Рита?
Девушка, зардевшись, кивнула в ответ на оба вопроса. Растерянность и даже страх, сковавшие было ее чувства, постепенно отступали: Полоз был мудрым во всех преданиях без исключения.
– Знавал я твою мать, Рита. – Сверкнули золотым теплом глаза Полоза. – Увидишь ее – передавай привет!
Рита снова кивнула. Конечно, она передаст привет Лисе. То, что оборотня, похоже, знало все магическое народонаселение изнанки, удивления у юной магички уже не вызывало. То есть почти не вызывало.
Полоз, еле заметно усмехнувшись мыслям собеседницы, повернулся к Волку:
– Так что, говоришь, вас ко мне привело?
