Я у мамы зельевар. Книга 2. Держись, столица!

– Смылся, – удовлетворённо произнес Муррис. – Слава Златовласой, что и зелёную свою гадость забрал с собой. Кстати, Ядвига, в следующий раз давай договариваться, а не сразу подло вступать в сговор с некромантами?

Я хмыкнула:

– Ты первый начал, поэтому теперь не изображай оскорблённое достоинство.

Кот хотел было что‑то сказать, но потом явно передумал. В данном случае я права по всем статьям, поэтому лучше не выпендриваться.

Прижимая к себе Мурриса одной рукой, я спрятала пакет для Рады, как вернётся с пани Василиной из похода на рынок, так отдам. А пока что…

– Дорогой мой Муррис, готов ли ты отдаться в мои нежные руки во имя науки и грязного обогащения?

Кот уже собрался было принять позу, но тут раздалось хихиканье Бунжика. Сифиздилла сделала вид, что её это и вовсе не касается, а Жужа живенько зашуршала за нами. Потому что моя метла – натура интересующаяся!

 

В итоге ушло около сорока минут, чтобы засунуть Мурриса в формовой гель. Он совершенно безвреден, на шерсти не остаётся, но кот был свято уверен, что я собралась его убивать.

Он царапался, кусался, призывал на мою голову все кары небесные (в том числе почему‑то и про шерсть, которая не должна быть мягкой и шелковистой) и… короче, всячески и напоказ страдал.

При этом печалью для него был не гель, а миска с тёплой водой, в которой я отмывала своего фамильяра.

– Спасибо, шерстью богиня не наградила, – выдохнула я, заматывая его в полотенце в цветочек.

– А это рыжее что? – ехидно вопросил он.

– Волосы, – спокойно ответила я.

Уф, тяжёленький. Кто‑то стал жрать в два раза больше с тех пор, как мы перебрались в столицу. Объяснял это тем, что тут очень много неизведанного, поэтому надо как можно быстрее всё изучить. А на изучение уходит много энергии!

– Волосы – это тоже шерсть, – не растерялся он. – Кстати, Ядвига, если захочешь, чтобы у тебя родились рыжие котята, очень тщательно подходи к выбору их отца, дабы не попортил окрас.

Спорить бесполезно, у него все дети – котята. И не переубедишь. Однако меня озадачило другое:

– С чего это ты так забеспокоился об этом?

– Ну я же не такой бесчувственный и чёрствый, как ты, – сообщил Муррис и тут же зашипел, когда я ткнула его в бок.

– Начистоту давай!

 

Фамильяр внезапно перестал выделываться и, выбравшись из полотенца, устроился рядом со мной на лавке и начал вылизываться.

– Я о мужчинах, Ядвига. Знаю, что есть как минимум двое, которые тебе симпатичны. И нет, говорю это не потому, что ты обязана бежать, роняя башмачки, в объятия сильного волосатого самца, а потому что…

Я напряжённо замерла, ожидая, что он скажет дальше.

– Что?

– Ты же помнишь, что ведьминская сила расцветает после ночи с мужчиной? – спросил он.

Хорошо, что я сижу. Даже в лице не изменилась, только в бедное полотенце вцепилась так, что того и гляди – раздеру на лоскутки.

То есть… когда‑то помнила. Мама рассказывала, что есть определённый возраст, до которого нужно всё это сделать, если хочу увеличения силы. У нас, ведьм этого края, невинность как раз наоборот – препятствие для роста, хотя знаю, что, например, на западе совсем иные порядки, там после ночи с мужчиной ведьма теряет все силы.

– Благодаря тебе вспомнила, – проворчала я. – Вот зачем было настроение портить?

Муррис недоуменно уставился на меня. Кажется, он ни о чём таком и не думал.

– Не собирался. Это ж так, чтобы просто не забывать.

– А у меня тут очередь из женихов стоит, – мрачно заметила я.

Фамильяр несколько растерялся, не понимая, чего это у меня настроение так изменилось. А я очередной раз вспомнила, что ни Илмар, ни Линас за всё это время не попытались показаться. А раз мужчина не показывается, значит что? Значит, женщина ему неинтересна.

Я уже практически приготовилась страдать и жалеть себя, но тут раздались голоса Рады и пани Василины. Вскочив с лавки, я быстро отправилась к ним, чтобы помочь выгрузить покупки.

Возбуждённые и довольные, бабушка и внучка шумно обсуждали сегодняшнюю торговлю. День явно удался.

– Ох, Ядвига, столько интересного было! – Рада, закатив глаза, прижала руки к груди. – Я искренне жалела, что у нас не было повозки. В Ридзене готовятся к ярмарке местного значения, но товаров – Ельнясу не снилось.

– Если приедут покупатели из других городов, это будет хорошо, – кивнула я, аккуратно доставая овощи из сумки. – О, морковь и тыква, отлично. Приготовлю сегодня пирог.

– Это может испортить фигуру, – хмыкнула пани Василина.

– Нашу фигуру ничто не испортит! – бодро ответила я.

Рада рассмеялась, целиком меня поддерживая. Она тоже считала, что девушка – это не суповой набор, поэтому выглядеть должна так, чтобы окружающие не пытались определить, какого же пола перед ними человек.

Пани Василина, нужно отметить, подкалывала нас по‑доброму, не пытаясь как‑то навязать модные стандарты. Она достала мешочек с табаком и любовно пристроила его у себя на поясе.

– За что вас люблю, за то, что обе девки сообразительные и имеете свою голову на плечах. Ибо у нас сейчас много тех, кто учит всех вокруг, как правильно жить.

Надо отдать ей должное, будучи в таком возрасте, пани Василина аккуратно и очень мудро направляла нас на путь истинный, при этом никогда не вздыхая и не говоря что‑то вроде: «Вот в наше время… Молодёжь, да вы никуда не годитесь». За что ей большое человеческое спасибо.

Рада захихикала:

– Ой, да, проходим сегодня мимо одной из лавок, а там вывеска: «Курсы для молодых панночек. Как выйти замуж за два месяца».

– И как же? – лениво поинтересовалась я.

– За это надо платить золотом, – хмыкнула пани Василина. – Только вот научить сей науке уж никак нельзя. То есть заключить брак‑то можно, а дальше?

– А дальше искать курс: «Как жить с мужем и не убить его на третий месяц», – заметила я и тут же спохватилась: – Ой, совсем из головы вылетело!

И метнулась к шкафчику.

– Ядвига, что случилось? – осторожно поинтересовалась Рада, не понимая, чего это я так кинулась открывать дверцы.

Я достала пакет Айвараса и поставила перед Радой на стол.

– Вот! Это тебе просил передать один красивый и богатый некромант!