Дочь Затонувшей империи

– Они не могут. Уличные драки запрещены.

– Скажи им это. – Голос Тристана был полон сарказма.

– Мориэлы недоделанные, – выругалась я. Сотури Ка Кормака были на дежурстве, но эти скоты не выполняли свою работу – как обычно, именно они создавали хаос.

«Люди должны продолжать верить. Мы сильны и должны такими казаться, чтобы напомнить всем о могуществе Ка Батавии».

Во мне разгорелось неистовое желание все исправить. Я ничем не смогла помочь Джулс. Я не смогла помочь той девушке, потому что слишком многое было поставлено на карту. Но это? Тут я могла бы что‑нибудь сделать.

Я отодвинула полог.

– Опустите нас.

Тристан выпучил глаза.

– Что? Лир, нет, я пошутил. Ты не можешь туда пойти! Безумство Литии, ты с ума сошла?

– Я в здравом уме и должна это сделать. Мы не можем позволить такие драки. Особенно сегодня.

– Но как ты собираешься это остановить? – Он ухватился за скамью, когда паланкин дернулся, и мы опустились на землю. – Лир, подумай! Там целая толпа людей, и ни одного сотуриона из Ка Батавии поблизости.

– Есть я, – взревела я, когда крики стали громче.

Тристан покачал головой, его рука уже покоилась на рукояти посоха.

– Я не смогу защитить тебя от такого количества людей.

– Я сама себя могу защитить.

– Лир, ты не сотурион.

– Я дочь двух аркасвимов, Верховного лорда и Верховной леди Бамарии.

– А люди недовольны своим Верховным лордом, что делает их недовольными тобой. Лир, остановись. Ты доказала свою правоту. – Его лицо исказила мука. – Я не позволю тебе уйти.

– Ты не можешь меня остановить. – Я вышла из паланкина, сделав знак сопровождающим Тристана следовать за мной. – Дайте пройти.

Сопровождающая нас охрана кивнула, уже обнажив посохи, и толпе передо мной, к большому ее неудовольствию, пришлось расступиться, чтобы освободить дорогу. Бабушка Тристана не доверяла сотури, поэтому полагалась только на самых искусных магов для защиты. В тот момент я была благодарна за это.

– Лир! – закричал Тристан, выскакивая за мной из паланкина.

Я ускорила шаг и направилась по своему импровизированному проходу, дойдя до центра. Шок от того, что девушка вот так просто проталкивается в первые ряды драки, заставил часть толпы замереть и наблюдать за мной. У меня сердце замерло от такого внимания.

Я увидела молодого человека, все еще окруженного, уворачивающегося от ударов и пинков, в то время как нападавшие, хмыкая, смыкались вокруг него. Он упал, ударившись лицом о стеклянный пол над водным каналом.

– Остановитесь! Немедленно отпустите его.

– По чьему приказу, девочка? – ухмыльнулся один из сотурионов, наблюдая за мной.

– По моему. Вы находитесь на улицах Уртавии, в Бамарии, которой правит Аркасва Бамарии. У Ка Кормака здесь нет никакой власти. А теперь проваливайте и отпустите его. Я приказываю вам.

Толпа рассмеялась над моим приказом. Сотури были настолько удивлены, что прекратили драку. Когда парень вскочил на ноги, его взгляд остановился на мне. Его глаза были ярко‑зелеными, и на секунду у меня перехватило дыхание, а сердце замерло. Я узнала эти глаза, этот оттенок зеленого. Я видела их в своих снах в течение многих лет.

Время остановилось, я танцевала под звездами, глядя в эти глаза.

Райан. Райан был здесь.

В его глазах вспыхнуло узнавание, он пробежался по мне взглядом с головы до ног, а затем остановился на моем лице. Одна темная бровь опустилась, а губы изогнулись в улыбке.

– Привет, возлюбленная.

Я замерла на месте, сердце бешено колотилось.

– Отправляйся домой, девочка, – крикнул сотурион. – Ашера. – Грубым жестом он указал себе между ног.

– Ты тупица! – Я сделала глубокий вдох и, прежде чем у меня сдали нервы, откинула капюшон. Мои волосы рассыпались по плечам длинными буйными волнами. Мгновение назад темно‑каштановые пряди, теперь они вспыхнули на солнце, став безошибочно яркими, огненно‑рыжими. Красный цвет Батавии.

Толпа притихла, и сотури замерли. Несколько люмерианцев, стоявших рядом со мной, попятились назад, склонив головы, а затем упали на колени.

– Я леди Лириана Батавия, Наследница Аркасвы, Верховного лорда Бамарии. И вы сейчас же отпустите его.

 

Глава 6

 

Мой приказ ошеломил сотури, и пока они изумленно пялились на меня с отвисшими челюстями, я судорожно обдумывала, что сейчас увидела.

Силы Люмерии, что Райан тут делает? Или, точнее, что его светлость лорд Райан Харт, Престолонаследник, тут делает?

Лорд Райан был родом с севера, противоположного конца Люмерианской империи. Его отец являлся не только Аркасвой Харт, Верховным лордом Глемарии, он также являлся Наместником Северного полушария и обладал такой же властью и жестокостью, как и Наместник Кормак.

Ка Кормак был самым жестоким из кавимов на юге. Наместник Кормак, источник моих ночных кошмаров, правил своей страной железной рукой, которой он замахнулся на мою страну и на Джулс. Но ужасы, которые я слышала о Кортерии, стране Ка Кормака, были ничем по сравнению с жестокостями в заснеженных горах Глемарии, о которых шептались и откуда был родом Райан.

Студенты их Академии Сотурионов часто погибали на тренировках или получали увечья, из‑за чего им приходилось оставить обучение. Год назад распространились слухи о том, что Райан голыми руками убил сокурсника во время турнира в честь дня рождения своего отца, Наместника.

Дважды лорд Райан посещал Крестхейвен, сопровождая Наместника Харта в деловых поездках по государственным делам. Первый раз в течение всего лета, когда мне было семь, а второй – на месяц, как раз перед тем, как мне исполнилось шестнадцать. В то первое лето он в основном слонялся по крепости, выглядел слишком красивым себе же во вред и сходил с ума от скуки. Он не обращал никакого внимания на все наши с сестрами попытки быть дружелюбными, мрачно усмехаясь всякий раз, когда мы здоровались или садились ужинать.

Казалось, что раз в два дня его отец грозно требовал, чтобы Райан пришел на какое‑нибудь государственное совещание, или ругал его за одну из многочисленных драк, которые тот затевал. Я чувствовала снежную бурю гнева Наместника с другого конца Крестхейвена. В первый их приезд я боялась, что его отец своим гневом разрушит Крестхейвен до основания, пока Джулс не заверила меня, что ауры не обладают такой силой.