Жена Нави, или прижмемся, перезимуем!
И медведь почему‑то посмотрел на меня.
Почему, когда он говорит «зюзи воют» я представляю маленьких мохнатых барабашек, который собрались кучкой и репетируют «Титаник»? А на дереве табличка «Хору зюзь требуется вокалист».
– Да, что‑то Карачун расстарался, прям расстарался! – согласилась волчица. И тоже на меня посмотрела. – Давненько снег так не серебрился! Сколько лет уже и не помню!
В этот момент очарование красоты спало!
Так бы стояла и любовалась, если бы не знала, что где‑то в этой зимней сказке всегда кто‑то тихо замерзает. Блуждает по лесу, выбиваясь из сил…
– Так, – резко развернулась я, глядя на Метелицу и Бурана. – Могу делать, что хочу? Да?
– Да, – согласились волчица и медведь. – Что душеньке угодно!
– Значит так, – покачнулась я, держась за ледяной подоконник. Решение казалось тяжелым, но правильным. Почему бы потратить все, что мне отведено, на то, чтобы спасти людей от мужа! Бррр! Тем более, что холода я не чувствую! И это – несомненный плюс!
– С этого момента здесь располагается штаб по спасению людей из лесу! – твердо сказала я, немного гордясь собой. – Нам понадобятся! Снегоступы! Это раз!
– Она что? Людей из лесу выводить хочет? – переглянулись Буранушка и Метелица.
– Видимо, потому что она человеком недавно была! – прижала уши волчица, недоумевая. – Вот и про людей думает!
– А спонсором нашей организации является мой муж! Только он об этом не знает! Я умею делать две вещи! Выводить мужчин из себя и людей из лесу! – ядовито заметила я, прикидывая, что еще понадобится. – Итак, мне нужны волонтеры! Для начала система оповещения! Что‑то вроде «человек в лесу»! Над этим мы подумаем!
– Ты куда? – удивились Метелица и Буран, когда я направилась к ледяному зеркалу – двери.
«Не называй его Карачуном при ней!», – послышались тихий рык волчицы. – «Видишь, как она его недолюбливает! Ты его лучше по имени зови!».
– Гляди, какие у тебя тут подарки от Елиазара! Да ты только погляди! Ни у одной девицы таких нет! – проурчал медведь, показывая лапой вокруг.
Только сейчас я увидела сверкающие серебром ларцы. И что мне с ними делать? Ладно, придумаем! Сейчас главное – правильно организовать работу!
– Фиг с ними! – решительно направилась я зеркалу. – Мне нужна будет теплая одежда, звуковой сигнал и средство передвижения! Потом мы составим карту леса, гиблых мест… Работы – не на один год!
«А года у нас как раз и нет!», – стиснула зубы я, вспоминая слова волчицы.
– Ничего, справимся! – твердо сказала я.
Планы развернулись настолько, что я уже видела, как работает штаб по спасению не покладая мохнатых лап!
– Если Карачун узнает, то тебе несдобровать! – проворчал Буранушка.
– Буранушка! Я же просила! – рявкнула Метелица.
– И нам с тобой заодно! Не любит Елиазар, когда я людей из лесу выкатываю! Говорит, сами виноваты, пусть замерзают! Чтобы другим неповадно было по лесу зимой шастать! – пояснил медведь.
– Правда‑правда! – согласилась волчица.
– Да вы же сами из лесу выкатываете! – с укором произнесла я. – А Карачун ваш ничего не узнает! Если мы все правильно сделаем, то никто ничего не узнает!
– Ой, себя погубишь и нас заодно! – завыла волчица.
– Погодите! – прислушалась я, различая среди воя метели крики птиц. Я тут же бросилась к окну. – Что там такое?
– Видать, человек забрел! Птиц растревожил! – проворчал Буранушка, тоже выглядывая в окно. – Пошутили и хватит! Мы с Метелицей сходим, посмотрим, что там. А ты тут оставайся! Подарки меряй!
– Что?!! – возмутилась я, с тревогой всматриваясь в лес. – Нет, нет, нет! Пусть сам сидит и подарки рассматривает! Если это – человек, мы обязаны его спасти и отогреть! Несите одежду, какая есть!
Буран с волчицей исчезли, а потом притащили ворох одежды.
– Она что? Вся из снега? – удивилась я, глядя на платья, расшитые драгоценностями. – Здесь есть что‑нибудь теплое! Шуба? Настоящая! Эх, ладно!
Я стала снимать с себя свитера, куртку, штаны и зимние ботинки. Хорошо, что у меня с собой была! Мне уже не пригодиться, а вот кому‑то она будет очень нужна!
– Ой, смотреть не могу, – выли звери. – Аж ребра выпирают! Как веточка! Как прутик!
– Да какие ребра? – удивилась я, осматривая себя. – Вон, глядите, какие запасики у меня тут на зиму!
Я собрала кожу на бочке, показывая бесячую складочку.
– Как березка тонкая, – завыл даже Буран. Словно эхом что‑то завыло за окном. – Совсем опилочка!
– Да ладно вам! – буркнула я, пытаясь найти, где перед, а где зад у снежного платья. О, нашла! Платье скользнуло мне, и я поняла, что в нем еще место в аренду сдавать можно! Заглянув в вырез и увидев свои тонкие ноги, я прикинула, что тут целый цирк разместить можно. Хотя, акробаты между ног – это последнее, что меня сейчас интересует!
– Гляди‑ка! Прямо похорошела! – переглянулись Буран и Метелица. – Еще бы косу ей! Так вообще бы красавица – раскрасавица!
Один комплект одежды у нас был! Надо же с чего‑то начинать?
Натянув поверх платья чужую шубу, я стала расхаживать по комнате.
– Теплая одежда, чтобы отогреть потеряшку, звуковой сигнал, чтобы люди на звук шли, и то, на чем я могу ездить по сугробам, – закусила губу я, искоса видя свое отражение в зеркале. – Только быстрее! Умоляю! А то там кто‑то насмерть замерзнет!
Я стянула снежное покрывало, собирая одежду. Получился мешок. Начало положено!
– Сейчас все сделаем! – переглянулись волчица и медведь.
Через пять минут на мне появилась огромная шапка – ушанка, а в руках балалайка.
– Хорошая шапка! Добротная! Мужик один потерял, – порадовал меня Буранушка. – Я за ним, мол, шапку забери, уши отморозишь! Пол леса за ним бежал! Аж до самой деревни по сугробам. Видать, подарить мне решил. Понравился чем‑то я ему! Приглянулся! Раз он ее мне бросил и тут же деру дал! Скромный такой, обратно подарок не забирал!
Я ощупала ушанку, понимая, что шапка действительно теплая и добротная.
0 Ее издали видно! Сразу заприметишь. А балалайка, чтобы слышали, что играет кто‑то! Они балалайку любят! Ну, садись на меня! Поедем спасать! – проворчал Буранушка.
Я уселась на Бурана, чувствуя, что спасать потеряшку придется уже от нас! Сидит бледная девка в ушанке на медведе, неумело тренькает на балалайке. А сзади мешок телепается. Мне показалось, что это не самая хорошая идея, но Бурана уже понесло.
Ледяные коридоры сменяли друг друга, пока я нервничала. Я всегда нервничаю, что слишком медленно! Тут каждая секунда на счету!
– А Метелица где? – спросила я, когда мы врезались в девственный сугроб. Ушанка чуть не слетела с меня, а я еле удержала ее.
