Черный герой

На красивых, изящных и безумно ярких витражах была написана история о могучей императрице Миражанне, объединившей раздробленные государства и освободившей множество магов и чародеев из рабского плена. Она искренне верила, что все те, кто обладает даром магии или хотя бы малейшей его крупицей, были потомками богов. Все её действия были увековечены в этих витражах. И даже мне, её покорному рабу Люциферу, нашлось место на этом витраже. Я был там черным стеклом, с темно‑синими и ярко‑голубыми вставками молний и туч, в то время как сама императрица и её свита были украшены самыми яркими и пестрыми цветами. Но если я герой, окрашенный в черный цвет, то тут на витражах была история и белого героя. Благородный и от рождения высшего титула, казалось, мы должны как абсолютные противоположности должны ненавидеть друг друга. Но было то, что нас объединяло, по мимо того, что мы герои своей страны. Что ж, мне даже нравилось, что во всей этой небывалой пестроте я был черным вороном, как мне и полагалось.

Особое внимание к себе привлекал императорский престол, вознесенный высоко над тронным залом. Он проявлял все величие своей хозяйки. Высокий, украшенный дорогими вставками драгоценных камней и металлов, он стоял на самом светлом месте. Несколько лет трудились умелые строители над тем, чтобы все освещение в любое время суток, будь то ночь или день, доставалось именно императорскому престолу. И поистине это смотрелось великолепно. Над ним возвышалась огромная стена из самых необычных цветов. Они веером расходились от благородного трона, доходя до самого свода. И не было на свете более прекрасного престола, чем в Империи Солярис.

Сам же город был большой. Его рынки полнились изобилием, в многочисленных храмах разных богов было всегда много прихожан. В столице были собраны соборы всех богов и богинь, пожалуй, кроме одной. Храма богини Гроз там не было. По всей империи их можно было пересчитать по пальцам. Но какие это были храмы! Это были самые большие и прекрасные святилища среди прочих!

В одном из них меня и погребут во имя спасения будущего империи. Одним из самых больших был храм Властителя Времени, где меня уже ожидала императорская семья, их приближенная свита и священнослужители. Само здание воплощало в себе часы с ходом времени. Выложенный идеальным кругом из гранитного камня. Водопадом с его высоких крыш аккуратными струями сыпался песок. Казалось, он брался из ниоткуда и исчезал в никуда. Можно было подолгу стоять и смотреть на ниспадающий песок. В его крупинках отражалось солнце, превращая его в золотые ручьи. Это было завораживающее зрелище. Над главным входом выше всяких колонн воздвигли статую самого Властителя. Властитель времени был изображен безликим, в руках он держал сферу времени. Люди верили, что в этой сфере находились наши дни, наша жизнь. Высеченная из камня статуя казалась невесомой, она как будто бы парила над храмом, показывая все свое величие. Даже одеяние Бога смотрелось легким и воздушным. Крепкое тело обвивала ткань, перекинутая через плечо и завязанная на бедрах, показывая нашему взору величественную фигуру Властителя Времени.

Не сходя с коня, я въехал в храм. Внутри он казался ещё более впечатляющим, чем снаружи. Его свод держали двенадцать мощных колонн. На полу и на своде был изображен ход времени: ход дня был изображен циферблатом часов, которые находились поверх хода небесных светил. Фазы луны, смена сезонов в году, а также ход жизни были изображены в виде взросления человека от самого рождения до самой глубокой старости. Все это соединялось в единую немыслимую картину. Храм играл различными красками, на стенах были возложены прекрасные фрески, и как бы это грустно не звучало, на рассмотрение их у меня не было времени.

Я даже расстроился, что до этого дня никогда не посещал этого дивного места. Я поймал себя на мысли, что поддаться «Вековым оковам» именно здесь, в столь прекрасном месте, не так уж и жаль. Усмехнувшись этому, я встал в самый центр чудесного изображения. Я не поклонился никому: ни Миражанне, ни её семье, проявив тотальное неуважение имперской короне. Я восседал на своем боевом коне, гордо подняв голову с надменной улыбкой. Уйду красиво! Мысль о том, что Миражанна не получит ни клочка моей земли, и с карты империи навеки скроется Грозового Придел, придавала мне сил. В своей голове я рисовал упоительную картину её истерики. О, как же яростно она будет всех проклинать: и тех, кто надоумил её отнять мои земли, и тех, кто попросту попадется на глаза. Грядет буря.

