Дотянуться до небес: Королевство ведьм

Делалось это не из добрых побуждений. Армия готовилась к походу. Нужно было обезопасить тылы, защитить территории, что Энэ уже фактически считала своими.

– Госпожа, в планах три линии укреплений. Стены, ров, подъемный мост для отступающих, следом каменные стены, вновь ров, мост, а после вновь каменные стены, только в этот раз усиленные сталью, магией и волшебством церковных паладинов. – Отчиталась Леона. – В последнем нам сейчас очень помогает Госпожа Питта, также она настойчиво требует отмены моей свадьбы с мальчишкой.

Последние события сильно потрепали клан Тиргов. Множество старших сестёр Леоны пали в первых сражениях Ламийской армии. Часть, предпочитая бегство, пала в полях, когда им довелось столкнуться с настоящей движущейся крепостью. Но большую часть бесславно затоптала конница под Лайдалаем. Командный состав проредил, из‑за чего крайне ответственное задание по возведению укреплений легло на плечи молодой тигрицы.

– Требовать наша знакомая может, что угодно… – Переведя взгляд с пергамента на девушку, произнесла полуэльфийка. – А сама что думаешь по поводу свадьбы, как тебе этот Жак?

– Приказ Кахам не обсуждается. Раз такова воля рода и наставницы Асы, я подчинюсь. – Гордо произнесла девица, от чего Энэ закатила глаза в утомительном вздохе.

– Я, кажется, у тебя совсем о другом спрашивала. Мне сообщали, что ты даже его навещала. Понравился в плане внешности?

– Не заблуждайтесь по поводу моего визита, Верховная Мать, я лишь хотела увидеть того, кто при помощи тёмного волшебства и грязных уловок уничтожил треть нашего клана. – Сверкая глазами, переполненными ярости и злобы, произнесла Леона.

– И что же ты увидела?

– Избалованного высокомерного дохляка, не стоящего и драной козы. – Яростно отозвалась девушка, вызвав улыбку на лице Энэ. – Вы только представьте, никакого уважения к превосходящим его по силе женщинам. Постоянный резкий взгляд из‑под лба, и эта забота о «его людях». Аж тошнит. О чем бы я не пыталась с ним поговорить, всегда разговор заканчивался на пленницах, которых тот чуть ли не с членом в руках готов был выручать. – От воспоминаний их последнего разговора, шерсть тигрицы встала дыбом. – Дать бы ему меч, как тот и просил, да показать, в чём разница между мной, воительницей гордого племени Тиргов, и этим выросшим в комфорте и удобствах ведьмаком.

– Что мешает? – Вспоминая доклады о Кахам, едва сумевшей уберечь в схватке с мальчишкой своё воинское достоинство, спросила Энэ.

– Да как можно, на жениха ещё и с мечом. Он хоть и смазливый мерзавец и колдун, но я же не такая! – Покраснев и отведя взгляд в сторону, произнесла девушка.

– Вот как… – Многозначительно протянула Верховная мать. По глазам тигрицы она поняла, что телесная оболочка мальчика пришлась ей по вкусу, но её нежелание сражаться казалось воительнице странным.

– А ведь он без колебаний, с мечом в руках, шел в первых рядах и разил твоих сестёр. – Произнесла Энэ, вспоминая отчёты сражавшейся с Жаком ледяной Ай‑Сай. – Как же отмщение? – Мальчик был ключом к городу. Его преждевременная кончина не входила в планы Энэ, так что та желала окончательно убедиться в том, что глупое звероподобное дитя не разрушит её планы глупыми убеждениями и предрассудками, в одну из совместных ночей перерезав парню глотку.

К тому же, на удивление Энэ, Ай‑Сай отзывалась о парне крайне лестно, называя его настоящим воином, да и к тому же голубоволосая принцесса‑недотрога, считавшая мужчин чем‑то в роде домашнего скота или украшения, два дня назад самолично вызвалась взять парня себе в мужья, если племя Тиргов не захочет родниться с Ламийским наследником.

– Вздор, никогда не поверю, что какой‑то недокормленный аристократ, к тому же и мужчина, возьмёт в руки клинок. Арбалет, лук – да, это оружие трусов, и мужчинам оно под стать, а вот меч…

– Но как же слова Кахам и Ай‑Сай? Неужели ты не доверяешь словам своих старших сестёр? – Осуждая стереотипное мышление своей подопечной, спросила Энэ.

– Ай‑Сай мне не сестра, да и я наслышана о том, что при парне, когда его доставили, был её родовой клинок. Скорее всего, так она пытается выказать благодарность за возвращенное оружие. Кахам же утверждала, что причиной её поражения в том дуэли были плетения, что сотнями обвились вокруг хрупкого тела, делая то фактически неуязвимым. Этому было с полсотни свидетелей. Странно, что вы не знаете, как всё обстояло на самом деле. – Столь гордое и уверенное высказывание не осталось полуэльфийкой незамеченным, как раз‑таки она знала правду о том дуэли. Про себя усмехнувшись, Энэ наконец‑то придумала, чем убить выпавшее ей на завтра свободное время.

– Ты так уверенно об этом говоришь, что мне даже сомневаться не приходится в твоих словах. – Едва сдерживая улыбку, заявила Верховная мать. – Но всё равно я не могу позволить подобного отношения к моим верным воительницам. Он утверждал, что сможет победить тебя в честном бою на мечах? – Встав с трона, произнесла рыжеволосая полуэльфика, от чего тигрица замялась. Горделивые речи грозили той выйти боком.

– Ну, не совсем в поединке… – Промямлила Леона.

– Не важно, я требую, чтобы завтра ты преподала мальчишке урок. Чтоб запомнил, чем чревато связываться с неизвестным врагом. – Двусмысленно протянула Энэ, однако её тонкий намёк резво пронесся мимо кошачьих ушей.

– Обещаю, я не разочарую Вас… – Поклонившись, быстро выплюнула Леона.

– Очень на это надеюсь. – Жестом указав, что их аудиенция подошла к концу, отозвалась единоличная правительница Запада, надеясь на то, что завтра впервые после столь долгой двухсотлетней компании по сбору, организации и прочему, той наконец‑то удастся расслабиться и, в конец‑то концов, взглянуть на этого юнца.

 

Глава 7 – Ложь

 

В лагере западной армии царило приподнятое настроение. Сборы пред очередным походом сопровождались подготовкой к праздничному пиру в честь победы над старым врагом. "Пир во время чумы" был устроен Энэ ради того, чтобы отвлечь своих людей от ненужных мыслей – о провианте, погибших товарищах и очередном долгом переходе.

Уже завтра они выдвинутся к морю, минуя луга и реки, леса и холмы. По плану нужно было постараться достичь побережья в течении месяца, однако, как оно будет на самом деле, сложно было представить даже ей, женщине, прожившей на этом свете более четырех веков.

Визит стражниц в шатёр Олега с требованием проследовать за ним вызвал на лице мужчины опасения и тревогу. Не так давно он взял с Катарины слово, что та больше не будет рисковать собственной жизнью понапрасну, и сейчас, когда его вели вдоль лагеря под пристальными взглядами всех собравшихся здесь зверолюдок, на сердце от чего‑то было крайне неспокойно.

– Что происходит? Куда меня ведут? – Поинтересовался мужчина, на что сопровождавшая того львица, лишь хмыкнув, буркнула что‑то в плане: – «Скоро всё сам узнаешь».

Приподнятое настроения в стане врага и эти голодные, жаждущие развлечения глаза не предвещали чего‑то хорошего, с каждым шагом вызывая в голове мужчины очередной приступ нервозности и тревоги.