Варенье наизнанку и максимум козы!

В общем, началось все с драки в конце очень тихого учебного года, который прошел без появления пришельцев и ананасных дождей, вызванных аномальными радиосигналами. События прошлого лета и начала осени, чем больше проходило времени, тем казались все более неправдоподобными. Мы с сестрой порой садились и начинали вспоминать, что и как было и кто из нас как что помнит… Память – она ведь как даль то ли с настоящими предметами на горизонте, то ли с обманчивыми миражами. Правда, историю с зайчишкой Аришкой мне пришлось рассказывать сестре от начала до конца только самому, ведь Санька провалялась весь тот сентябрь в больнице и помнила лишь букеты орхидей, однажды заполонившие палату, а потом – и стаи тропических бабочек, сделавших то же самое… Про альдебаранское похищение детей и кота мы оба помнили все как будто бы прекрасно, однако же с каждыми новыми рассказами‑мемуарами расхождения в наших с сестрой воспоминаниях увеличивались, как расстояния между разбегающимися галактиками. И к тому же я всегда запинался в конце – на моем прощании с межгалактическим генералом Травой, выдававшей себя на Земле за хрупкую тростиночку Вику Ковылину. А сестренка меня тогда начинала похлопывать по спине, будто я чем‑то подавился… но и сама замолкала на эту тему.

Итак, драка произошла 12 мая тогдашнего года после уроков. Помнится, погода была хорошая. То солнышко в глаза, то тенечек – приятная кучевая облачность над головой. Санька сразу умотала куда‑то с девчонками, а мы с Артурчиком спустились с крыльца, чтобы нас не затолкали покидавшие гимназию ребята, и стали дожидаться Славку, у которого химия кончалась на верхнем этаже.

Славка что‑то задерживался, а потом появился. Но не один, а с эскортом, от вида которого мне сразу стало тревожно и пасмурно, а Туря зацокал языком.

Славка махнул нам рукой и сообщил издали:

– Я ненадолго… Только погодите здесь, не надо за мной.

Улыбка у него такая мелькнула – как у обреченного самурая.

Артурчик сразу обратил взгляд на меня, а я, помнится, полубессознательно пробормотал:

– Хьюстон, у нас проблемы!

Славка уходил с тремя лбами из старшего класса – в физическом плане безоговорочной элитой. Один, лидер тройки, просто очень рослый и мощный, на полторы головы выше нас. Второй просто большой, с лишним весом, ходячий шкаф такой. Третий нас пониже. Считай, коротышка, но с костяком прямо медвежьим и всегда стриженной почти под ноль головой, похожей на валун. У них и прозвища за глаза в школе были – Магистр, Барон Харконен и Мини‑Халк.

Славку они уводили за угол здания спортзала, к хозблоку гимназии, где был тупик.

Стало ясно, что разговора на равных там не будет и придется огрести нам всем, не оставлять же друга в беде.

– Чего они к нему прикопались? – риторически вздохнул Туря, уже убирая свои наручные часы в карман брюк.

Туря гордился тем, что носит на запястье тяжеленькую механику. Он хоть и был на вид тонким и звонким, но с детства ходил в секцию рукопашки и в схватках с платоновскими, хотя сам, по сути, давно был платоновским, а не загривским, брал стремительностью и необычным для его кавказского характера хладнокровием. И к тому же с ним по‑серьезному не связывались, зная влияние в городе его родителей и брата…

– Не бэ, если что, брата подгоню, – как и следовало ожидать, подбодрил нас обоих, то есть включая себя самого, Артурчик.

Брат его был на пять лет старше нас, учился на юриста в платоновском университете и боксом занимался. Хотя он, конечно, не стал бы связываться со школярами‑гимназистами.

