За 27 дней. Он будет жить, если узнает, что кому-то не все равно

Обед прошел как в тумане, Тейлор с девчонками щебетали на фоне, но я не слышала их слов, лишь жадно уминала картошку. Старалась незаметно разглядывать каждого, кто проходил мимо нашего стола, и тех, кто сидел рядом, надеясь, что мне посчастливится поймать взгляд ореховых глаз или разглядеть темную шевелюру Арчера. Напрасно.

Как только закончился обед, я рванула к своему шкафчику за учебниками для следующего урока. Продолжать делать вид, что ничего не случилось и моя жизнь не перевернулась с ног на голову, – последнее, чего мне сейчас хотелось, но лишь оставаясь в школе, я могла надеяться на то, что хоть одним глазком увижу Арчера. Так что я кое‑как дотянула до конца дня, стараясь держать себя в руках ровно настолько, чтобы никто не заметил, что я не в себе.

После седьмого урока я на ватных ногах побрела к шкафчику, чтобы забрать свои вещи и отправиться домой. Меня ждали любимая кровать, пара таблеток от сверлящей боли над левым глазом и кружка чая. Я надеялась, что от хорошего сна в голове немного прояснится и я смогу придумать, как отыскать Арчера. Конечно, если мне это все не приснилось. До этого момента я и не представляла, насколько тонка грань между сном и реальностью. Спутать одно с другим довольно легко, когда в голове бедлам, – а у меня с головой сейчас явно было не все в порядке.

Дойдя до шкафчика, я затолкала все, что нужно, в рюкзак и двинулась было в сторону автобуса, когда вдруг влетела в кого‑то и, споткнувшись, повалилась на пол.

– Ой!

– Виноват.

Раздраженно выдохнув, я отбросила волосы с лица и подняла глаза на того, с кем столкнулась. Передо мной стоял Арчер Моралес.

– Ты? – выдохнула я, с трудом поднимаясь на ноги. – А ты что здесь делаешь?

Арчер Моралес поднял одну бровь в недоумении.

– Странный вопрос, учитывая, что я в этой школе учусь. А ты что здесь делаешь, Хэдли?

Мысли тут же залетали на предельной скорости, но напрасно: я никак не могла придумать, что сказать или сделать, чтобы после этого меня не сочли сумасшедшей. Хотя, судя по выражению лица Арчера и его пристальному взгляду, было уже поздно.

Он вежливо кивнул мне и быстро зашагал по коридору. Тридцать секунд общения, и он уже уходит? Не очень хороший знак, уж точно.

– Эй, погоди! – мне приходилось почти бежать, чтобы поспевать за его шагом. – Откуда ты знаешь, как меня зовут?

Едва ли я произвела на него такое сильное впечатление, что он запомнил меня после одного совместного предмета, который мы посещали два года назад.

Арчер остановился возле лестницы, повернулся и посмотрел мне в глаза.

– Ты Хэдли Джемисон, дочь того крутого адвоката и его жены‑предпринимательницы. Мы вместе сидели на английском в девятом классе. Ты краснела, как лобстер, каждый раз, когда я на тебя смотрел.

«Как здорово, что он это помнит», – подумала я, закатив глаза. Просто отлично.

– Ну, я просто… Стой, куда ты?

Я, спотыкаясь, побежала вниз по ступенькам за Арчером, который снова размашистым шагом удалялся прочь. Может, у меня и нет большого опыта в общении с мальчиками, но все‑таки я не дура. Было очевидно, что Арчер усердно пытается не подпускать меня к себе. К несчастью для него, я не могу просто оставить его в покое.

– Подальше от тебя, – наконец бросил он через плечо.

В подтверждение всем моим догадкам.

– Это не… То есть, я просто…

У меня не получалось связать слова в предложения. Похоже, мои ноги мчались быстрее, чем мысли, и это явно не помогало произвести хорошее впечатление на Арчера.

– В общем‑то, я хотела спросить, как дела? – промямлила я. – Давненько тебя не видела. Хотела поболтать с тобой.

– Ведь девчонки вроде тебя любят поболтать с такими, как я, – то ли фыркнул, то ли усмехнулся Арчер.

Он вышел на улицу, и я поймала дверь за секунду до того, как она шлепнула меня по лицу.

– Что значит «девчонки вроде меня»?

– Богатые девочки, которые ничего не знают о том, как устроен мир, – невозмутимо ответил он. Ему явно было не привыкать произносить подобное если не вслух, то про себя.

Я бы рассмеялась, если бы его слова так сильно меня не задели.

– Эй! Ты меня даже не знаешь! – крикнула я ему в спину.

– Мне и не нужно, – крикнул он в ответ.

Арчер влился в толпу людей, снующих туда‑сюда по тротуару, и за считаные секунды исчез из виду.

Я глядела ему вслед: меня с головой накрыло осознание безоговорочного поражения. Так себе первая встреча.

 

Поскольку я уже отчаялась и едва цеплялась за остатки былого здравомыслия, то села на городскую электричку и поехала до церкви, в которой проходило прощание с Арчером, в надежде отыскать хоть какой‑то след Смерти и доказать себе, что все происходящее со мной не было затянувшимся ночным кошмаром.

Двери церкви оказались закрыты, вокруг ни души, так что, посновав пару минут туда‑сюда с чувством, что веду себя как полная дура, я решила пройтись до того самого Starbucks.

Приближался конец рабочего дня, и в кофейне было много народу, но мне достаточно было встать на цыпочки и осмотреться, чтобы понять, что Смерти среди всех этих людей нет. Хотелось закричать от отчаяния, но тогда бы меня в ту же секунду выставили из помещения. Поэтому я просто взяла себе мокко и поплелась до метро.

Спустя еще час я наконец была дома. Кое‑как доползла до своей комнаты, шлепнулась лицом в кровать и сразу уснула. Мне ничего не снилось, и, когда я наконец открыла глаза, за окном была непроглядная темень, все тело затекло, и я не особо удивилась, когда увидела на экране телефона все ту же дату: 11 ноября.

Я сползла с кровати и отправилась в ванную, разделась и следующие полчаса провела стоя под горячими потоками воды. Душ не принес обычного расслабления. Я вылезла, завернулась в полотенце и ощутила еще большее напряжение и тревогу, чем раньше.

Подошла к раковине, чтобы почистить зубы, и с губ сорвался удивленный вздох, когда взгляд упал на черные полосы на моей руке.

Поднеся руку ближе к лицу, я заметила маленькие грубоватые цифры, отпечатанные на коже запястья. 27.

У тебя двадцать семь дней на то, чтобы помешать Арчеру Моралесу совершить самоубийство.