Нойды. Красный браслет

– На самом деле не употребляет, – открестилась Таня. – Ты просто пока не в курсе, я не успела рассказать, столько всего происходило. Но мы разработали специальный код на такой случай. Если звонивший начинает разговор со слова «приветик», то это значит – разговор может прослушиваться, не сболтните ничего лишнего. А еще есть слово «железно» – значит, сказанное нужно понимать наоборот. Надеюсь, Платон догадался, что последнего первенца мы нашли. Есть и другие слова, но в этом разговоре не понадобились.

– Это они придумали такой шифр, чтобы отучить меня от жаргонных словечек, – пожаловался Володе Маго. – Типа буду внимательнее и перестану их зря вставлять.

– А про Вику мог и промолчать, – укорила его девочка. – Теперь Платон будет волноваться.

Угушев сердито выпятил губу и пожал плачами. В этот миг пискнул смартфон Владимира, он глянул на экран, нахмурился.

– Родители? Абреку хуже? – испугавшись, опасно покачнулась на лестнице Таня.

Маго ступенькой ниже подпер ее плечом.

– Нет, это Злата. Зовет нас всех поскорее к Элле. При этом просит не волноваться. Юмористка!

Только теперь они ожили и спешно покинули парадное.

 

* * *

 

Когда въехали в город, Виктория словно в оцепенение впала, сидела неподвижно и дышала через раз. Глаз не отрывала от панорамы за окном машины. Этот городок пугал и словно ранил ее, каждое здание неприятно царапало душу. Она думала, что должна, может быть, помнить вот тот дом с граффити на фронтоне или вот ту детскую площадку, но почему‑то не помнит. Ей даже не приходило в голову, что дома на окраине совсем новые, наверняка построены, когда она жила уже совсем в других местах.

– Куда мы теперь? – спросила Виктория и добавила, не сразу получив ответ: – Па‑ап?

Все же он ее отец, как ни крути, именно он был рядом все эти годы. Она знала все его привычки. Вот и сейчас: лицо у отца как будто безмятежное, даже насвистывает под нос какой‑то мотивчик, смешно выпячивает трубочкой губы. Но ее вопрос не услышал – значит, чрезвычайно на чем‑то сосредоточен. И волнуется. Понадобилось окликнуть несколько раз, прежде чем он очнулся, перевел на нее взгляд.

– Что, милая? А, меня ждет встреча и содержательная беседа с нашими ребятишками, с первенцами. Тебя взять не могу, незачем им отвлекаться. Да и твоей сестренки там, кстати, не будет – приболела.

– И что мне делать, пока ты с ними? – разозлилась девочка.

Она в городе, который ее до жути пугает, где‑то здесь вполне мог затаиться несносный Кир. Виктория не верила, что с ним что‑то случилось, скорее, он замыслил очередную злую проделку. Вдруг он все просчитал и подстроил ей ловушку? Это уж не говоря о рыскающем по городку маленьком монстре.

– А что тебе делать? – на миг озадачился Павел. – Ну, можешь совершить ознакомительную экскурсию по городу детства.

– Но если меня кто‑то узнает?! Примет за… другую Вику. – Назвать ту, другую девочку сестрой было невозможно.

– Глупышка, я тебе пешком предлагаю разгуливать, что ли? Стоило столько лет растить. – Он от души рассмеялся.

Виктория снова удивилась, как же мало огорчило отца, что тайна ее удочерения так неожиданно вышла на свет. Хотя это и тайной никогда не было, как оказалось.

А Павел уже звонил кому‑то.

В центре города машина свернула в одну из тупиковых улиц, используемую как стоянка. Там их уже ждали: парень с тщательно причесанными рыжими волосами и смешно вздернутым носом – будто на него невидимый палец нажал и не отпускает – подбежал и встал по стойке смирно перед приоткрытой дверцей машины со стороны Павла. Вика моментально поняла, что он из Лиги, зло поморщилась – ей внушало отвращение все, что связано с младшим Прайдом.

– Так, слушай внимательно, – жестко и с напором заговорил, раскинувшись на сиденье, отец. С подчиненными он иначе и не говорил, считал, что нельзя давать им расслабляться. – Поручаю тебе эту юную леди. Поскольку в городе опасно, отвечаешь за нее головой. Из машины не выходить, в безлюдные места не сворачивать. Проведете обзорную экскурсию, и после доставь ее домой, в резиденцию; я, скорее всего, тут задержусь. Да, вот еще… – Он что‑то набрал в смартфоне, через мгновение из нагрудного кармана парня раздался писк. – Ты вроде местный, город знаешь?

Стремительный кивок.

– Если юная леди захочет, отвезешь ее по этому адресу, но тоже, само собой, поглядеть только из машины. И сначала убедись, что там безопасно. Павел перевел взгляд на приемную дочь: – Поняла, что это за адрес, Виктория? Но я тебя не принуждаю: можешь и вовсе туда не ездить. Просто хочу, чтобы ты приняла решение и мы закрыли эту тему раз и навсегда. Квартиру не указал, сейчас неподходящее время для визита. Но общее представление сможешь составить. Ну, идем?

Парень метнулся, распахнул перед Викторией дверцу.

Девочку удивило и даже тронуло, что отец покинул машину следом за ней, проводил до другой, стоявшей в паре метров. Когда парень занял водительское место, отец самолично закрыл за Викторией дверь, отсалютовал, широко улыбаясь, и стремительным шагом вернулся на прежнее место. Одна за другой машины вывернули из тупика и разъехались в разные стороны.

 

* * *

 

В квартиру Эллы они буквально ворвались, заранее взволнованные, ко всему готовые. Котенок только руками замахала:

– Тише вы, малышка спит! Ничего ужасного не произошло, просто нужно кое‑что обсудить. Моем по очереди руки и проходим на кухню!

И только после того, как все расселись, каждый со своей чашкой чая, и рассказали про состояние Вики и звонок Платона, Элла поведала о предложении Антона. Маго заерзал на стуле, едва зубами не защелкал при одном упоминании имени их прежнего друга. Таня покраснела и приоткрыла рот, чашка ходуном заходила в ее руках. Володя аккуратно забрал у нее чашку, потрепал по плечу. Посмотрел на Злату, которая сидела, сложив руки на груди и опустив глаза, – она уже знала суть дела.

– Что думаешь? – спросил ее Владимир. – Ты теперь старшая в пятерке. Платона, как я понял, на этот счет расспрашивать проблематично. Даже кодовые слова не помогут.

Злата выдавила бледную улыбку, мотнула головой:

– У нас нет понятия старшинства, стараемся приходить к общему мнению. Лично мне это предложение не нравится, но только потому, что исходит от «Комитета». А в целом оно разумное, мы ведь и сами хотели, чтобы у нас был козырь против Института. Я с самого начала старалась побольше снимать Сонечку на видео. Аппаратура, которую предлагает Антон, наверняка круче, у нас будет больше доказательств, что это не какой‑то фейк.