Девять смертных грехов

Я кивнул, перехватил меч посвободнее и двинулся вперед. Теперь надо просто выжить. И я готовился к таким моментам с самого детства. Я знаю, что делать! Держать меч свободно и крепко – чтобы среагировать на атаку с любой стороны и не дать лишить себя оружия. Смотреть, слушать, чувствовать все вокруг, чтобы не пропустить начало чужой атаки. Скверна – это не чистота, но все равно ее твари очень быстры. Только мастерство, только холодный разум, только собратья по мечу и кодексу помогут мне…

Неожиданно взгляд зацепился за что‑то неправильное. Не в доме, откуда я ждал опасности, а прямо передо мной, посреди площади. Там ничего не было, пусто, но я чувствовал неровность, шероховатость в привычных красках мира. Такое бывало и раньше – обратное следствие того, что меня порой не замечали. Взгляды людей скользили сквозь меня, а мои, наоборот, цеплялись за все, что другие пытались спрятать.

– Там! – я указал направление, а потом выставил меч перед собой, удерживая его двумя руками.

Вовремя. Черная тень то ли услышала мой крик, то ли среагировала на чистоту Диего, которой тот накрыл указанное место. Она выскочила из‑под земли и рванула ко мне серой молнией. Я не успел ничего рассмотреть, только чуть подправил острие клинка, ловя полет несущейся ко мне твари. Никаких хитрых движений и стилей. Просто меч и напряженные до зубовного скрежета мышцы.

– А‑а‑а‑а‑а! – заорал кто‑то из крестьян.

Время словно замедлилось. Я видел, как прямо перед тварью раскрывается черное облако – вырвавшаяся из нее скверна – один взгляд на нее заставил крестьян вопить от ужаса. Диего и оруженосцы окутались чистотой. Уверен, де Полоп пытался прикрыть и меня, вот только тварь была ближе, и ее скверна оказалась очень сильна. Она спеленала меня подобно чистоте, не только лишая возможности шевелиться, но и расслабляя мышцы. Стало понятно, что еще пара мгновений, и меч просто выскользнет у меня из пальцев.

Я тоже заорал. Не в слух – горло‑то не слушалось – про себя. Но так было даже проще, не надо было сдерживаться, думать, как это выглядит со стороны. На мгновение даже показалось, что во мне что‑то проснулось, но нет. Никакой чистоты. Но и так ярости хватило, чтобы продержаться последние мгновения, пока чужая тень не врезалась в меня. Я провернул тот же прием, что и на тренировке с Пабло: направил меч в нужную сторону, удержал его, уперев в замершее тело, а потом дал врагу отбить его так, чтобы рухнувший клинок ранил его самого.

В уши вонзился дикий крик, скверна вокруг меня разлетелась словно от порыва ветра. Я понял, что снова могу двигаться, и сразу же отскочил назад под прикрытие чистоты Диего. Идальго с оруженосцами как раз подобрались поближе.

– Это иелчу. Давно их не видели, – Пабло хлопнул меня по плечу.

Иелчу – это действительно неприятно. Блуждающий дух скверны, который может принимать форму человека и выдыхать гнилое пламя Черной сестры. Не мелочь вроде крыс или даже волков, это разумное опасное создание, и чудо, что я смог не то что ранить его, а просто выжить.

– Ишпани де Полоп, – Анваро неожиданно официально обратился к Диего. – Иелчу – это очень опасный противник. Не факт, что мы сможем победить. Давайте я задержу его, а вы уходите. Потом вернетесь и отомстите за меня.

Не ожидал я такого от тощего Переса, но тот был уверен в своих словах. Крепко сжатые зубы, вскинутый подбородок. Диего только зло мотнул головой в ответ.

– Стоим. Если покажем спину, все точно погибнем.

