Когда весной воскресают деревья

Василий Фёдорович хоть и оставался убеждённым коммунистом, но не питал ненависти к американцам, охотно делился опытом, и дискутировал на различные научные темы. Он был человеком крепкого телосложения с волевыми чертами лица, густыми бровями, довольно общительным и доброжелательным ко всем. От очередного приглашения в США профессор снова отказался. Ещё одним предложением американских коллег было командировать по обмену опытом в их НИИ биотехнологий подающих надежды молодых сотрудников. Стипендию обещали хорошую, бесплатное проживание и питание в студенческом городке так же гарантировали, да и темы научных исследований западных коллег были достаточно интересными. И тут Василий Фёдорович подумал про Серёжу. Конечно, ему было жалко расставаться с этим умным пареньком, к которому он испытывал тёплые отцовские чувства. Но профессор знал о бедственном финансовом положении Сергея. Отец Сергея три года назад скоропостижно скончался от рака желудка, и он весьма небогато жил с мамой, страдающей ревматоидным артритом, инвалидом второй группы. Все научные исследования были заморожены, зарплата научных сотрудников стала нищенской, да и выплачивали её с задержками по три месяца.

Василий Фёдорович вызвал Серёжу к себе в кабинет, где в данный момент на стульях, расположились американцы с молодой переводчицей, и все мирно пили горячий чай из самовара, заваренный профессором собственноручно, закусывая его свежим батоном, поверх которого толстым слоем было намазано малиновое варенье.

– Малина в том году уродилась на славу – приговаривал профессор, – собственного производства так сказать, угощайтесь гости дорогие.

Серёжа тихо постучал и сразу же вошёл.

– Вызывали, Василий Фёдорович – спросил он.

– Да, присаживайтесь, Сергей Станиславович – ответил Дерушев.

Профессор при людях обращался к Сергею по имени отчеству, а в личной беседе, как правило, называл его ласково – Серёжа.

– Тут американские товарищи приглашают тебя в гости, посмотреть на коварный за рубеж, чем они там занимаются, какие генетические опыты проводят. Стипендию вроде обещают хорошую, ну и в общем полный пансион – продолжил беседу профессор Дерушев. – Не желаете ли Вы съездить, Сергей Станиславович? На мир, так сказать, посмотреть, и себя показать.

Сергей был ошарашен таким предложением, ну и конечно же безумно рад ему. Наконец‑то его по достоинству оценили. Это же его шанс на лучшую жизнь. Серёжа любил свою профессию, с ранней юности его интересовало, как устроен мир, он жаждал узнать суть все процессов в живых организмах. Наука для него была всё равно как религия, в которую он искренне верил. А познание сущности вещей для него означало познание Бога. Будоражило его воображение изучение процессов переноса протонов и электронов по транспортным системам фотосинтеза и окислительного фосфорилирования, он мысленно представлял работу турбин АТФ синтетазы, механизмы кодирования информации в молекуле ДНК. Всё многообразие различных процессов в природе восхищало его, и на его взгляд всё было устроено логично и разумно. Не разумным было происходящее в стране. Не логичным было то, что какой‑то бизнесмен, умственные способности которого ограничивались знанием простых правил сложения и умножения, мог зарабатывать в десятки раз больше профессора Дерушева Василия Фёдоровича, благодаря трудам которого удалось добиться значительного повышения урожая зерновых, за счёт выведения новых сортов пшеницы, устойчивых к гербицидам. А эти бизнесмены по факту ничего не производили в отличие от рабочих на заводах и крестьян в колхозах, не спасали людей от разных болезней как врачи. Они просто занимались перепродажей товаров. В СССР таких называли фарцовщиками и спекулянтами. Разговаривая о политической ситуации в стране, старый профессор любил подмечать, что великое государство нельзя завоевать извне, но его легко можно развалить изнутри. Когда‑то были и великая Римская империя, и высокоразвитые греческие государства, до этого Египет и Шумерское государство. Ещё в средние века все продолжали изучать науки на латыни и на греческом. Сейчас былое величие этих государств утрачено. В самой средневековой Европе сначала лидирующие позиции занимали Португалия со своими колониями в Африке, потом Испания со своими колониями в Америке, и потом уж Англия. А английский язык до 16 века вообще считался языком простолюдинов, высшее общество в той же Англии, да и в России то же, разговаривало на французском, который в свою очередь относится к романской группе языков, и, значит, берёт своё начало от латыни. Ну а сейчас английский приобрёл статус международного языка. На нём написано много серьёзных научных трудов, которые Сергей с упорством переводил на русский. В школе Серёжа изучал испанский, и он ему нравился, а в университете уже начал учить английский, но познания в нём оставались не глубокими.

Но вернёмся к нашей беседе. После небольшой паузы Сергей выдавил из себя ответ на предложение профессора и американской делегации:

– Мне бы было бы очень интересно поработать и поучиться за рубежом, обмениваться опытом, но мои познания в английском оставляют желать лучшего.

Молодая переводчица перевела американским товарищам ответ Сергея Станиславовича. Американцы переговорили друг с другом, и переводчица огласила их вердикт:

– Господин Джон Свит сказал, что у Вас есть ещё три месяца улучшить свой английский, а потом Вы будете совершенствовать его в языковой среде.

А потом она добавила, уже от себя:

– Я могу помочь Вам в изучении английского. Если пожелаете, конечно.

И тут Серёжа перевёл свой взгляд, который до этого был сосредоточен на Василии Фёдоровиче, задумчиво сидевшем за своим столом, на молодую переводчицу. Это была красивая, стройная девушка с густыми чёрными волосами, которые плавной волной словно стекали на её нежные, узкие, женские плечи. Острые чёрные брови и длинные густые ресницы словно подчёркивали и без того выразительные карие глаза с широкими зрачками, в которых отражался весь мир вокруг. Её черты лица были полны совершенства, можно было часами, и даже месяцами смотреть на такую красоту. От неё исходил едва уловимый, пьянящий аромат, вскруживший Сергею голову, и от волнения ком подошёл к горлу, он словно оцепенел, и с трудом выдавил из себя:

– Боюсь я не смогу рассчитаться за ваши уроки английского, ведь зарплаты у нас здесь весьма скромные.

Девушка улыбнулась и ответила:

– А я денег с Вас не возьму. Уроки будут бесплатными. Вот станете профессором, прославитесь, разбогатеете, и потом сами решите, как меня отблагодарить. Вот моя визитка, позвоните, и мы согласуем с Вами время занятий.