Курсант. Назад в СССР 9

– Ох, точно, – Вася уже занес руку, чтобы хлопнуть себя по лбу, но почему‑то передумал, да и лоб уже был изрядно красный. – Я почему‑то посчитал, что вас четверо приедет. Оперативник, психолог, криминалист и следователь. Получается, я Федора не посчитал. Ага, точно! Скажите, а зачем вам Федор? Он вообще кто? Кинолог, наверное? Но собаки‑то нет с вами.

– Жмых! – туча разразилась громом. – Отставить болтовню! Немедленно организуйте нашу доставку до гостиницы.

– Слушаюсь, Никита Егорович. Так давайте я вас поочерёдно отвезу. Тут недалеко. Город у нас небольшой, тыщ двести с вами будет.

Горохов вздохнул и огляделся:

– Где тут телефон‑автомат?

– Зачем вам?

Я уж думал, Горохов ему сейчас расскажет, почем тут лодка, коза и капуста, но он коротко ответил:

– Такси вызвать…

 

* * *

 

До гостиницы мы все же добрались. Хоть и с небольшими приключениями. Федю и Каткова отправили на такси (москвичонок внутри оказался крайне тесным – колесные арки выпирали прямо в салон на заднем сиденье), а я со Светой и шефом поехали с местным начальником угро.

По пути он проскочил на красный, чем смертельно напугал старушку с авоськой на пешеходном переходе. Та швырнула нам вдогонку треугольный пакет молока. Оно растеклось по заднему стеклу белой жижей.

– Народ у нас хороший, – рассказывал про город Вася. – Добрый. Мухи не обидит. Вечером можно спокойно гулять, никто на гоп‑стоп не возьмет. Откуда у нас этот маньяк взялся – ума не приложу. Я вот что думаю, может, это пришлый какой? Как и вы, с Москвы приехал. Говорят, в Москве каждый второй с прибабахом.

Теперь уже и мне захотелось дать подзатыльника Васе. Хоть я и не коренной москвич, но как‑никак теперь там обосновался. И квартира, двушка, своя есть, государством за «боевые» заслуги выданная.

– Приехали! – Василий, чуть не раздавив нерасторопного голубя, ловко припарковался возле крыльца странного вида пятиэтажки без балконов, из окон которой торчали палки с верёвками для белья. – Вот ваши хоромы!

– Это что? – процедил Горохов. – Гостиница?

– Она самая, – закивал Вася. – Правда, наполовину общежитие. Раньше она вся общагой была. А сейчас даже душ на этаже работает.

И сказано это было так – с гордостью пятизвездочной.

– Твою дивизию, Жмых! – машина аж покачнулась от негодования Горохова. – У вас что? В городе нормальных гостиниц нет? Я же звонил вашему руководству, просил забронировать для нас номера.

– Так руководство мне и поручило вас заселить. Я и подумал, что вам лучше здесь будет. Тут до УВД рукой подать. На автобусе пара остановок, потом с пересадкой на троллейбусе. И вот вы уже вы на работе.

– Бардак! Какой троллейбус? Нам служебная машина нужна. Так! Быстро вези нас к твоему начальству!

После встречи с начальником местной милиции вопрос со служебной машиной и нормальной гостиницей быстро решился.

– Спасибо, Валентин Ефимович, – пожал руку Горохов седому широкоплечему полковнику начальнику УВД. – А то этот негораздок, – он кивнул на Васю, что тёрся в приемной и заглядывал в просторный кабинет через приоткрытую дверь, – чуть старушку не задавил и привез нас, бог знает куда. В общагу какую‑то. И зачем вы такого бестолкового на службе держите? Наверное, чей‑то родственник? Гнать его надо из милиции вместе с этим самым родственником.

– Василий так‑то неплохой парень, – заступился за него полковник. – Просто не освоился еще в новой должности.

– Ага, – прищурился Горохов. – Значит, я угадал, что его родственник протянул? Кумовство в нашей службе вредит работе. Вы все‑таки взяли бы под свой контроль этот вопрос.

– Хорошо, Никита Егорович, разберемся. Мой водитель доставит вас в гостиницу «Вымпел». Там приличные номера.

Мы снова погрузились в машину, но уже в нормальную «Волгу». Вася остался в УВД.

– Уважаемый, – похлопал Горохов водителя по плечу, когда машина тронулась. – А у Жмыха есть родственники в милиции?

– У Васьки‑то? – мотнул головой водитель. – Конечно, есть. Он ведь племяш Валентина Ефимовича. Начальника нашего…

 

* * *

 

После заселения в гостиницу «Вымпел» Никита Егорович велел нам выдвигаться в УВД. Хотя работать сегодня мы не рассчитывали. Света приняла душ, я тоже только помылся и хотел уже «обновить» с ней двуспальную кровать, как пришлось одеваться и тащиться на работу. После непродолжительного сидения на пенсии шефу непременно хотелось ринуться в бой с преступностью, сразу и сполна окунуться в ментовскую жизнь.

Катков вздыхал, что даже перекусить не успел, Федя дулся, что только задремал, а его подняли, и мы со Светой тоже не были в восторге от рвения шефа.

Вопреки нашим ожиданиям, кабинет нам выделили вполне сносный. В УВД на первом этаже в следственном отделе. Он был рассчитан на четверых, но мы поместились.

– Повезло вам с помещением, – когда мы заселялись в кабинет, откуда‑то материализовался Вася. – У нас так‑то с ними не густо. До вас тут четверо сидело. Но две следачки отсюда в декрет ушли разом, один в отпуске сейчас, а четвертый тоже отдыхает. Он ногу сломал. Только смотрите, аккуратнее, – Вася понизил голос. – Репутация у этого кабинета особая. Кто в нем посидит, тот потом беременеет. Через него у нас все сотрудницы в декрет уходят. Кузеванов, начальник следствия, уже за голову хватается, работать некому. Даже Нина Петровна, ей по выслуге на пенсию уже пора, и то – посидела здесь и третьего родила.

– Ну, нам такое не грозит, – хмыкнул Горохов.

– Вам‑то да, – хитро улыбнулся Вася, скосив взгляд на Свету. – Светлана Валерьевна, а вы замужем? Хотите, я сегодня вечером вам город покажу. Вечером он, страсть, какой красивый. Если фонари не забудут включить.

– Василий, – я положил руку на плечо балабола. – Шел бы ты в свой отдел делами заниматься.

– Так у меня там зам сейчас рулит. А я к вам руководством приставлен, чтобы ввести в курс дела.

– На сколько дней приставлен?

– Так пока маньяка не поймаете.

Мы переглянулись и вздохнули. Никита Егорович скривился, но воздержался от высказываний.

– Ты, вот что, Василий, – сказал он ему. – Раз помочь хочешь, будешь тогда нашим гидом. Вези нас в морг.

– Это еще зачем?

– С судмедэкспертом хочу поговорить и тело осмотреть. Надеюсь, вы его еще не отдали родственникам?