Но кто защитит ее после моего ухода? Я последний герой. Светлый Хранитель великой тайны уже сгнил в бою за империю. Миражанна останется совсем одна. Бедняжка. Если не проявит силы и мужества, то ее просто растерзают собственные дети и любовники если не брать в расчет ее врагов.

Вокруг меня встали двенадцать служителей с посохами и в накидках с капюшонами, надетым так, что почти не видно было лиц. Они стояли строго на символах времени, позади них стояли четверо Властителей Сезонов, каждый из них занял место в соответствии своему времени года. Дальше между ними стояли те, кто мог повелевать ходом жизненного цикла, то есть еще пятеро. Поодаль, где‑то на балконах за процессией наблюдали высшие чины во главе с императрицей и её семьей. Её надменное лицо ликовало, она думала, что победила. Смех, да и только.

Служители Бога Времени начали молитву. С тихого нарастающего гула молитва переходила в пение и чуть ли не в вопли. Служители танцевали и что‑то изображали. Именно смотря на их кривляние, я в который раз осознал, почему выбрал Богиню Гроз.

Ритуал начался, я чувствовал магические вихри, становилось трудно дышать. Гром, мой верный скакун, нервничал и неспокойно топтался на месте, дергая головой и лохмача гриву. Из‑за его беспокойства звонко бренчала металлическим эхом и моя амуниция. Вихри магии белым потоком окружили меня, и я почти ничего не видел. Было пора начинать и свой обряд.

Воспользовавшись той мощью, что исходила от заклятий служителей и добавив к ней свою магию и всю силу, что у меня была, я направил свое заклятие на Грозовые Приделы, дабы «Вековые оковы» поглотили и мой край. Закончив чтение заклинания до конца, я отдал все свои силы, что у меня были, и устало держался за коня. От страха Гром неистово ржал и вскакивал на дыбы.

Мне казалось, что процессия «Вековых оков» длилась несколько секунд, но и в то же время будто бы всю вечность. Я уже ничего не видел и не чувствовал. Куда‑то из‑под меня делся жеребец. Мне казалось, что все тяжелые латы с меня сняли, и тело было таким легким. Пропал звук. Вихрей магии я тоже больше не чувствовал. Все чувства будто бы в миг исчезли. Страх, боль, отчаяние – все померкло. И меня больше уже ничего не волновало, даже то, что я не знал, сработало ли мое заклинание, и опустился ли на Грозовой Придел купол времени, окутанный грозовыми облаками с обвивающими их молниями. Я погрузился лишь в бездонную пустоту. Никто не ведал, сколько я в ней проведу, да и мне было уже все‑равно. Я предался забвению…

Глава 5

Демон забвения

Пустота… Необъятная пустота окружала меня. Сколько я здесь? День, год, столетия? Так много вопросов, и никто на них не даст мне ответы. Я почти ничего не ощущаю: ни тепла, ни холода, ни страха, ни боли. Я как будто нахожусь во сне. Непонятном и страшном сне. Он то прерывается, то возобновляется. Сначала я не мог долго находиться в сознании, но постепенно научился это контролировать.

Порой я слышу голоса, они упоминают моё имя, мои подвиги и достижения. Меня воспевали в балладах, стихах и поэмах. Но никто не молил меня о помощи. Так шло мое время. Порой где‑то вдали пустоты я слышал жалобное ржание Грома, но ни позвать его, ни увидеть не мог. Постепенно повести превращались в легенды, баллады забывались. Перестало звучать и моё имя. От всех заслуг теперь осталось краткое упоминание: что был некий сильный герой. Меня стали забывать! Сколько я уже здесь? Что с Империей и Грозовым Приделом?