Длинные тени грехов прошлых жизней

Солнце уже припекало, в лесу было душно после ночного дождя. Комары нещадно резвились, а наша грузная дама была для них особенно вкусной. С Ирины окончательно слетела вся пафосность и статусность её общества из параллельной вселенной, она весело щебетала, перепрыгивая коряги, и мужественно шлепала по грязи в своих вездеступах. Нормальная, простая девчонка, своя в доску. Сначала, около получаса надо было подняться в гору.

– Сдохну, – бормотала Оля, наша грузная дама, – и чего поперлась, лежала бы себе на пляже…, когда всё это кончится…, долго ли еще идти…, вот сейчас возьму и улягусь здесь под кустами…, рюкзак такой тяжелый…, сдохну…, вот зачем взяла двухлитровую бутылку воды вдобавок, там же оказывается родниковая вода будет.

– Да вылей ты эту воду, только бутыль не бросай в лесу.

– Осталось чуть‑чуть – ободряли мы её, уже вприпрыжку спускаясь по склону.

Оля грустно вздохнула и мелко затрусила вниз по тропинке. Наконец, преодолев вброд ручей, мы подошли к нашей заветной полянке у берега небольшой речушки. Все приняли ритуальное участие в сборе валежника для костра. Костер у нас всегда большой, до полутора метров высотой, дорожка из горячих углей должна быть не менее двух метров. Пока огонь разгорался, все ринулись купаться в речке. Ирочка опять отличилась.

– Ой, и купальник надо было взять?

– Не боись, Иришка, зачем купальник? девочки направо, мальчики налево – и мальчики удалились за поворот речушки, чтобы не смущать девочек.

Купаться, это сильно сказано. Приветливо журчащая, прозрачная как хрусталь, горная речушка обжигала ледяным огнем. Для смелости мы орали во всю глотку и махом погружались в воду с головой. Окунувшись так не менее трех раз, а у кого духу хватало и больше, выскакивали на берег. Непередаваемые ощущения легкости и эйфории, с головы словно срывало ветром тяжесть железного шлема, кожа горела как после процедуры с жидким азотом, чувство невесомости создавало впечатление потери десяти килограммов жира, костей и мяса. Девчонки визжали сначала от страха, потом от восторга.

И вот мы расселись вокруг импровизированного стола, скатерть‑самобранка предлагала домашний бездрожжевой хлеб, приготовленный по старинному рецепту предков нашей ведущей Ларисы, овощи, фрукты и травяной чай. Мясо на этих занятиях отсутствует, из плотной пищи только сыр. И уверяю вас, этим вполне можно насытиться, а после углей есть и вовсе не хотелось, только пить. Поболтав на отвлеченные темы, все отправились к костру уже наполовину сгоревшему. Здесь наступает вторая часть марлезонского балета.

Мы топчемся в хороводе вокруг костра, сначала неуклюже, затем, под звуки там‑тама, наши движения из хаотичных приобретают организованный шаманский ритм и топот. Этот натуральный овальный барабан Миша привез из очередной поездки в Африку. Он вообще часто носится по всяким экстремальным местам нашей планеты свободным путешественником.

– Аа‑аа‑аа! – подпевала Ира в трансе, и подняв вверх руку, закрыв глаза, красиво покачивая бедрами, кружилась вокруг себя.

Я повторил её движения, вторя басом: – Аа‑аа‑аа, – получилось неуклюже и комично.

Наши кружения и танцы заканчиваются поцелуем костра, медленно приближаясь, склоняемся к огню и громко, со вкусом, его чмокаем, на третий поцелуй все уже бесстрашно суют свои руки и лица чуть‑ли не в дрова. Затем рассаживаемся на коврики, полотенчики и переходим к дыхательным практикам.

Оммм! Старательно подвывают наши новички, мысленно готовясь к огненной экзекуции. Огонь костра еще достаточно большой и до нужного состояния углей есть время. Хороводы и медитации завершились задорными прыгалками через костер с гиканьем и смехом.

В кустах рядом с поляной всегда лежат грабли, ну не таскать же их постоянно с собой. Миша отбросил в сторону крупные догорающие поленья, их сразу залили водой. Из мелких углей сформировали дорожку. Проведя инструктаж как надо правильно ставить стопу и делать шаги по углям, Михаил, раскинув руки, протопал по дорожке, опытные проследовали за ним. Новенькие боязливо замерли.

– Раскинь руки, расслабься, смотри вперед на деревья, топай всей стопой, не на цыпочках, не ребром ступни, а прямо всей стопой, не задерживайся, топай и улыбайся. И помни, мы играем, это всего лишь игра – наставлял Миша Ирину.

Ира мужественно раскинула руки, взглядом уперлась в деревья напротив и…в полной тишине, протопала на средней скорости всю дорожку, ошалело обернулась ко всем, расхохоталась и побежала в конец очереди, чтобы повторить. Все радостно залопотали, загалдели, и друг за другом двинулись по дорожке. Жертв и повреждений не было. Успели пройти по четыре раза, как начал поливать слепой дождик, смывая с участников остатки городского выхлопа. Природа одарила нас полным комплектом своих стихий.

Времени еще было достаточно, все отдыхали, девушки, под руководством Ларисы плели венки и пели о своем, о девичьем. Миша задумчиво тамтамил на барабанчике, я, раскинув руки, лежал на берегу и под звуки барабана тихо вошел в транс, чтобы просмотреть одну важную деталь – какие действия матери Инны усугубили стороннее деструктивное воздействие.

… В комнате у окна стояла женщина и иступленно шептала: – Господи, спаси мою младшую дочь! Мою Наташу! Господи, убереги её от тюрьмы! Лучше забери мою старшую дочь, но сохрани жизнь младшей! Господи, ну помоги! – Она еще долго трясла своими руками, плакала, и просила, просила.

Я открыл глаза. Ну вот и выпросила, это залог, мать заложила старшую дочь ради спасения любимой младшей. Если бы не эти просьбы, все эти заклятия с кладбищем не нанесли бы такой урон Инне, и так она еще держится за счет помощи предков по роду отца, а сына бережет род мужа. Инне еще повезло с такой защитой, уж больно гнилая материнская линия, несет давнее, от прабабки, родовое проклятие.

А наши ребята уже навели порядок на поляне, спрятали грабли и окончательно затушили все угли. Я как сайгак подскочил к реке и бросился в воду, смывая с себя следы увиденной дрянной сцены. Начинало смеркаться, холмы погружались в туман. Время обратного пути прошло быстро, и у трассы все попрощались. Ирина развезла нас безлошадных по домам, она была довольна, заряжена позитивной энергией, мы обменялись телефонами. Всё, завтра уже надо приступать. Ну и проблем у Инны, на месяц работы с Хрониками Акаши, да сеансов десять реабилитации. И не факт, что хватило бы этой программы‑минимум.

 

Глава 4

 

Позвонила Ника: – Привет мой друг, вечерком тащи свой зад в наше кафе, там с тобой хотят поговорить.

– О, жемчужина, сияющая в цветке лотоса! Скифская царица снизошла до разговора со мной?

– Скорее ей просто надо договориться о заключении паритета. Развязывать магическую войну с тобой, думаю, не горит желанием.

Вот так. Встал утром, налил чашку кофе, услышал новости, и подавился. Вечерком, так вечерком, хорошо хоть предупредили.