Варенье наизнанку и максимум козы!

Участковый, конечно, сразу же заметил, что среди аквариумов один заполнен всего ничего, и в нем на мелководье млеет большая и странно продолговатая лягушка со странным же отливом кожи, похожим на бензиновые разводы на поверхности лужи.

– Вот это имеете в виду? – ткнул участковый пальцем в стекло.

Лягушка резво повернулась и уставилась на участкового нехорошим блестящим взором.

Продавщица кивнула:

– Еще утром здесь было воды доверху и плавали рыбки тех самых видов, которые вы назвали, – так же шепотком проговорила она, приблизившись к участковому, насколько позволяли приличия. – А теперь вот вдруг… амфибия… я даже не знаю, какого вида… В Интернете не нашла.

Участковый невольно хохотнул.

– Вы мне не верите! – горестно отшатнулась продавщица.

– Нет, вы не то подумали. Извините, – как мог, расшаркался участковый. – Просто вспомнил… как в детстве лягушкой бабушку свою пугал.

На самом деле причина смешинки была другой: по призыву Василий Палыч служил когда‑то в морской пехоте и не раз на учениях высаживался в составе десанта на машинах‑амфибиях. Но тут перед ним оказалась амфибия, на которой, конечно, никаким десантом никуда не высадишься…

– Вы не примечали: никто не подходил к этому аквариуму? – спросил очень серьезно участковый. – Не стоял тут… ну, скажем, с сумкой большой?

Такой вопрос сразу вернул доверие продавщицы – она поняла, что этот человек в полицейской форме готов взять на заметку ее странный рассказ.

– И знаете еще что, – явно решила разоткровенничаться Таня. – Тоже не поверите: когда я увидела эту тварь, она жрала сосиску… Прямо заглатывала ее целиком, как удав, а не лягушка.

«Все сходится, но только ничего не получается», – подумал Василий Палыч.

Спросите, откуда я знаю не только про этот разговор, но даже про мысли участкового? Так он нам сам потом все подробно рассказывал!

– Так кто тут мог подозрительно задержаться? – переспросил Василий Палыч.

– Ну, тут часто люди ошиваются, – пожала плечами продавщица. – Просто заходят, как в зоопарк, поглазеть на рыбок. Но так чтобы перелить вместе с рыбками, да еще это чудовище занести… ну, я бы сразу заметила. А с сумками… Заходила… – Тут даже встрепенулась Таня. – С большой сумкой. Дорогущей. «Луи Виттон». Точно! Прямо к этому аквариуму подходила! И стояла около него! Да вы не поверите кто!

– Если я в превращение рыбок в лягушку почти поверил, то, наверно, смогу поверить и в появление обычного человека, – резонно заметил Василий Палыч.

– Она – не обычный человек, – еще сильнее возбудилась Таня. – Но она точно не могла украсть – я же ей дырку в спине глазами проковыряла.

– Так кто это был? – с терпеливым спокойствием спросил Василий Палыч.

– Гарина! Лиля Гарина! – выдохнула продавщица лютое признание.

Лилиану Гарину знал весь Платонов. Первая красавица города! Все только жалели, что она не совсем‑таки местная, не здесь родилась, а то бы всем миром добились того, чтобы послать ее на конкурс Мисс Россия или сразу Мисс Вселенная. Внешность у нее, правда, была как бы совсем не российская: вылитая мисс какой‑нибудь латиноамериканской страны типа Венесуэлы или Мексики. Появилась в городе прошлым летом, имела диплом журналиста и отлично поставленный артистический голос. Ей предложили вести новости на платоновском телевидении, но она отказалась и заявила, что у нее есть замечательный проект «Они глядят на нас и все видят!» Эдакое «В мире животных», только с намеком на то, что они, наши братья меньшие, нам молча говорят: «Как вам не стыдно!» Рейтинг у передачи вышел зашкаливающий, куда выше, чем у криминальной хроники и «Секретов платоновской красоты для всех».

– Значит, Гарина… – задумчиво проговорил Василий Палыч. – Что ж. Мотивация возможна, но реализация странная и даже неправдоподобная. Вы согласны, Таня? Меня Василием зовут. Можно пока – и Павловичем.

– Конечно согласна, Василий Павлович! – воодушевленно отвечала продавщица Таня, и тут немного потухла вся. – Только вы пока никому ничего не говорите. А то надо мной смеяться будут. Я уж из своего кармана оплачу этих рыбок и покупку оформлю.

– Ну, эта разноцветная жаба, наверно, своей ценой всех рыбок покроет, – с хитринкой заметил участковый.

– Так как же я ее оформлю?! – горестно призналась продавщица. – Мы же у частных лиц не можем животных на продажу принимать.

– Ну ничего. Считайте, что меня к вам, честной работнице зооторговли, сам Бог вовремя послал, – добавил хитринки в голос участковый. – Не надо тратиться. Вернее, не придется. Или придется, но чуть‑чуть.

 

Конец ознакомительного фрагмента