Из звёзд и костей

Грэм сжал челюсти, но тут же подчинился, крепко прижав раненое запястье к телу. Он швырнул матрац с кровати на пол, разорвал кожаное кресло пилота, спустился в спасательную капсулу и вернулся оттуда с рюкзаком. Он вывалил содержимое сумки на пол, выискивая глазами что‑нибудь ценное. Если пиратам не нужны сухпайки и свежие овощи, они будут разочарованы.

Тем временем две женщины наблюдали за Аури. Женщина со шрамом, вероятно, капитан, держала пистолет у ее лба. Аури попыталась отсканировать штрихкоды пиратов, но все они носили черные кожаные манжеты на месте, где должен быть код.

От фыркающего смеха второй женщины Аури стиснула зубы. Она опустилась на колени и татуированными пальцами начала рыться в сухом пайке. Когда она встала, заплетенные в косички волосы змеями скользнули по ее плечам.

– Ничего ценного. Если не считать этого. – Она помахала пайком для большей выразительности. – Пустая трата времени. Согласен, Джи?

Капитан подняла бровь, взглянув на Грэма.

– Я же говорила, что это лодка охотников за головами. У них на борту никогда не бывает ничего стоящего.

Аури ощетинилась на охотника за головами, но промолчала. Если они отсоединят древки гарпунов и оставят шипы, она сможет направить корабль на Кайдо. Будет рискованно, если автопилот поврежден, но, по крайней мере, сама она жива. Меньше всего ей хотелось раздражать…

Ее планы рухнули: она заметила, что на нее с растущим интересом смотрит Грэм. Он крепко прижимал запястье к груди: сустав превратился в распухшую массу плоти. Когда он подошел ближе, его взгляд остановился на ее серьге.

Аури почувствовала, как будто земля ушла из‑под ее ног. Нет‑нет‑нет…

– Я вижу кое‑что ценное, – протянул он: в его голосе звучал знакомый акцент.

Мужчина на радиосвязи. Это был он.

Он словно прочел ужас в глазах Аури: ухмылку на его лице она никак не могла назвать приветливой. Он неторопливо подошел к ней, поймав пальцем болтающийся металлический цветок. Она вздрогнула от его близости.

– Похоже на настоящее золото. Возможно, даже с крупинкой бриллианта. Стоит как минимум несколько сотен кредитов. – Он наклонился ближе, изучая цветок: от него исходил запах моторного топлива.

– Нет. – Аури услышала свой голос издалека, как будто он не принадлежал ей. Грубая покорность, страх, который она услышала в нем, оттолкнули ее. – Прошу вас. У меня есть кредиты. Я все вам переведу.

– Чтобы федералы нас выследили? – Женщина скрестила руки. – Не‑а. – Она склонила голову над диском Аури, застрявшим в стене шаттла. – Он имеет какую‑то ценность?

Капитан покачала головой.

– Не для нас. Даже растопить нельзя. Но кинжал возьми, Кей. Свой я оставила в кишках какого‑то урода на прошлом захвате.

Кей поспешила подчиниться.

– Грэм, возьми уже эту чертову бирюльку, – рявкнула капитан. – Надеюсь, что какому‑нибудь торгашу на Медее она покажется ценной.

Грэм в предвкушении ухмыльнулся Аури и наклонился вперед. Здоровой рукой он схватил серьгу…

И вырвал ее.

Боль обожгла ухо Аури и, казалось, пронзила и шею. Она прикусила щеку, пытаясь подавить крик. На глазах выступили слезы, и горячая кровь потекла от челюсти к ключице, пачкая белый бант ее униформы. Бёрди низко зарычала, царапая когтями пол.

– Место, – прохрипела Аури, молясь, чтобы Бёрди подчинилась. Собака не шевелилась, но рычание продолжало вибрировать в ее груди. Капитан посмотрела на Бёрди, но не отвела пистолет от Аури.

