Каждый дар – это проклятие

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ Я ОЩУЩАЮ СЕБЯ НАСТОЛЬКО уставшей, что едва не упускаю из виду еще одну странность. Экран моего ноутбука выглядит по‑другому. Давно пора изобрести какое‑то слово, описывающее впечатление «цифровой неправильности» – например, когда целый день ощущаешь, что что‑то не то, а потом оказывается, что в TikTok добавили новую кнопку или что‑то в этом роде.

После обеда я наконец‑то поняла: это макет нашего виртуального класса. Он другой. Обычно это сетка шесть на шесть – всего тридцать шесть учеников. Именно столько человек осталось в нашем выпускном классе после пожара. Сегодня же в последнем ряду только пять окон.

Кого‑то не хватает?

Лорны, – отвечает Фи. – Лорны МакКеон.

А, ну да, конечно.

Хотя, никакое это не «конечно». Я бы не вспомнила о Лорне МакКеон и через миллион лет. Это идеальная «милая девочка», совершенно не выделяющаяся на общем фоне. Достаточно умная, чтобы оказаться в классе Фионы. С каштановыми волосами, забранными в хвост. Однажды она одолжила мне карандаш.

Если бы это был обычный школьный день, я бы не заметила, потому что школьницы часто отсутствуют на занятиях. Но с тех пор, как школа перешла в режим онлайн, нас было одинаковое количество каждый день, потому что нужно было входить в систему, даже если ты болеешь.

Очевидно, это не единственная причина, по которой я не заметила ее отсутствие. Я до сих пор ощущаю холод от рассказа про Ложу – словно темные обрывки угасающего сна. Нужно сегодня вечером обязательно пойти к Нуале и обсудить эту тему. Рассмотреть ее со всех сторон, чтобы она нас больше не беспокоила. Интересно, добрался ли сегодня Аарон до Нуалы или снова покинул нас?

Я подписана на Лорну в социальных сетях, но мы никогда не общались, и поэтому держимся на расстоянии. Я впервые рассматриваю профиль девушки, с которой ходила в одну школу с двенадцати лет. Она ничего не писала уже несколько месяцев, хотя это и не так уж необычно. Многие редко заходят в Сеть, в том числе и я, что меня иногда даже волнует. Последнее, что есть в моем профиле, – это летняя фотография с коробкой луковых колец. Подпись гласит: «Кольца силы».

Тогда это казалось смешным.

На фотографиях Лорна выглядит воспитанной, скромно одетой и улыбчивой. Чем дольше я всматриваюсь в них, тем, как мне кажется, стараюсь додумать что‑то. Не слишком ли скромно она одета? Рукава до запястий, воротничок скрывает почти всю шею. Может, под влиянием «Детей Бригитты»? Неужели она посещала их собрания? И настоящая ли у нее улыбка? А вот эта групповая фотография ее семьи на дне рождения родственника – не скрывает ли она под собой некую тайную историю насилия?

Я откладываю телефон, осознав, что уже двадцать минут фантазирую о незнакомой мне девушке, единственное «преступление» которой заключается в том, что она не зарегистрировалась на сегодняшнем занятии.

До начала рождественских каникул осталось два дня. Думаю, до тех пор я не забуду замечать ее отсутствие или присутствие.

Когда приезжает Ро, чтобы забрать меня, кажется, что он уже позабыл о своей ссоре с Аароном. Он провел весь день с группой, разрабатывая стратегию выпуска сингла, подобно тому как диктаторы расставляют флажки на карте.

– Не думаю, что «Девушка‑волк» наша лучшая песня, но она соответствует всем четырем критериям популярности, – говорит Ро, слишком крепко сжимая руль.

– Это, несомненно, хит, – говорю я, похлопывая его по колену.

– Отличный припев – есть. Хороший текст – но не слишком хороший, который было бы сложно запомнить, – есть. Музыкальность – есть. Ди звучит потрясающе. И вокал, это тоже. Думаю, я тоже звучу неплохо.

Меня опять охватывает тошнотворное чувство, будто Ро следует какой‑то своей траектории, уводящей его прочь от магии. Прочь от меня.

Кому нужен оккультизм, когда тебя ждет слава? Кому нужна школьная подружка, когда у твоих ног весь мир?