Ген подчинения. Том 2

Обшарпанные стены, покрытые копотью. Ни ковров, ни телевизора, ни каких‑либо ламп или украшений. Всем своим видом это место больше напоминало брошенную недостройку, чем дом, в котором можно жить.

– Ты живешь здесь одна? – тихо спросил я, на что девушка вновь молчаливо кивнула. – Тут так тихо. Не припомню, чтобы в Гонконге были подобные места.

– Гонконг? Мы почти в шестидесяти километрах от Гонконга. Хочешь сказать, ты по реке… Ничего себе, а ты везучий парень!

– Сам в шоке. – не представляя, как добираться домой, ответил я. – Ты говорила, что та, кто дал мне оберег, что‑то почувствовала, верно?

– Да, конечно, она почувствовала смерть талисмана. Эта вещица, теперь она просто клочок бумаги, так как её энергетический заряд полностью разряжен. Это что‑то на подобии сигнальной ракеты для духа‑покровителя, следящего за определенным человек. Ты что, не знал?

– Нет. – пытаясь подняться, ответил я. Мо была в опасности. Не знаю, приходили они уже в мою квартиру или нет, но я должен был хотя бы позвонить. Пусть она бы и не подняла трубку, но автоответчик и запись моего голоса, она точно бы услышала. Я должен её предупредить.

– Даже не рыпайся. – Когда я попытался встать, остановила меня богиня. – Парень, не испытывай судьбу на прочность. То, что ты жив, никак иначе, как милостью небес, не назовешь. Поверь, я использовала чуть ли не все свои силы, чтобы откачать тебя, и второй раз подобное проделать точно не смогу. Два дня, отдохни здесь ещё два дня и…

– Я – человек, не бог, мне нужно что‑то есть, и…

– Ну давай, порассказывай мне то, чего я не знаю, непослушный ребёнок! – Приподнявшись, недовольно фыркнула Ки. – Хочешь сдохнуть у моего порога? Не дождешься. Не позволю. Не хочу… – Пряча взгляд, сиплым голосом проговорила девушка. – Я не хочу больше оставаться одна! – вскрикнула богиня, заставив своим голосом вибрировать разбитые окна.

 

– Дома меня ждёт человек, давший этот амулет. Если я не вернусь, он может погибнуть, я должен ей помочь.

– Ты должен не только ей, но и мне. Ведь не найди я тебя на том берегу, ты уже точно был бы мёртв.

– Я знаю, и поэтому…

– И поэтому я ещё раз тебе повторю: ты никуда не пойдешь. – Грозно прервала меня богиня. – Сейчас большинство твоих мышц и костей держатся лишь на моей силе и честном слове. Как только ты покинешь мой дом, не затянувшиеся раны вновь напомнят о себе. Первыми начнут отказывать ноги, спустя час‑два станет тяжело дышать. После, асфиксия вызовет головокружения, как итог, ты упадешь и больше не поднимешься. Пойми, человек, ты пережил то что твоему телу не позволено пережить. Смерть, занёсшая своё лезвие над нитью судьбы, сейчас недоумевает, пытаясь понять, почему ты ещё не с ней.

 

Не губи себя и старания твоей любимой. Хотя бы сутки, человек. Отдохни, наберись сил, я выйду в город и постараюсь что‑нибудь для тебя найти. Телефон не обещаю, но поесть точно принесу, только прошу, не делай глупостей.

Слова этой седовласой звучали крайне убедительно. Её готовность и желание мне помочь, неужели это вновь та проклятая сила, дурманящая разум женщин? Что было бы, если бы не она? Был бы ли я ещё жив? Отбросив дурные мысли, я рухнул на подушку.

– Молодец, так и лежи. Я скоро.