Грэм покачал серьгой перед ее носом. К тонкой цепи прилипли кусочки кожи и запекшаяся кровь.

– За мое запястье. – Отходя, он щелкнул ее по порванному уху. Она зашипела.

Капитан опустила пистолет и крикнула через плечо:

– Эй, бусу, идите сюда и отнесите трупы на лед. Заедем на рынок органов.

Услышав японское оскорбление, Аури затаила дыхание. Бусу – имя, которое Тай дал своей собаке, принадлежащей оперативной группе Д.И.С.К. Ожерелье, спрятанное под воротником, обжигало кожу. Видно ли цепочку? Она уже потеряла самую ценную для нее вещь, кроме Бёрди. Если она потеряет и ожерелье Тая…

Двое членов экипажа, оба мужчины, протиснулись в дверь. Стало понятно, почему они не участвовали в атаке с остальными. У каждого была сломана рука и зияли порезы на лице: их внешний вид говорил о том, что они оказались не по ту сторону взрыва. Вместе они вытаскивали тела через двери, пока Кей ковырялась в пайках.

Внимание капитана переключилось на Бёрди. Она провела пальцами по шраму, прищелкнув языком. Наконец она пожала плечами.

– Кей, забери собаку. Можем продать ее за что‑нибудь. Как минимум, на шкуру.

– Нет! – Аури бросилась на капитана. Она врезалась в женщину, и обе рухнули на пол. Пистолет вылетел за пределы досягаемости. Аури ударила женщину по лицу своим роботизированным кулаком. Под костяшками ее пальцев хрустнула кость.

Аури услышала щелчок взведенного курка. Пушка Гаусса. Она открыла рот, чтобы отдать Бёрди команду атаки.

В руке капитана что‑то мелькнуло, и Аури отпрянула, но слишком поздно. Лазерный нож глубоко вошел в ее синтетическое предплечье, царапая спрятанную под ним металлическую кость. Аури вскрикнула от удивления, когда провода вспыхнули. Перед глазами промелькнуло предупреждение: киборгская половина мозга сообщила о неисправности.

Она упала на спину: пальцы ее роботизированной руки дернулись, когда она изо всех сил пыталась ими пошевелить. Она едва заметила пистолет, который направила на нее Кей: глаза пирата расширились от паники.

– Железяка. – Кей плюнула на пол рядом с Аури. – Я всажу тебе пулю в мозг.

– Не трогай ее. – Капитан выпрямилась, сплевывая багровую кровь. В руке она снова сжимала пистолет. – Она моя. – Она подошла к Аури: лицо женщины было так близко, что Аури почувствовала запах пота на ее коже. – Обычно я забираю таких на рынок. За твои детали можно выручить вкусную сумму кредитов. Но никто – никто – не смеет нападать на меня. Оставь свою суку себе. – На лицо Аури брызнули капли крови и слюны, когда женщина плюнула на нее. – Отведай космического воздуха, железяка. – Капитан подняла рукоятку пистолета и ударила ею Аури по голове.

Череп пронзила боль. В поле ее зрения взорвались точки, множество предупреждений вспыхивали и исчезали, вспыхивали и исчезали. Она моргнула. Силуэты пиратов расплылись, когда они повернулись и направились к выходу. За ними с лязгом закрылась дверь. Внезапно рядом с Аури, вопреки приказу, оказалась Бёрди: собака скулила и облизывала ее лицо.

Сенсорные сигналы приходили волнами интенсивных ощущений, а затем темнота. Холод. Что‑то холодное прижалось к ее щеке. С едва ощущающейся тревогой она поняла, что упала на пол.

Когда? Когда она упала? Она попыталась открыть глаза, но правый глаз склеило что‑то липкое. Ее пальцы дрожали, когда она поднесла их к виску. Кровь залила ее кожу. Так много крови. Позывы к рвоте скрутили желудок.