Инсомния 5

Все, что горит – это ресурс. А ресурсы сейчас очень нужны армии.

– Что здесь произошло? – спросил принц, когда мы миновали площадь.

– Скорей всего имперцы двигаются в Эдеа под защиту кристалла от Архитектора. Скай говорит, что молодой император как‑то сумел его использовать, пусть и ограниченно. Сантий скорей всего либо тыловая база снабжения, либо точка для отступления основных сил, если что‑то пойдет не так. Скорей всего и то, и другое.

– И так везде?

– Вряд ли. Думаю, города близ империи выдоили полностью и отступили в столицу.

– Это так неправильно, – произнес Эдей тихо. – Так не должно было быть.

– Добро пожаловать в реальный мир. Наслаждайся.

– Если хочешь заставить меня чувствовать себя виноватым…

– Да куда уж больше. Ты и сам прекрасно знаешь, что это все целиком и полностью твоя вина. Я просто хочу, чтобы ты перестал прятать голову в песок и насладился последствиями своего бездействия.

– Зачем кому‑то прятать голову в песок? Он же задохнется.

– Забей.

– Кого?

– Заб… Не важно, – вздохнул я.

В глубине трущоб было менее людно. Похоже, горожане даже под страхом голодной смерти боялись заходить сюда. Я замечал взгляды в подворотнях, направленные в нашу сторону. Голодные и злые.

Слышал шорохи и приглушенное дыхание. И знал, что в этих звуках не таится ничего хорошего. Интересно, трущобные уже начали жрать городских или пока держатся? Скорей всего начали, потому бывшие жители благополучных кварталов и не суются глубоко в эти дебри.

Трактир с вывеской гуся с галстуком‑бабочкой я нашел быстро. Только вот вывески больше не было, и это настораживало. Само здание претерпело некоторые изменения. От него остались стены и лишь два этажа из трех.

Вынесли все подчистую. Подойдя ближе, заметил следы запекшейся крови повсюду. Внутри не было никого, лишь горы битой посуды и остатки мебели. Даже от барной стойки практически ничего не осталось.

Я медленно вытащил из кармана две золотых монеты и поднял над головой.

– Я ищу Сантора, который держал раньше этот трактир. Кто отведет меня к нему или подскажет, где искать, получит монеты.

– Лаэр, – произнес Эдей, – с кем ты говоришь? Тут никого нет.

– Разве? – делано огляделся я. – А мне казалось, что тут полно народу.

Эдей уже хотел что‑то сказать, как его внезапно прервал голос сверху.

– Если твое золото нельзя сожрать, то оно тут никому не нужно, – конопатая голова показалась в проломе второго этажа. – Если тебе нечего предложить, то лучше вали отсюда, бродяга.

– Почему же? – усмехнулся я. – Есть сухари, ветчина, немного сухофруктов, орехи, каша.

– Брешешь, – глаза в щели загорелись.

Я медленно достал полоску вяленого мяса и принялся жевать, глядя в голодные глаза пацаненка. А затем произнес серьезным голосом:

– Не советую, – дернул рукой так, чтобы из‑под рукава показался браслет ловца. Тени вокруг мигом зашевелились. – Честная сделка. Немного еды в обмен на информацию.

– Я проведу, – заговорила куча тряпья в углу, и из нее показалась заросшая голова и вымазанное грязью лицо. – За половину всей еды, что в твоем мешке.

– Горсть орехов и сухарей, – произнес я. – Получишь полоску мяса, если ответишь на вопросы по пути.

– Идет, – жадно согласился парень. – Жратву вперед.

– Вперед могу тебе сапогом по рылу дать. Веди давай.

– Лаэр, – одернул меня Эдей.

– Не встревай.

Он явно не понимает, с кем мы сейчас разговариваем. Для нашего блаженного принца это лишь бедные голодные дети. Но если бы не мой браслет, то мы бы уже лежали с перерезанными глотками.

Это не делает детишек плохими. Только опасными, но этого уже достаточно.

Никогда не следует недооценивать маленькое юркое тело с заточкой в руке. Подрезать сухожилия, обойти жертву, короткий росчерк по сонной артерии. И вот ты уже ползаешь по грязной земле, а вокруг тебя мельтешат неуловимые тени, ожидая, пока ты подохнешь.

Интересно, откуда я это знаю? Похоже, у Неуязвимого было не самое хорошее детство.

Пацаненок двигался шустро, постоянно оглядываясь. Он носился словно дикая кошка, обнюхивая углы, прислушиваясь к каждому шороху. Только такие тут и выживают. Интересно, как дела у брата с сестрой, которые помогали мне в тот раз? Сим и Абиэль, кажется.

Среди этой шушеры я их не заметил. Вроде как Сантор за ними присматривал, может, они с ним.

Мы шли на выход из трущоб в сторону восточных ворот.

– Где сейчас Сантор? – спросил я провожатого, на что он лишь шикнул.

– Потом. Тут небезопасно. Скоро сами увидите.

Пацан вел нас безлюдными улицами, я даже местных попрошаек не встречал. Но и вонь тут была настолько липкой, что оседала на языке.

– Врум‑врум, – проинформировал меня невидимый разведчик.

Я лишь молча кивнул. Так я и думал, пацан решил нас сдать местным солдатам. Ну, пусть будет так.

Зайдя за поворот, я убедился, что паренька и след простыл. Одним прыжком забрался на крышу и присел, свесив ноги.

– Попкорн? – спросил я.

– Давай, – оскалился Скай, приняв полуматериальную антропоморфную форму.

Принц зашел за угол и принялся испуганно вертеть головой.

– Лаэр? Лаэр? Ты где? – шептал он, не понимая, куда податься.

– Это ты искал трактирщика? – двое стражников с обнаженными мечами вышли с разных сторон. Третий закрыл путь к отступлению. – Работаешь на сопротивление, значит?

– Сложи оружие, и никто тебя не тронет, – произнес второй. – Нам нужны лишь ответы на вопросы.

Я наблюдал сверху за действиями принца и болтал ногами. Люди никогда не смотрят вверх, небо их мало интересует.

«Думаешь, будет драться?» – спросил Скай мысленно.

«У него нет выбора, – ответил я таким же образом. – За ним вся империя охотится. Один раз запутается в ответах, они начнут что‑то подозревать. А там пытки, допросы, ловцы, сновидение истины – и привет, плаха».

Так и получилось. Принц пару раз дернулся в разные стороны, но в итоге замер на месте. Обреченно опустил плечи и наконец вытащил меч из ножен.

– Это наш меч, – с подозрением произнес один из солдат. – Где ты его взял?