Истоки Нашей Реальности

На деле Мелла интересовала лишь еда: он не ел весь день и уже не мог дождаться того момента, когда часть гостей посадят за шведский стол, а часть продолжит искать свободные уши для беседы и наслаждаться легкими закусками. Однако Мелл стыдился признаться в своих нуждах, побаиваясь негодования мачехи.

– Ради своей сестры останься здесь. Потом с ними познакомишься.

– Ладно.

– Мама, – обратилась к ней Анджеллина, – когда начало?

– Через десять минут должны начать. В зале для нас выделили места в первом ряду, так что предлагаю поспешить. – Лавиния ускорила шаг, и все последовали ее примеру.

Анджеллина подняла голову в крошечной надежде увидеть Сашу за одним из многочисленных окон отеля. Сердце ныло, стоило только представить его на сцене рядом с Дирком. Она знала, что друг, безусловно, будет держаться достойно, как и всегда это делал: сохраняя безучастный, равнодушный вид, говоря сухо, и лишь немногие, если не только одна Анджеллина, заметят его неподдельную муку. Как же давно не было в ее жизни спокойных дней. С тех пор, как она пришла к нему в замок.

Семейство только‑только заняло свои места в мраморном зале, как вдруг Лавиния заметила, что кого‑то не хватает, и встала, оглядываясь на окружающих.

– А где Мелл?

На лице принцессы мелькнула тень ухмылки.

– Видно, ему очень сильно хотелось познакомиться со своими кумирами, – хихикнула она.

Огни люстр погасли. Свет упал на сцену, где уже стояла певица с микрофоном. В духе Дирка было открывать светские вечера с выступлений известных артистов, тем самым превращая даже самые серьезные мероприятия в шоу.

– Надеюсь, Мелл успеет прийти, – не успокаивалась Лавиния. – Может, послать за ним охрану?

– Уверена, все будет хорошо, мамочка. – Анджеллина взяла ее за руку и положила голову женщине на плечо.

Королева облегченно вздохнула.

– Ты права, дорогая. Кругом охрана. Наверное, я зря беспокоюсь.

Мелл гулял по практически опустевшему двору, лишившемуся света фонарей – теперь только подсветка фонтана освещала его. Охрана сторожила покой гостей, собравшихся в зале, и продолжала стоять по всему периметру территории. Мелл то и дело стаскивал со столиков закуску‑другую: от брускетт с креветками в сливочном соусе и тарталеток с черной икрой до клубники с сыром на шпажке. Прежде чем зайти в зал после легкого ужина, он собирался это все чем‑нибудь запить. Взгляд привлекла двухметровая пирамида из наполненных шампанским бокалов, что стояла на столе по пути ко входу. Не успел он схватить бокал, как услышал за спиной:

– Мы сообщим, когда нужно будет выйти на сцену, Ваше Высочество.

– Можно я просто буду читать свою речь с этого листка?

– Желательно без него. И будьте искренне рады.

– Постараюсь применить все свои актерские навыки.

Они остановились у столика с шампанским: оттуда за открытой в зал дверью их нельзя было увидеть. К тому моменту концерт закончился, и на сцену вышел Дирк. Объективы всех камер тут же обратились к нему. Он размахивал руками, точно шоумен, приветствующий своих рукоплещущих фанатов.

– Сколько же вас тут сегодня, надо же! – Марголис похлопал в ладоши. – Я безумно рад встрече с вами сегодня в моем отеле. Давненько в его стенах не собиралась такая многочисленная публика! Я знаю, что привело вас сюда, помимо желания отдохнуть в столь тяжелые времена от кричащих заголовков, постоянных угроз разрушения нынешнего миропорядка и вестей с военных полей. Я прекрасно понимаю вас, друзья. Сам ошарашен происходящим, и именно поэтому, прежде чем мы начнем и я сделаю важное заявление, хочу объявить о благотворительных сборах для пострадавших в этой варварской войне. Под вашими подлокотниками лежат презенты. Чтобы получить их, введите на панели на подлокотнике сумму, которую вы готовы пожертвовать, а затем отсканируйте появившийся код телефоном. Каждый фунт пойдет на благие цели. Тысячи германцев нуждаются в нашей помощи прямо сейчас, и я предлагаю вам принять участие в этом правом деле и внести свой вклад в мирное безбедное будущее не только собственной, но и каждой страны.

– Чертов лицемер, – процедил кто‑то рядом сквозь зубы.

Мелл не мог сообразить, кто стоит перед ним. Во многом из‑за того, что считал предполагаемого германского принца куда выше. Он хотел шагнуть вперед и вглядеться в него, но что‑то в бездвижной фигуре юноши заставило его передумать. Тусклый свет из зала падал точно на его лицо, но из‑за того, что тот стоял чуть впереди, Мелл видел лишь его щеку.

По тону Дирка Мелл догадался, что конец речи близок и стоит поспешить с шампанским. Он аккуратно взял ножку ближайшего бокала и с легким звоном стекла поднял его над пирамидой. Юноша обернулся на шум, и у Мелла перехватило дыхание. Перед ним в самом деле стоял Саша Клюдер. Он был в рубашке с пышным рукавом из красного шелка малбери с серебряной вышивкой, обтягивающих брюках с высокой талией, походящей на корсет, и черных челси на красной подошве. Распущенные волосы струились за спиной. Мелла поразил не столько его роскошный вид, сколько непроницаемое выражение лица и томный взгляд, которым он смерил его лишь на секунду, а затем, исчерпав интерес, отвернулся.

Отчего‑то у Норфолка дрогнула рука, и он резко опустил ее. Каскад шампанского начал свое медленное, но звучное обрушение.

Звон разбивающихся бокалов привлек внимание не только охраны, но и гостей в зале. Мелл отскочил от стола вперед, ближе к Саше, но, не рассчитав скорость и резкость, с которой остановился, случайно выплеснул шампанское на рукав его рубашки.

– П‑простите, пожалуйста! – испуганно воскликнул Мелл.

– Боже! – Стоящая рядом стилистка вытащила салфетку из кармашка на груди и приложила ее к пятну. – Что вы себе позволяете?

– Я… я не хотел, правда. Оно случайно!