Лорд умер. Да здравствует Лорд!
Гремлин прохаживался из стороны в сторону. Его осанка, сжатые кулаки, насупленные брови – все говорило о том, что он хочет кого‑нибудь или что‑нибудь избить. Желательно предмет неодушевленный, который не сможет дать сдачи. Неодушевленный и мягкий.
– Вот взять, к примеру, даже нашего великого Лорда Ужаса. Сколько он уже на троне? Скоро сто лет, сто! Годовщина на носу, помните? Так вот, сто лет он на троне. Плохо ли нам сейчас живется? Я считаю, что вполне удобоваримо. Да, есть проблемы. А где их нет? Вот покажите мне пальцем на ту страну, на тот город, где нет проблем? Что, не можете? То‑то! А без Лорда все было бы гораздо хуже, поверьте мне! Гора‑аздо хуже! Что бы случилось? Пф‑ф! Империя! Случилась бы Империя! Она давно бы нас прожевала и даже не поперхнулась! И правил бы нами этот старик‑имбецил, называющий себя Импера‑атором. Сидит, слюни пускает, играет с людскими жизнями, точно те – игрушки в его мелких рученках. Война за войной, война за войной… Убил бы! Вот этими вот лапами задушил бы собаку! Этого вы хотите? Этого?! Нет?! Тогда молчите в тряпочку! Радуйтесь, что Лорд с нами уже почти целый век! Будем надеяться, что век превратится в два, три и так до бесконечности! Ведь кто, если не он? М‑м? Назовите мне имя! Да не найдется такого человека во всем Черном городе! Просто не найдется! Так что нашего Лорда нужно беречь. Он – наша единственная надежда на светлое будущее…
Внезапно зеркальный шар опутали черные и белые полосы. Изображение пропало. Осталось только пугающее, безразличное шипение.
***
Тьма, тьма везде и всюду…
По приказу Владыки окна в тронном зале Черного замка были плотно занавешены, факелы потушены, а двери – закрыты. Никаких больше гремлинов вокруг, никаких проблем, требующих немедленного решения, и никаких людей, которые по какой‑то загадочной причине отказывались умирать и изъяснялись короткими, исключительно пафосными фразами. Лорд неподвижно сидел на троне и размышлял в полной тишине.
«Я – Лорд Ужаса. Я есть, я мыслю, а значит и существую. Я буду, я – будущее. Но насколько долго? Вечность? Не‑ет. Вечность – это страшное слово, абсурдное, не заслуживающее места в словаре. Угаснут звезды, планеты растворятся в космической пыли… Значит, придет и мой черед. Я исчезну, и когда‑нибудь даже память обо мне будет утрачена. Некому будет пожинать плоды моих трудов. Все, что я бы не совершил и не создал сейчас, все в конечном итоге пропадет. Навсегда!»
«Я – Лорд Ужаса. Я есть. А был ли я прежде? Кому я обязан своим появлением на свет? Неужели великому Космосу? Неужели он сотворил меня из крохотных частиц, исторгнутых галактической печью? Или это был кто‑то другой… Что‑то другое… Но что? И, главное, для чего? Может, народ породил меня? Нет. Это я породил этот народ! Они – мои слуги! Или я их слуга?.. Или мы должны служить друг другу обоюдно? Нет, все‑таки они – мои слуги. Я рожден править. Я есть, я мыслю, а значит и управляю! Я…»
– Чудовище!
Лорд Ужаса вернулся в реальность.
«Это… это я сам сказал? Вслух или про себя? Да уж… Так недолго и с ума сойти. Не нравится мне это. Нужно, как советует Гиббос, чаще медитировать, больше отдыхать и избегать стрессовых ситуаций.»
– Сразись со мной, чудовище!
«Так, стоп… А вот это уже точно сказал не я. Странно. Неужто галлюцинации? Если Гиббос хоть еще раз заговорит со мной о войне…»
– Убери от меня свои грязные лапы, выродок! – в этот раз голос прозвучал аккурат из коридора за стеной. Владыка быстро отыскал источник звука и начал следить за ним, неспешно поворачивая голову по направлению его движения. – Где ваш хозяин? Где эта трусливая курица?! Куда вы меня ведете?!
Перед главными дверьми, ведущими в тронный зал, крики ненадолго прекратились. Если бы Властелин Ночи мог дышать, то сейчас он бы затаил дыхание.
– Лорд Ужаса должен умереть! – раздалось резкое восклицание, прорвавшееся в тронный зал. За распахнутыми дверьми показалась фигура человека, схваченная в капкан гремлинских клинков.
– Ми‑милорд, н‑надеюсь, мы в‑вас не п‑п‑побеспокоили… – промычал капитан замковой стражи Таурус, боясь вглядываться во тьму, где пребывал Лорд Ужаса. – Это Г‑гиббос нам с‑сказал, что вы в т‑т‑тронном з‑зале. Т‑тут такое д‑дело…
– Где ты?! – закричал человек, бросившись вперед и упершись телом в острые лезвия. – Покажись, трус! Я вызываю тебя на дуэль!
«Эль…»
«Эль…»
«Эль…»
– В‑в общем, в‑вот, – сказал Таурус. – П‑парни оп‑пять п‑пойма…
– ЗАЖГИТЕ ФАКЕЛЫ, – приказал Владыка, которому, правда, отсутствие света не мешало отчетливо видеть синие глаза человека.
Часть гремлинов быстро отделилась от основной группы и выполнила приказ хозяина. Тогда человек, белая рубаха которого уже была пропитана кровью от мелких порезов, воскликнул:
– Бесконечно долго мир живых страдал от твоей тирании! Пора положить конец веку ужаса и террора! Ты падешь от моей руки, чудовище, и не жди пощады! Повторяю еще раз: я вызываю тебя на дуэль!
Подперев подбородок шипастым кулаком, Лорд Ужаса с интересом рассматривал лицо пленника, которое блестело от пота и было искажено ненавистью.
– Сразись со мной, трус! Законы чести обязывают тебя принять вызов!
Помедлив, Владыка наконец спросил:
– А ЧТО, ЕСЛИ У МЕНЯ НЕТ ЧЕСТИ?
Гремлины озадаченно переглянулись.
– Тогда ты не заслуживаешь, чтобы за тобой шел народ! Ты не заслуживаешь даже этих смердящих монстров! Если у тебя нет чести, значит ты – трус!
– МОЛЧАТЬ! – загудел Лорд Ужаса, услышав проклятое слово. – ХОРОШО, ХОРОШО… ТЫ ПРАВ. Я ПРИНИМАЮ ТВОЙ ВЫЗОВ, АУРЕЛИО.
Человек вздрогнул.
– Откуда ты знаешь мое имя?! – закричал он. – Я не называл тебе своего имени!
Не покидая трона, Владыка вытянул голову вперед и наклонился к человеку. Гремлины отвернулись и зажмурили глаза.
– Я ЧУВСТВУЮ ТВОЙ СТРАХ, СМЕРТНЫЙ. НО СТРАХ ЭТОТ НЕ СВЯЗАН С ЛОЖЬЮ. НЕУЖЕЛИ ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НИЧЕГО НЕ ПОМНИШЬ?
– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – ответил пленник. – Что я должен помнить?
– СКАЖИТЕ, ДРУЗЬЯ, – начал Лорд возбужденно, точно затевая какую‑то игру. – ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА?
