Укротитель миров. Книга 3. Магические ключи
– Понял, Жан Гаврилович. Ещё одна неувязка – о проблеме узнал Максим Владимирович Мерлин, преподаватель истории магии. Он был в палате у Обжорина.
– Ты его проверил?
– Да, он чист. Говорит, что зашёл узнать о здоровье Гриши.
– Отправь его к начальнику училища, пусть подпишет бумагу о неразглашении. И действуй, как мы договорились.
– Хорошо. До связи!
– Давай, ваше благородие! Осторожнее там.
– Скажи это Тёмному Проводнику!
Я убрал телефон и повернулся к Скворцову.
– Дмитрий Николаевич! Вам придётся проводить Максима Владимировича к Шихину. Он должен подписать бумагу о неразглашении. Максим Владимирович! Никому не говорите о том, что случилось с Обжориным. Это вопрос безопасности Империи.
Мерлин растерянно улыбнулся.
– Честно говоря, я так и не понял, что случилось. Не обижайтесь, Константин, но… Дмитрий Николаевич! Курсант Смирнов действительно имеет право распоряжаться ситуацией?
Скворцов хмуро кивнул.
– Да, Максим Владимирович. Сейчас мы с вами пойдём к полковнику Шихину.
– Хорошо, конечно. Скажите – это как‑то связано с тем человеком, которого мы видели ночью? Вы нашли его? Это действительно, Тёмный Проводник?
Я ответил вместо Скворцова.
– Максим Владимирович, пока вам лучше знать, как можно меньше. И постарайтесь не строить догадки, ладно? Если получится, я потом расскажу вам, что смогу.
– За чашкой чая, под звёздным небом? – улыбнулся Мерлин. – Хорошо, Константин.
Скворцов уже шагнул к выходу, но я его остановил:
– Давайте сначала дождёмся доктора Лунина и погрузим Гришу в машину.
***
– Это чёрт знает, что такое!
Полковник Шихин, не усидев за столом, вскочил и принялся мерить шагами кабинет.
– В училище среди белого дня происходят нападения на курсантов. А мы бездействуем, и вынуждены полагаться на…
Алексей Герасимович бросил на меня тяжёлый взгляд, но сдержался.
– Сегодня пропал преподаватель магической ботаники. Не явился на занятия! Господин поручик! Вы разыскали Арнольда Кирилловича?
– Никак нет, господин полковник! Он не отвечает на звонки, и дома не появлялся. Жена плачет и собирается писать заявление в полицию.
– Чёрт знает, что! – повторил полковник.
Максим Владимирович тихо сидел в углу кабинета.
– Господин Мерлин! – вспомнил о нём полковник. – Вы что‑то хотели?
– Мне сказали, что я должен подписать какую‑то бумагу.
– Да! Вот, извольте ознакомиться!
Алексей Герасимович достал из ящика стола одну из расписок, которые оставил ему Бердышев и протянул историку.
– Господин полковник, – сказал я. Мне кажется, кое‑что вы можете сделать.
– Любопытно! И какие у вас идеи, юноша?
– Тёмного Проводника до сих пор видели только ночью. Оба пострадавших – Симагин и Обжорин – живут в казарме.
– Так. И что?
– Для начала можно установить наблюдение за казармами. Возможно, кто‑то из курсантов отлучается по ночам.
Я внимательно посмотрел в глаза полковника и пояснил:
– Я буду проверять преподавателей и сообщать вам результаты проверки. А вы организуйте дежурство. Может быть, это поможет предотвратить дальнейшие нападения.
– Возможно. А что за случай с магической тварью? Звягинцев доложил мне, что вы увезли магическую тварь из зверинца.
– Господин полковник, я увёз её с ведома подполковника Бердышева. Так нужно для дела.
Полковник Шихин раздражённо хлопнул ладонью по столешнице и в третий раз повторил:
– Чёрт знает, что!
***
Весь день я потратил на проверку сотрудников училища.
Первым делом заглянул в ангар, где содержались магические твари. И тут же сцепился с техником, который категорически потребовал вернуть на место украденного лиса.
Оказывается, именно он слил меня Шихину. Надо же – не побоялся пойти к начальнику училища и доложить о пропаже твари!
– Теперь взгреют тебя! – злорадно заявил он мне. – Увёл тварь и потерял, раззява! А нечего мне липовые разрешения совать!
Он был свято уверен в своей правоте. А я не стал его разочаровывать. Должна же у человека быть хоть какая‑то радость в жизни.
Пока он пророчил мне мрачное будущее, я без помех проверил его магическую матрицу. Она оказалась нулевой, и это меня совсем не удивило.
Во время обеда я внимательно вглядывался в работников столовой и преподавателей, которые обедали вместе с курсантами. От разноцветных матриц рябило в глазах. Я изо всех сил старался сосредоточиться, чтобы не пропустить хоть малейший намёк на матрицу Симагина или Гриши.
Идея выстроить всё училище на плацу и проверить разом уже не казалась мне привлекательной. Да я рехнусь раньше, чем дойду хотя бы до половины!
Дело осложнялось тем, что надо было записывать всех, кого я проверил. А я половину сотрудников знать не знал даже по фамилии.
После обеда я снова набрал доктора Лунина.
– Как там Гриша, Александр Михайлович?
– Состояние стабилизировалось. Но он всё ещё без сознания. Думаю, это к лучшему. Пусть восстанавливается постепенно, естественным путём. Если что‑то изменится, я сразу вам сообщу, Константин.
