Хаос Серого. Бегущая по мирам – 11

Готова значит сотрудничать! Из платья выпрыгивает от энтузиазма, ха. Я обратил пленницу в рабство, в наложницы, быстро принял присягу, отдельно оговорив непричинение вреда мне, Двачет и моим друзьям, а Звезда Шерифа не огорчила меня, выдав Гонг. Уф!.. Звезда Шерифа пощекотила мне мозги, да я и сам допёр, что Гонг может быть и не настоящий. Да и в Хаосе мы, а здесь всё наперекосяк. Да и куда дальше ломать грешников? Ну и ладно.

Отнёс наложницу на кровать. Трудно пришлось слишком мелкой для меня красотке. Но радовалась. И любви, и продолжению своей никчёмной жизни. А как смотрела на нас Двачет!

А у белокурой чернокожей демоницы на спинке крылышки нарисованы. Красиво! И она начала пытаться говорить на втором и Общем, приходит память.

 

Я сбегал за Бандурой. Достал мясо и фрукты. Сели перекусить. Рабыня со слезами на глазах и стоя на коленях благодарила меня за отличную невиданную еду и за впервые отведанное пиво. Я не поднимал девицу – она меня кокнуть хотела, сдуру, но кокнуть. А может и не сдуру. И ей надо бояться и уважать хозяина. И не думать о бунтах, а тем паче о нападении. Но причина не в этом, а в том, что в Хаосе мои тщеславие, жажда власти и жестокость обострились, блин… Ну и пофиг. Поздно, доктор, пить боржоми, когда почки отлетели. Понять проблему – половина решения. Хотя не понимаю, как и зачем решать.

Меня Двачет удивила. Взяла кувшин с джинном, достала гада, скомандовала ему, подержав чёрное облачко перед собой, направила в голову демоницы. Убрала джинна в сосуд. Затем капнула ей на язык капельку очень густой Жижи Мозгоправа, пояснив, что для профилактики. И СЛЕДУЮЩИМ жертвам можно и не давать, если явных повреждений не видно, а то БЫСТРО закончится. Улыбнулась мило мне:

– Предлагаю назвать её Рачет, сокращение от Радостная Чёрная Душа.

– Тогда «Д» на конце, – усмехнулся я.

– Ой, Радостная Чёрная Тушка. А в тушке душа… Ээээ… У меня имя на чет заканчивается, пусть и у подружки так же будет.

Я кивнул. Лягва взяла шефство над в… шесть раз более высокой демоницей.

 

Рачет удивлённо начала болтать по‑русски, речь стала живой и красивой… и умнее! А то бормотала натужно и мучительно на немного дарованном душой языке.

Но Двачет только начала. Она взялась прыгать передо мной на столе и вопить:

– Прошу! Соедини наши с Рачет мозги! Мы станем подружками! Сёстрами! И сделай нам обмен телами! И я смогу насладиться любовью! С тобой! Я знаю, ты можешь! Ты некромант! А теперь у тебя и кольцо некромантское есть очень сильное. И Звезда Шерифа изучала кучу колдовства. И Хаос тебе поможет. Он любит шутки. И ты знаешь магию котлов и насекомых. И джинн мозговой у нас есть. Я, кстати, его Женей назвала.

– С чего ты взяла эту чушь? – офонарел я. – И нельзя давать имена чёрт знает чему! Питомца завела…

– Я же ходила в твои мозги, пока ты лежал. И… не бойся! Нам терять нечего! Мне жить крошечной мука будет. Без любви! А Рачет сможет душу начать спасать! Я ей помогу, моя же душа уже белеет! А иначе… ну скоротает она здесь век. И что? Ты и недели здесь не выдержишь… А нам, обеим сёстрам, в Хаосе долго жить, моя душа тоже не снежинка, а без души плохо, да и теперь если вынуть… она часть меня, вот так Хаос пошутил… А имя Жене… ему теперь с нами жить.

– Я сюда не попаду, – буркнул я мрачно, сам сомневаясь в своих словах.

– От тюрьмы, да от сумы… – пробормотала Рачет, отвесив мою челюсть.

