В другой мир за новым мужем
Я зашла в кабинет генерального, громко хлопнув дверью за собой. Не помню, чтобы когда‑либо до этого я была такой злой и решительной. Нет, с новым назначением я бы ещё может быть и смирилась, хотя Петр Иванович и обещал эту должность мне. Но вот то, что он этим назначением он в прямом смысле откупился…, расплатился за жизнь своего не родившегося ребенка. Это меня задело. Вывело из себя. Мерзко. Подло. Гадко, всё это!
Обидно, что кто‑то годами обследуется и у него ничего не получается, а кто‑то вот так поступает. Переспали. Зачали. Избавились. Мерзко с такими людьми в одном коллективе работать. Противно! Не хочу!
– Анастасия Александровна? Я вас не вызывал.
–Я знаю.
– У вас срочное?
– Да. Я знаю о новом назначении начальника договорного отдела.
– Ах, это. Да, как раз хотел с Вами об этом поговорить.
– Неужели? А говорите, что не вызывали?
Я удивленно подняла бровь вверх.
– Не передергивайте. Я бы хотел вас попросить поддержать Ирину Николаевну и первое время продолжить выполнять прежний функционал, который был на вас.
– То есть? Я правильно вас понимаю, вы хотите, чтобы назначена была она, а всю работу выполняла я?
– Что за тон, Анастасия Александровна! Не нужно все воспринимать так категорично. Человеку нужно влиться в должность, разобраться со всеми новыми обязанностями. А вы уже знаете, что там и как.
– Нет.
– Что «нет»?
Начальник привык к тому, что я ему никогда ни в чем не перечила. Старалась выполнять любые его задания, без отказа и сопротивления. Поход к нему я знала и дельные предложения вносила под его хорошее настроение, аргументированно подготовившись и подтверждая их рациональность графиками и таблицами. Поэтому моё «нет» его очень удивило.
– «Нет»– это значит, что я не буду этого делать.
– Так, это же не безвозмездно. Я бы вам премию за такую помощь выписал.
– И даже за премию. Честно говоря, я сама рассчитывала на эту должность.
– Ах, вот в чем дело! Скрывать не буду: я знал об этом, и даже именно вас рассматривал на эту должность! Но… Это мое решение и оно обжалованию не подлежит.
– А я и не обжалую, я ухожу.
– Хорошо, идите.
–Петр Иванович, я совсем ухожу. По‑собственному.
– Что за бред?! Анастасия Але… Настя. Прекрати! Что за детские обиды?
– Нет. Это взрослое, выверенное решение. Надеюсь Вы не будите настаивать на том, чтобы я две недели отрабатывала?
– Буду!
– Не стоит.
– Это ещё почему?
– Потому что за эти две недели вынужденного пребывания на работе я могу в присутствии коллег начать задавать различные не очень удобные вопросы своей новой начальнице. Например, почему выгодные для предприятия сделки заключила я, а на должность поставили другую? Или уточню, по каким нынче критериям в начальники выбирают… Думаю, что стресс не нужен ни мне, ни Вам. Так что лучше сразу подпишите мне моё заявление по‑собственному.
– Ты хорошо подумала, Анастасия Александровна? Быть может…
– Не может. Я разочаровалась в вас и в этой фирме, поэтому здесь оставаться больше не хочу.
– Я понял. Иди, пиши заявление…
Из офиса я вышла в состоянии раздрайва. Нет, о своем решении я не жалею. Не смогу работать с начальницей, которая свою должность получила за то, что сделала аборт. Я мечтаю быть матерью! В свое время я не смогла получить желаемого при муже, а сейчас и подавно мне даже пытаться беременеть не от кого… А некоторые женщины с легкостью делают аборт…
Внезапно на меня нахлынули воспоминания прошлого. Три года назад я так же шла с работы, нагруженная пакетами из магазина по самоё не хочу, и настроение было ниже плинтуса. Тяжёлые пакеты оттягивали руки, да и к тому же дождь стал моросить. А зонт держать мне разве что зубами осталось. Вот и пришлось мокнуть. Промокла насквозь, вместе с нижним бельём. Но настроение мне испортило не это, и даже не пакеты, которые оттягивали руки.
Утром муж заявил, что не может пойти со мной в клинику на обследование, так как у него много работы, и он слишком загружен. А когда я пришла с работы с пакетами, то застала супруга дома, с бутылкой пива. Он футбол смотрел. Всё бы ничего, только в процессе разговора выяснилось, что футбол начался в 16 часов, и ради футбола он раньше с работы ушел… Мне же говорил, что не может этого сделать. Терпеть не могу вранья!
– То есть, значит, ради обследования в клинике ты отпроситься не можешь, а ради футбола – пожалуйста.
– Слушай, не начинай, а, – ответил Игорь.
– Что не начинай? Это же не мне одной нужно? Разве ты сам ребенка не хочешь? Откуда такое пренебрежение?
– Вот, правильно моя мама говорит…
– Что она говорит?
– Ладно, проехали…
– Нет. Ты уж договаривай, раз начал. Что там твоя мама говорит?
– А то и говорит: что бесплодна ты, а меня за собой начнешь по клиникам таскать, чтобы вину на меня перетащить.
– Чтооо? А твоя мама меня обследовала, чтобы такие диагнозы мне ставить? Я, в отличие от тебя, обследовалась и все анализы сдала! И я полностью здорова.
– Ага.
–Что «ага»?
– Настя, хватит.
– Нет. Не хватит. Мне всё надоело.
– Что же тебе надоело? Сейчас скажешь, то что моя мама вмешивается в наши дела? Это мы уже проходили.
– И это тоже. И твоя беспечность. Ты сегодня отпросился, так?
–И?
– В магазин за пивом зашел?
– Ну, зашел.
– Что же ты вместе с пивом молока, хлеба, картошки не купил?
– Так, тащить это нужно, машина в ремонте, не на себе же я потащу?!
–А я, знаешь ли, на себе тащила. В дождь! Мне всё это надоело. Я развожусь.
– Ну, ну … попробуй.