Мы дождались, пока сумрачная компания скроется за углом, и почти бегом двинули следом… Достигли угла, со всеми мерами предосторожности выглянули и узрели, что высоченный Магистр уже приподнимает Славку за грудки, что‑то рыча ему в лицо, а Харконен, стоя сбоку от Славки, вцепился ему в волосы и тянет ему голову назад.

– Я беру толстого, руби в голень Халка, потом с двух сторон рубим в голени длинного… а там как выгорит, – выдохнул Туря тактику атаки.

И мы, бросив рюкзаки на асфальт, рванули в бой, как камикадзе на вражеские крейсера.

«Огрести» – это был план Б. План А представлялся более оптимистичным: нейтрализовать врага, ненадолго обезножив всю тройку, и делать ноги самим вместе со Славкой… а там видно будет.

Шустрый Туря успел первым – он врезал Барону Харконену по голени и тут же нанес полдюжины молниеносных боксерских ударов в медленно поворачивавшуюся к нему голову. Двух секунд Туре хватило, чтобы временно контузить шкаф.

Мини‑Халк стоял ко мне спиной. Я лупанул его ногой сбоку в верхнюю часть голени, и она показалась мне дубовым поленом. Наверное, Халк тоже боксом занимался или смешанными, потому что развернулся он мгновенно и ударил умелым хуком. Я успел чуток отстраниться, а то нокаут был бы гарантирован. Хук зацепил меня по носу, боль брызнула в мозг и глаза. На ногах я удержался, но тотчас признал забулькавшими мозгами, что план Б уже неотвратим. Послышался тигриный рык Магистра – это Славка тоже ударил его по голени, однако вырваться не смог. Туря оставил Харконена и кинулся мне на подмогу, но тут же отлетел, как мячик, от мощного удара в грудь. А потом… потом мне показалось, что в глазах у меня двоится и сверкают искры. И не просто искры, а трескучие разряды шокера. И раздались истошные вскрики жертвы, а уже не рык тигра. Вскрики пацана, которого злая собака за ноги хватает или же крапивой его мама по заднице лупит.

Вскрикивал Магистр, потому что его било… двое Славок Черновых! Двое! И сверкали разряды шокера, только без шокера. Маленькие такие молнии! А через пару секунд лупил Магистра и руками, и ногами, и еще маленькими молниями уже один Славка, а другой Славка отпрянул и теперь стоял как вкопанный, тараща глаза на эту фантастическую бойню.

А еще через несколько секунд уже все мы вместе с нашими врагами стояли как вкопанные и смотрели на тех, кто был не вкопан, – на возникшего из ниоткуда клона Славки, который лупил Магистра, а тот дергался, вскрикивал и закрывал голову руками.

– Хватит! Хватит! – нашлись, наконец, силы у Магистра просить пощады.

Славка‑клон перестал лупить кулаками‑ногами‑молниями и отступил.

– Вали отсюда, дылда! – гаркнул Славка‑клон голосом нормального Славки.

Магистр бессильно опустил руки, выпучил глаза поочередно на обоих Славок, а потом молча развернулся и рванул.

– Чо за… – пробормотал медленно приходивший в себя Халк.

– Да ну на… – выдохнул вопль безнадеги Барон Харконен.

Они переглянулись между собой. Потом они посмотрели на Славок. И тоже сорвались как подорванные. Прыть Халка была еще одним чудом чудесным!

– Ну, все! Получили, распишитесь! – крикнул им вдогонку Славка‑клон.

Через три секунды у хозблока, за спортзалом гимназии, уже царили тишь и гладь.

Не услышав позади себя ни победного «ура», ни гимна восхищения, Славка‑клон повернулся и стал смотреть на нас, все еще оцепеневших. Так смотреть стал, будто это мы тут – не то, что надо.

– А что это вы, как пыльным мешком шарахнутые? – с большим удивлением вопросил Славка‑клон.

В ответ, естественно, тишина.

– Не, ну я не поняла‑а, – уже с возмущением протянул Славка‑клон. – На мне что‑то не то выросло?