Я у мамы зельевар. Книга 2. Держись, столица!

Упс, вот это я совсем не учла. У них же, получается, интерес. Общий. Зовут Рада Жойдь. Только вот сама Рада делает вид, что её это совсем не интересует.

Зато парни… На будущее надо учесть, что их нельзя оставлять в одном помещении.

– Ядвига, мы займёмся твоим делом, – сказал Кристап, быстро проглядывая записанные показания. – В ближайшее время попрошу никуда не соваться.

Я вспыхнула, но Айварас внезапно сжал мою руку и произнёс:

– Прослежу.

Кристап кивнул, потом подумал и, открыв ящик стола, что‑то оттуда достал.

– Ядвига, это маячок. – Он положил на мою раскрытую ладонь маленький янтарный кругляшок. – Носи при себе. Если кто‑то попытается навредить, он сразу среагирует. А ещё поможет определить, где ты находишься.

– Какая интересная штука, – восхитилась я, рассматривая янтарик со всех сторон.

– Разработка нашего артефакторного бюро, – чуть улыбнувшись, ответил Кристап.

– Итак, моя сестра – девушка с противоугонным устройством, – пробормотал Айварас.

Я толкнула его под столом носком туфельки. Услышав резкий выдох, невинно хлопнула ресницами. А нечего умничать!

Мило распрощавшись, мы покинули управление. Айварас проводил нас к лавке, я уже почти вошла, как Рада сказала:

– Айварас, не покажете мне, где продаются порошки черноигловой бодрянки?

Я чуть не споткнулась о порожек. А это ей ещё зачем?

– Да, конечно, я сейчас свободен.

О, сразу тон изменился.

– Эй, нам же работать! – возмутилась я.

Но Рады и Айвараса уже и след простыл.

Уперев руки в бока, я только сдула упавший на лицо рыжий локон. Ну вернёшься ты, ведьма Жойдь!

– Ушла? – донёсся голос пани Василины.

– Ушла, – вздохнула я. – Не успела толком узнать мужчину, как уже подавай ей бодрянку!

 

Глава 4

 

– Ох, панна Торба, вы такая прелесть, что я прямо не знаю!

Дородная дама в сером чепчике и красном платье восторженно сгребала в корзиночку мыло, которое мы наварили с Радой, надеясь немного расширить производство.

Пани Василина притащила нам рецепт своей прапрапра… в общем, родственницы, сказала: «Берите чан, покупайте сырьё. Сейчас мы будем делать хорошую вещь».

Вещь, кстати, вышла чудной. Миленькой такой, бело‑зелёненькой. С запахом хвои, мы с Радой измучились, добавляя эфирные масла в нужных пропорциях.

– Панна Торба, прямо умываюсь – чувствую себя новым человеком. Чистит ауру настолько, что ни один бялт не запачкает!

Я лучезарно улыбнулась. Если клиент говорит, что ему лучше от твоего товара, то никогда… Слышите?! Никогда не спорьте и не возражайте! Мнимая скромность будет только раздражать и вызывать лишние вопросы. Если продавец не уверен в своём продукте, то как же в него поверит покупатель?

– Всё для вас, пани Пршута, – проворковала я. – А не хотите взять дочерям своим что‑нибудь? На подарочек?

– А что у вас есть? – живо поинтересовалась она.

– О‑о‑о… – Я достала с полки мыло в виде ягод клубники со взбитыми сливками. – Смотрите, специальный фруктовый вариант для тех, кто любит сладкие запахи. Молодой коже подходит идеально: очищает, убирает жирность, питает. После этого каждая юная панночка почувствует себя истинно ягодкой!

– А сколько? – спросила пани Пршута, внимательно разглядывая мыло в упаковках.

Я назвала цену. Пани махнула рукой, мол, этим нас не испугаешь.

– Заворачивайте! – велела она.

Я быстро оформила покупку, мысленно бесконечно благодаря Златовласую за удачный день. Если так пойдёт и дальше, можно будет закупить ещё сырья. И, конечно же, подумать о том, чтобы разделить нашу мастерскую, выделив уголок именно для мыловарения.

– Спасибо вам, дорогая, девочки будут в восторге. – Пани Пршута прижала корзину с покупками к своей необъятной груди. – Приду к вам ещё, возьму что‑нибудь с котиками.

– Котиками? – озадачилась я.

– Да, у меня мелкие племянницы любят животных – страсть! Поэтому надо что‑то миленькое. Вы уж сделайте.

– Х… хорошо, – пробормотала я, пока слабо понимая, что можно сообразить на эту тему.

– И сама уж не бродите ночью абы где, – вдруг добавила она.

– А?

Пани Пршута явно хотела всплеснуть руками, но вовремя вспомнила, что они заняты, поэтому только крепче перехватила корзину.

– Как же, как же! – выдохнула она, сделав страшные глаза. – Вы что, не знаете? Снова в городе орудует банда Лесных ножей! Они такие страшные, такие страшные…

– Значит, мылом не пользуются, – пробормотала я под нос.

– Что?

– Ой, не обращайте, это я так, о своём ведьмовском. Так что банда?

Пани Пршута всё же поставила корзину на торговую стойку и наклонилась ко мне, быстро зашептав:

– Вы приезжая, панна Торба, да не знаете, что тут творилось несколько лет назад. Уж главарь‑то Лесных ножей Эмилс знаете, каков был? Уважаемый пан! Торговал оружием, был очень приличный человек.

Я ничего не сказала. Только вот знаю, что если человек приличный, то его никак не потянет на дорожку разбоя. Значит, была в нём какая‑то червоточинка. Белое не станет чёрным, если там изначально нет клякс.

– У него была любимая Айме, ох и красавица. Рыжая‑рыжая, прямо как вы! – продолжила пани Пршута, явно не заметив моей реакции. – Любовь была такая, что в романах не опишешь!

– Но потом что‑то случилось? – осторожно уточнила я.

– Она полюбила другого, – вздохнула собеседница. – А Эмилс не простил – убил её и своего соперника. Бросил всё, ушёл в леса, сколотив банду.

– Козёл, – коротко сказала я.

– Бялт злой завладел его умом, – вздохнула пани Пршута. – Потому что иначе это не объяснить.

– На этом история не закончилась?

Она покачала головой.