 

Словно ураган, та выскочила из‑под одеяла. Накинув на себя какие‑то тряпки, девушка рванула из дому. Нищая голодранка, богиня неудачи, не имеющая ровным счетом ничего, впопыхах пытается по городу одолжить у кого‑нибудь телефон, чтобы спасти мою Хуалинг. Прям какая‑то неправильная сказка о Золушке и не очень‑то богатом принце. Однако, сейчас не до сказок и шуток. Как возвращаться домой? Как быть с работой? Если Суинг узнает о том, что я жив, меня тотчас бросятся искать люди Сунь Укуна и суккубы Зэнзэн. Если последняя, может, и не убьет меня сразу, то вот на счёт Укуна стоило бы побеспокоиться. В прошлый раз, он даже слушать меня не стал, очередь в грудь и «до свидания, наш ласковый Миша».

 

Нужно было убираться из города. Как и говорил Пак… Точно, Пак, придется в очередной раз попросить у парня денег, а после, отыскав в городе Хуалинг, свалить куда подальше, но куда? Домой? Сомневаюсь, что у моего ручного призрака есть паспорт, да и на билет даже для меня одного придется потратить бешенную сумму, к тому же сомневаюсь, что люди из Триады, зная обо мне всё, спокойно выпустят из города. Наверняка стоит моему имени числящемуся в покойниках где‑то засветиться, как начнется настоящий кипишь. Или не начнется?

Стоп, а что, если обосноваться в этом городке? Тут же глушь настоящая! Возьму с собой рабочий ноут, спишусь с парочкой знакомых, пересяду на фриланс. Худо‑бедно, но, если за дом платить не придется, на пожрать заработаю. Стоит обговорить это с Ки, когда та вернется. По настроению богини смело можно было предположить, что она будет рада любому гостю, и сейчас это было мне как никогда на руку. Вот так пренебрегать чужим гостеприимством я тоже не собирался. Покуда эта вся творящаяся в городе из‑за какого‑то камня вакханалия не прекратится, поживу здесь, ремонт сделаю, может, и эту седовласую в порядок удастся привести, точно так же, как Хуалинг в своё время. Нет, ну а что, домовая и богиня неудачи под одной крышей – гремучая смесь получается.

Если со мной и этими двумя все становилось более‑менее понятно, то как быть с Суинг Хэ? Она упоминала о сестре и контракте. Как я и предполагал, этот больной ублюдок держит кого‑то из её близких в заложниках. Вполне возможно, что лисица пыталась вести двойную игру, если бы тогда её людям удалось перехватить нас вместе с Укуном… Нет, что‑то не сходится, те типы из якудзы, врезавшиеся в нашу колонну, явно намеревались убить Суинг и всех нас вместе взятых. Не могло же быть всё настолько хорошо спланированной операцией, чтобы та ещё больше втерлась в доверия примата? Да и моя смерть… А что им смерть какого‑то человека? Ей шесть сотен лет, сколько подобных мне она уже похоронила? Быть может, я всего лишь случайность? Пешка, вставшая на пути ферзя?

Миша, ты лезешь явно не в своё дело! Оставь все эти перестрелки и разборки в стиле кунг‑фу с летающими дверями машин и рвущими голыми руками цепи богами кому‑нибудь другому. Живи себе спокойно, зачем тебе весь этот потусторонний геморрой?

Под все эти малоприятные мысли о справедливости, героизме и шагающей с ней в ногу глупости, я уснул. Ки была права – единственное место, куда я сейчас лично мог отправиться, – так это в морг, и то, разумеется, не на собственных двоих. Просыпаясь в поту от кошмаров, я раз за разом вновь засыпал и просыпался. Мысли путались с видениями, а те, в свою очередь, с мечтами. За без малого проведенные в постели сутки, я в своих кошмарах несколько раз успел столкнуться на том злополучном мосту с Укуном, пожалеть плачущую Хэ, а также героически спасти своего любимого домашнего питомца Мо.

Вернувшаяся к ночи Шень была в приподнятом настроении. Грязная, побитая, словно дворовая кошка, она принесла рваную пару кроссовок, замотанный в стрейч бутерброд, и старую сотовую раскладушку.