Эй, влюбись в меня! Том 1

– Невидимость и поглощающее поле. – Цокнув языком, деловито покачала головой одноглазая. – Проблемная в будущем будет особа. Зачем пожаловала, Ванесса? Я, конечно, понимаю, парни в твоём коллективе – это редкость, но не им же ты пред старой подругой решила похвастаться?

– Он не мой парень, – сделав глоток, сурово заявила блондинка.

– Тогда ты не будешь против, если я сделаю вот так… – Механическая рука, схватив меня за рубашку, перетянула через прилавок, после чего девушка ловко выронила из своих губ сигару. Жадный, наполненный запахами сигарет и пойла поцелуй рухнул на мои губы, и прежде, чем Ванесса успела к нам подскочить, всё было уже кончено. Сигарета, не успев упасть на пол, уже красовалась в здоровой руке Агаты, а протез, благополучно отпустив меня, трансформировался в пистолет и встретился со лбом Ванессы.

– Знаешь, парень, как я потеряла этот глаз и руку? – наклонив голову, спросила барменша.

– Вы сражались против героев, – акцентировав своё внимание на хамском поведении, резких словах и повреждениях, которые спокойно могли бы излечить почти в любом геройском госпитале, ответил я.

– Верно. – Слегка удивлённо и растерянно кивнула женщина, вновь спросив: – А знаешь в бою против кого? – В этот раз ответил скупым «нет». Сейчас, сидя перед этой женщиной, что держала оружие у лба моей возможной напарницы и подруги, я чувствовал себя максимально беспомощно. Если бы только у меня сейчас был снят блокиратор, я бы спокойно мог создать вакуум или непреодолимую воздушную пробку в дуле её оружия, но…

– «Если бы только у меня сейчас был снят блокиратор», ты же об этом подумал… – глядя в глаза, буквально до последней буквы повторила мои мысли Агата. – Я сражалась с номером двадцать один, на то время это был герой Джозепе по прозвищу Танк, и я его победила. Тогда я думала, что и замыкающий двадцатку мне по зубам, вышла на его фирму, обнесла счета, подчистила квартирку, в общем думала, что полностью уничтожила того как геройскую личность. Вот только просчиталась я мальца. Всё это время не я игралась с подопечными Небесного Фантома, а он сверху, прямо с неба, наблюдал за мной. До этого случая у них на меня ничего не было, я умело подчищала за собой все улики и следы, и даже Танк не смог обо мне хоть что‑то рассказать. Возможно, именно это и задело Небесного, ведь он позволил мне прямо на его глазах совершить с десяток преступлений, что снял на свою «всевидящую» камеру, а после, спикировав, одним движением он застал меня врасплох, оторвав руку, на которой в тот момент тоже висел блокиратор. – Усмехнувшись, убрала ствол от лица Ванессы Агата. – Тогда я играла в порядочную горожанку, этакую неуловимую преступницу, считавшую себя, во‑первых, умнее, во‑вторых, сильнее и быстрее других. За это и поплатилась, – пошевелив перед моим лицом механическими пальчиками, проговорила та и добавила: – Никогда не держи в Новом Сеуле блокиратор на полной мощности и, возможно, когда‑нибудь ты избежишь той же ошибки, что совершила я.

 

Глава 13

Элемент "Х"

 

Казалось бы, столь опасное заведение с таким же опасным и негативным названием не должно находиться возле Геройской академии, тем самым развращая души учащимся, но, как говорится, это только казалось. Агата, будучи трижды судимой и считающаяся потерянной для общества рецидивисткой, при атаке на местную тюрьму спасла из‑под пожаров и обвала семерых надсмотрщиков, тем самым в третий и последний раз заслужив свою амнистию, а после и смягчение до условного и гражданского надзора.

Те мужики, здоровенные, лысые и пузатые, также оказались не такими уж и плохими парнями. Один работал в службе чрезвычайных происшествий, другой бригадиром на стройке, и при этом ни один из них не был даже судим. «Не суди по обложке, Саша», – вспоминая слова матери, пропустил очередной глоток алкоголя, отдававшего послевкусием разных неизвестных мне трав.

 

Ванесса же вела себя как никогда ещё при мне спокойно, непринуждённо улыбаясь, говоря такие же пошлые и глумливые шутки. Вся её напряжённость, сжатость, на которой и держался тяжёлый характер, куда‑то улетучилась, и вместо той безумной блондинки рядом сидела… «Нет, всё же назвать Бессмертную нормальной язык не поворачивается», – глядя, как та не дотягивается до своей спины, чтобы почесать между лопатками, выкручивает и ломает локоть вместе с предплечием, подумал я.

– Так тебе всё ещё интересно? – с диким скрипом, словно гвоздём по стеклу, подтянув ко мне свою высокую барную табуретку, спросила Ванесса, получив в ответ от Хлои обидчивое: «Я как бы тоже тут есть и между вами сижу».

– Если не сложно… – Не чокаясь, вслед за блондинкой опустошил наполовину заполненный стакан, а после, чутка повернувшись к той, приготовился слушать.

 

– Это было давно, мне в тот день исполнилось шесть, и мы с семьёй собрались в нашем загородном домике отпраздновать день, когда я стала чуточку старше. Я, папа, мама, сёстры, бабушки и дедушки. Нас было человек десять, все самые близкие. Тогда бушевал осенний ураган, порывы ветра заставляли крышу весело скрипеть, а дождь лил с такой силой, словно хотел затопить низины вокруг нашего уютного домика. Всё это по идее должно было пугать маленькую меня, но мне было не страшно. Ведь отец – профессиональный военный, а мать – одна из найкрутеиших биологов на секретной базе. Они всё рассчитали: дом на холме, есть свой генератор, в гараже есть лодка и прочее.

Мы со старшими сёстрами играли в прятки в тот момент, когда обрубило свет. Как сейчас помню это секундное молчание родных, темноту, а после их звонкий смех и десятки зажжённых дядей левитирующих фонариков. Такая вот у него была незамысловатая способность.

Забившись на чердак под голоса зовущих меня сестёр, использовала одно из маминых устройств для маскировки. Обычный иллюзорный халат, что сейчас есть у каждого военного на вооружении, в нынешнее время этим никого не удивишь, но тогда он был новейшей разработкой, коей я, обыгрывая сестёр, без зазрений совести пользовалась, наблюдая с чердака через щели в потолке, как те удивлённо бродят по дому и зовут меня.

Как сейчас помню звон разбивающегося стекла, влетающие в них гранаты, а после взрывы, такие яркие и оглушающие, до звона в ушах. Уже тогда моя регенерация находилась на высоком уровне. Кровь из ушей перестала литься примерно через полминуты, может, чуть больше, но тем, кто пришёл в мой дом, хватило и этого.

Мужчины, больше двух десятков, в чёрных костюмах, без шевронов или опознавательных знаков, с автоматами и другим холодным оружием. Они вмиг взяли под контроль весь первый этаж и даже крышу вместе с чердаком. Помню этот противогаз с большими круглыми линзами и фильтром, здоровенным таким. Он светил и смотрел прямо на меня, но так и не смог разглядеть под плащом и витавшей в воздухе пылью мой силуэт.

– Чисто… – отчитался выродок, спустившись на первый этаж, где всех моих родственников, включая сестёр, уже поставили на колени и, держа под прицелом, начали допрашивать.