Несущий бурю. Том III

– Якоб Валлин, – представился последний, кареглазый блондин: мускулистый, высокий, мужественное лицо. Младший архимаг, но чёткого элементного сдвига нет. При этом смотрел на Эшли. – Что, опустила планку с герцога до барона?

Так, понеслись демоны из разломов.

– Кирк мой друг, именно он спас меня из плена Уайта и Лоффа, – ровно ответила Эшли.

– Ну, калибр друзей тоже понизился, – хмыкнул он. – Кирк, выходит? Говорят обладатель искажённой стихии?

– Так и есть. Я астральный маг молний, стабильный.

– Астрал интересная игрушка, хоть и опасная. У меня тоже искажённая стихия. Вероятно, в тех дальних краях о нас мало слышали. Я маг штормового ветра.

О, читал о таком. Странный сине‑золотистый ветер. Думаю, заходит в область Созидания. Более мощный, но так же сильнее нагрузка и меньше контроля.

– В одной делегации три искажённых стихии? Впечатляет, учитывая редкость.

– Да… – протянул он. – Хотя некоторые сомневаются в вашей правомерности быть здесь. Ведь на этот турнир могут попасть только знатные люди.

– Пусть титул барона и выглядит мелко на фоне герцога, но я так же отношусь к знати. К тому же я действующий глава рода.

– В том‑то и проблема. Магия молний не свойственная вашему роду. Ветер, земля, может свет или жизнь. Я наводил справки обо всех участниках, ведь в Имперском архиве собрана вся информация. Оттого у некоторых имеются подозрения… не являетесь ли вы бастардом, Кирк.

Ох, плевал я на вас с горных вершин Андолира! Сколько раз меня так в начале в коллегии называли? Но в аристократическом обществе, это страшное оскорбление.

– Возмутительное утверждение. Мой статус, законность рождения и наследования подвержены. Мой отец подтверждал, что я прихожусь ему сыном. И я похож на сестру и покойного старшего брата. Кроме того, в роду, пусть и давно, у меня были маги молний. Не является ли это голословным оскорблением?

– Отнюдь, маги молний были, как раз со стороны матери. И пусть ваш потенциал оказался внушительным, даже если учесть стимуляцию эликсирами, но ядро едва‑едва пробудилось недавно. Относительно схожести родни… Не нагуляла ли ваша мать всех детей, например, с прислугой, пока бывший глава был в разъездах?

– Якоб, это возмутительно! – жёстко заявила Эшли. – Голословное обвинение.

– Так и есть, голословное и пустое. Якоб, у вас внушительная фигура, – начал я уже нагло. – Но я же не предполагаю, что ваша мать согрешила с накачанным красавцем кузнецом, пока куда как менее привлекательный отец ухлёстывал за продажной служанкой. Видите, звучит некрасиво, зато очень складно.

– Обмен оскорблениями прошёл успешно, – усмехнулся Бредфорд, глядя на разъярённого Якоба. – Кирк, поражаюсь твоей смелости и наглости. Хотя, если честно, у нас тоже были такие подозрения. Жаль или прикрыто хорошо, и дело затянется, или всё же не бастард.

– Даже жалею, что участникам турнира сражаться запрещено и мы в разных группах. Не встретимся, – выдохнул сквозь зубы Якоб. – Однако смотря на извращённые вкусы, к тебе стоит относиться скорее как к юродивым – пожалеть и простить.

Ого, и он на «ты» перешёл. Как легко слетает формальный тон. С Бредфордом хоть общался долго и с точки зрения манер он идеален.

– Увы, в силу недалёкости не понял намёка, – сощурился я. Остальные наблюдали за бесплатным представлением. Да, опять немного понесло, но я держусь!

– О, полагаю, Эшли не сказала? Ты избрал себе в пару бесплодную женщину, наследников она тебе не даст. Да и кто знает, сколько мужчин успело…

– Якоб, – я повысил голос, – это в высшей степени грубо говорить на эту тему и насмехаться над трагедией женщины.

– Значит, знаете, – кивнул этот провокатор. Эшли под столом уже сжала мою руку. Ладошка похолодела. – Жаль, ведь у нас уже состоялась помолвка. Но что теперь делать…

Так это с ним? Помолвка – то есть она уже сказала «да». Эшли, минус уважение! Куда смотрела в тот момент? Или он тогда рубашку расстегнул и телом светил? А Осборн, он же должен был дозволение дать!

– Могу только посочувствовать ошибке Эшли. Я понимаю правила, но насмехаться… крайне недостойно.

Якоб как‑то очень странно усмехнулся, не понимаю.

– Просто факты, никаких насмешек.

– Кирк… – почти прошептала девушка рядом.

– Господа, боюсь, мы довольно сильно устали после дороги, – я посмотрел на остальных троих здесь. – Просто зашёл поздороваться. Да и аппетита нет, ощущение как будто тухлой рыбы съел. Эшли, проводишь меня? Боюсь, не запомнил дорогу, оглядывая местные красоты.

– Да, Кирк. Тоже… ощущение как будто за столом кто‑то ночной горшок оставил, – она зыркнула на сморщившегося Якоба.

– Идите‑идите, порченная девка и выскочка‑смертник, а возможно и бастард.

Эшли меня отпустила и снова взяла под руку, мы покинули ресторанчик. Кажется, заметив словесную перепалку, к нам даже подойти не рискнули. Эшли держала руку крепко, и от неё тянуло холодом, пододвинулась ближе. А ведь я ожидал, что у неё сейчас должны быть проблемы с контактами с мужчинами. Но, видимо, нет. Или я исключение, что даже честь.

Мы снова шли вверх по широкой лестнице.

– Кирк…

– Всё хорошо, Эшли. Не слушай этого ублюдка. Но в людях ты не очень разбираешься, – вздохнул я, повернувшись и встретив взгляд голубых глаз, в которых сейчас играли слезинки. Очень болезненная тема. – И вот его ты любила?

– Он… он был другим: лучше, благородней, – она поджала губы. – Впервые встретила с того момента. И… так…

– Найдёшь… найдёшь кого‑то более достойного.

– Но я же…

– Даже если забыть, что не всем так уж нужны дети… Магия может многое, – прервал я её. – Даже Тирон говорил. Не теряй надежду. Тем более у тебя есть сила и родные. Просто не теряй.

Немного обнадёжим, даже если сейчас звучит пустыми словами.

Эшли крепко меня держала, когда заметил приближение сзади сильной ауры. Младший архимаг света. Обернувшись, увидел Мортона.

– Якоб сегодня прямо не в настроении. Сочувствую, мисс Фрост, – сказал он. – Отвратительное поведение. Даже не представляю, насколько больно такое слышать от недавнего жениха.

– Тварь он. Может и правда матушка с кузнецом согрешила. И вид, и грубый характер, – согласилась Эшли. – Хочешь поговорить?

Решила отвлечься на новые темы? Сойдёт, и не хочет расклеиться наедине.