Я немного ещё посопротивлялся, но без шансов… Да уж, умеют красотки уговаривать…

 

Через час в стране дураков кипела работа! В котелке, оказавшимся отличным чугунным изделием, бурлила чудовищная жижа с насекомыми и пауками. В неё и термита Хаоса кинули, и кусочек паука Хаоса, прихваченного из пещеры чудес лягвой, похоже готовившейся к авантюре, не конкретно с Рачет, но с кем‑нибудь.

В Трио и Квартет Хаоса я входил. Котёл с голограммой уже без проблем заваривал… Хаос рядом, а может и опять во мне. Я некромант Хаоса! Да и остальное! Варил зелья я на полном автомате. И обе девки скакали вокруг. Тоже что‑то колдовали, ха. Три колдунишки‑шалунишки. Четверо. Без Хаоса без шансов. А старик резвился! Ну да, за ним Смерть не бегала. И жнецы‑кузнецы…

Я провалился в Хаос и отупел! Трио недоделков Хаоса мы составили всё‑таки… Девки пили жуткое зелье! Хотя что лягве суп из её еды всей жизни? Да и демоница не гурманка утончённая.

 

Уф. Всё, вроде. Квадрат пятнадцати – 225. А что я там про увеличение говорил? Не зря я околачивался при увеличениях‑уменьшениях Бэримора! И при драконинге Князя… Не зря… И мозги связать получилось. И это хорошо. А то лягве думать нечем. Будет думать всё‑таки более объёмными мозгами Рачет. У обеих в головках свои термиты – будет общий термитник, ха.

Обмен телами не проканал. Ну да. Это высшая магия! Учёных магов, ну и недоучек, ха. А не чайников немагов. Не вышло. И не ожидалось мною. И Двачет не особо надеялась.

Получилось круче! Изменение размеров! А чё? Фигня там! Вон Бэримор как лихо туды‑сюды. То метр с кепкой, то шестиметровый пожиратель моркови! Просто же. Делов‑то. Там самое главное чё? О чём вампиретта беспокоится больше всего? Правильно! Куда массу девать, ну или откуда брать! Масса – это сила. Закон сохранения массы, ха! Ну а я хитрый. Гений хитрожопости! Я массу от Рачет передаю Двачет. А от Двачет – Рачет. Элементарно, Ватсон!.. И как раз то самое шестикратное увеличение роста, как и у Бэримора, а у него от чертей. Удачненько девицы подобрались. Хотя может и иное удалось бы сделать, но шестикратное отработано.

И я радостно посмотрел, как две девицы замерли, взявшись за ручки, и… вуаля! Мерцание, визг! Передо мной стояла голенькая рослая, ха, аж метр двадцать, лягва! А за руки её держала тоже голая красноглазая демоница Хаоса ростом в двадцать сантиметров!

Мелкая Рачет с визгом, ого, расправила относительно большие перепончатые крылья, замахала, взлетела, и полетела к моей ошарашенной, но довольной морде, целоваться. Но уже Двачет целовалась со мной. С обеими целовался! Я сделал это! Не зря я целовал лягушку! Получилось! Пусть не совсем так, но истории пофиг до деталей. Да и кто лучше сделал бы? Если долго мучиться, что‑нибудь получится! И Двачет уже тащила меня в постель… Оооо! Дааа!

А со стола за нами следили красные горящие глаза. И да, я наконец обратил внимание, что лягва и в малом и в типа большом вариантах давно научилась управлять выделением из кожи яда. И это хорошо, а то слушать защиту от ядов во время любви странное развлечение. И яд есть и у Рачет – верхние клыки ядовитые! И я поймал себя, что не сообщал отдельно и явно обеим про свою защиту от ядов и её эффективность. Умнею? Да нет, пофиг мне просто. Да и кто их знает, чёрные души.

До утра девицы тренировались меняться не телами, а размерами. И любовь изучали. К утру заснули еле живые все. Я от девиц. А они… мелкие всё же. Но живучие и сильные. Двачет спала мелкой – нечего борзеть, кто его знает, сколько можно ей увеличенной быть, а подружке уменьшенной.