Денетория: Вторжение аргондцев

– Нет, Эльрин, вестей с Гороса пока нет, но, видишь ли, мне… приснился сон. Очень страшный сон, а такие сны, к сожалению, обычно оказываются вещими.

– Так, и что же тебе снилось?

Король ответил не сразу, некоторое время он не мог подобрать нужных слов, и лишь только когда Эльрин повторил свой вопрос, сказал:

– Мрачная, глубокая пещера, наполненная тьмой. А в ней ты… неживой. Ты предупредил меня, что я в будущем совершу ошибку, которая будет стоить тебе жизни, сын мой.

Эльрин был так поражён словами отца, что долгое время не мог ничего сказать. Мысли его лихорадочно сменяли одна другую, отчего у принца очень быстро разболелась голова.

Затянувшееся молчание прервал Килан.

– Такие сны, посылаются людям как предостережение. Подобный сон возвестил мне три года назад о пробуждении богини Меган. Нам с тобой, особенно тебе, сын, отныне нужно быть очень осторожными. Свою судьбу можно изменить.

– Хорошо, отец, – едва слышно прошептал Эльрин, – я буду осторожен.

Килан хотел было уже уйти, но остановился и прошептал:

– Об этом разговоре, лучше никому не рассказывать. Тем более твоей матери. Пусть это останется нашей тайной.

– Хорошо отец, я… понимаю.

Дверь за королём тихонько прикрылась, и Эльрин остался в полной темноте, один на один со своими мыслями…

***

Войско продвигалось вперёд медленно. В любую минуту готовое к нападению неведомого врага, оно постоянно держалось генералами в состоянии боевой готовности. Впрочем, врагов не было. Не было вообще никого. Несколько раз, воины проходили через брошенные орочьи поселения, в которых не было ни души, а обстановка была такая, будто бежали отсюда в спешке, не обременяя себя лишними вещами.

Но бежали куда? На восток или на запад? Неопределённость сводила Меагорна с ума, по его мнению, было бы многим лучше, если бы на них уже кто‑нибудь напал. Тогда бы всё, по крайней мере, стало предельно ясно, был бы враг, и с ним нужно было сражаться, а так…

Войско, постоянно ожидающее нападение хоть и находилось всё время на стрёме, постепенно начало уставать. Вечный страх неизведанного крепко держал всех в своих объятиях.

Ситуация изменилась только тогда, когда экспедиционный корпус начал подходить к столице. Здесь впервые за всё время пути стали появляться не брошенные поселения. Впрочем, орки, в них, едва завидев людей, тут же пускались наутёк или прятались в своих землянках, запирая двери на засовы.

В их глазах читался поистине животный страх, что наводило Меагорна на мрачные мысли. Кто‑то или что‑то сделало из бесстрашного народа, готового пойти на верную смерть по одному лишь слову своего вождя, безвольных трусов.

Лишь в одном селении орки не стали прятаться, и вышли навстречу королевскому войску. Старейшина их, на все расспросы Меагорна ответил одной фразой: «Идите в столицу, там вас ждут, и там вы получите ответы на все вопросы». Затем он приказал снабдить войско всем провиантом, что был в деревне и пожелал солдатам короля удачи. Вид при этом у него был очень угрюмый, маг заметил, что старик сделал всё это явно не по своей воле. Вероятнее всего ему приказали отдать весь провиант, и скорее всего, приказали под страхом смерти.

Ситуация становилась всё запутаннее. Оставалось только одно идти к столице и надеяться, что там, наконец, всё прояснится. В войске тем временем опять начали роптать, и во время первой же стоянки к магу подошёл генерал Сареван.

– Милсдарь маг, – откашлявшись дабы привлечь изучавшего свои карты, Меагорна, грубовато проговорил он, – солдаты желают узнать, что вы станете делать, если мы столкнёмся с во много превосходящими нас силами врага. Решите ли вы давать им бой, или же как того требует мудрость военной тактики выставите заслоны и отступите обратно к берегу, дабы послать, голубя к королю и запросить у него подкрепления?

По тому тону, с которым он это сказал, Меагорн понял, что Сареван склоняется ко второму варианту и поэтому, дабы не ссориться со своим генералом ответил уклончиво:

– Будем действовать по обстановке, если врагов будет слишком много, и мы никак не сможем помочь оркам то естественно я отдам приказ об отступлении.

Ответ этот вполне удовлетворил генерала, и он поспешил донести его до своих солдат, которые поняв, что маг не станет бессмысленно вступать в бой с превосходящими силами врага, немного успокоились.

На следующее утро, после ночного марш‑броска, войско вошло в столицу Гороса. За то время прошедшее после того как Меагорн был здесь в последний раз, столица орков выросла почти в два раза. Правда, внешний её вид от этого ещё больше ухудшился. Всюду в больших количествах лежали разных размеров кости и ошмётки плоти, над всем эти роились мухи.

Орки ожидали прибытие людей и, судя по всему, были прекрасно осведомлены об их передвижении. Воины поняли это, когда увидели, что встречать их вышло почти всё население палаточного города. Помимо орков, которых было преобладающее число, в толпе также стояли огры и великаны (последние, правда, были закованы в цепи). Не ожидая такого к себе внимания, воины застыли строем на главной улице палаточного города и стояли там до тех пор, пока из толпы орков, огров и великанов не вышел высокий кряжистый орк с перевязанным наискось правым глазом.

– Воины Денетории! – остановившись посередине, между своими орками и экспедиционным корпусом прокричал он. – Мы рады приветствовать вас на своём острове, и благодарим вас за то, что вы всё же, несмотря на наши прошлые разногласия, согласились помочь нам в борьбе с захватчиками. Уверяю в свою очередь мы постараемся сделать всё для того чтобы отплатить вам за эту помощь, может не золотом, которого у нас увы нет, но своей преданностью, на которую вы отныне сможете всегда положиться.

Сказать эти слова орку было очень сложно, а по тому гробовому молчанию, которому его сородичи сопровождали эту речь, было понятно, что они не шибко‑то и рады прибытию своих заклятых врагов.

В воздухе повисла неприятная тишина. Прервал её первым Меагорн. Выйдя из строя, маг уверенным шагом подошёл к говорившему орку и, протянув ему свою руку, произнёс:

– Король Килан, желает оставить в прошлом все наши разногласия, и хотя наши с вами пути изрядно обагрены как красной, так и чёрной кровью, он не желает вам зла. Мы пришли помочь.

Орк с повязкой кивнул и крепко пожал протянутую ему руку.

– В таком случае, – громко, дабы его слышали все, проговорил он, – наш дом, теперь и ваш дом. И чтобы ни случилось, я Гараздульб обещаю, что, не задумываясь, отдам за любого из вас свою жизнь.

Напряжение спало, толпа начала потихоньку разбредаться и войско Денетории наконец вошло в город. Гараздульб лично занялся его размещением, выделив денеторцам под лагерь большую городскую площадь. После того как все формальности, такие как поставка провианта и воды в лагерь, были улажены, Меагорн и все четверо генералов были приглашены Гараздульбом на совет в его огромный шатёр, окружённый крупным отрядом телохранителей.

Когда вшестером они вошли внутрь, Гараздульб до этого очень напряжённый, наконец, смог расслабиться.