Три маленьких огонька чистоты горели вокруг нашего отряда, преграждая путь иелчу. Такая малость против твари, почувствовавшей запах плотного ужина. Мы – на первое, рухнувшие где‑то позади крестьяне – на второе. Дух скверны уже закончил выть, снова собрал скверну вокруг себя в черный плащ и медленно поплыл к нам. Я видел серые руки, иногда показывающиеся из‑за завесы, и тогда чужая воля била по нам словно хлыстом. Диего принимал удары на себя, пока не атакуя в ответ и экономя силы, но надолго ли его хватит?

– Я могу снова попробовать его удивить! – предложил я. – Отвлеку, атакую, а вы бейте чистотой прямо в рану!

– Просто стой! – снова рявкнул Диего. – Или забыл, что твои хитрости никогда не срабатывают два раза подряд?

Я только кивнул. Это действительно было так – я мог запутать кого‑то из противников на тренировке, но только раз. Потом чистота раскрывала любые мои замыслы, и вряд ли скверна окажется слабее. Но все равно обидно. Неужели я больше ничего не могу сделать?

– Я видел иелчу вблизи, я понял его движения, – неожиданно я осознал, что ошибался. – Вы же знаете, я мечник, я чувствую такое. А вы чувствуете меня. Если я встану впереди, то среагирую на его атаку до того, как она начнется, а вы среагируете на меня… И мы обязательно его достанем!

Опять много болтаю. Я был готов, что Диего снова на меня прикрикнет, но нет. Он только сделал полшага в сторону, пропуская меня вперед. И опять между мной и тварью скверны ничего не было. Меч как продолжение руки. Я видел движения иелчу, мысленно сопоставлял рывки скрытой скверной фигуры с обычными шагами. Вот он держится на сверхдальней дистанции. Осторожный, пробует задавить одной скверной, но чистота де Полопа слишком сильна. Иелчу сдвинулся на метр вперед. Из‑за колыхания теней, это было почти незаметно, но по одному тому, как напряглось его тело, я сразу почувствовал, что теперь тварь на расстоянии рывка. Дальняя дистанция – до меня остались шаг и удар. Рискнет ли иелчу атаковать сразу или будет подбираться еще ближе? Лучше бы рискнул – такие атаки нельзя провести, не раскрывшись…

Я немного опустил меч, сделав вид, что поддался влиянию скверны, и тварь рванула к шее. То ли поверила в уловку, то ли решила, что в таком положении клинок все равно не остановит ее рывок. И это правда, сдержать усиленный скверной удар одной рукой, без встречного замаха просто невозможно. Вот только у меня была не одна рука, я выставил вперед еще и колено. Уперся в него рукоятью и в такой странной позе принял чужую атаку… Скверна ударила в сердце, замедляя его бег – страшно. Мой клинок вонзился в чужую плоть – хорошо. Чужая фигура врезалась в меня, сбившись с прыжка, и мы покатились по земле. Мелькнула мысль – только бы Диего успел прикрыть меня – и сразу сменилась новой. Какие длинные белые зубы… А потом все вокруг потонуло в бесконечно яркой вспышке света. Не думал, что де Полоп настолько силен.

На этом мысли закончились, и я начал терять сознание. Уже заваливаясь, я увидел несколько боевых коней, ворвавшихся на площадь, чью‑то фигуру, спрыгнувшую прямо рядом со мной. Черные как вороново крыло волосы, золотой ободок, мелькнувший под ними… Золотой, но тонкий и без украшений, значит, кто‑то из младенцев герцога Астурийского. Плечо обожгло болью, и я окончательно отключился.

 

* * *

 

– Принцесса, вам не стоило помогать каким‑то нищим идальго, – личный оруженосец Луисы де Наварра с трудом догнал свою госпожу. Уж слишком резко она бросилась к рухнувшему без движения молодому идальго. Мозг отметил, что в его чертах мелькнуло что‑то знакомое, но тут же выкинул это из головы.

– Тебе не кажется, что он интересный, Даниэль? – принцесса не обратила никакого внимания на вопрос, вместо этого проведя рукой по замершему лицу. – В нем странная чистота, как будто спящая, а этот идальго все равно полез на древнюю тварь.