Обратной дороги … БЫТЬ
– Не знаю, все загорелось.
Открыв глаза, я тяжело дышала.
«Нет, это не ментальная магия, но тоже вещь полезная.» – подумала я, падая на подушку
Услышав, как хлопают двери, я притворилась спящей. Кто‑то зашел ко мне и вышел, а вскоре я услышала голоса.
– Пламя, кто‑то влез в мое подсознание.
– И?
– Твоя защита сработала, вот только было странно, я не видела ни себя, ни вошедшего.
– Что от тебя хотели?
– Не знаю, у меня спросили, что тут происходит и сказали, что это друг. Но это еще не все.
– А что еще?
– Я спала в этот момент и меня назвали по имени.
– Может кто‑то злой? – спросила Ники
– Не думаю. Но кое с кем поговорит все‑таки стоит.
– С кем? – спросили девочки хором
– С Наядой. – ответила Пламя
– Знаете девочки – начала Ники, – мне приснился такой странный сон …
– И не тебе одной. – прервала ее Крис
– Это ваша память воскресает после рассказа. – сказала Пламя
Разговор прекратился, а я лежала и грызла простынь.
«Так огонь – это защита, а сон – это воспоминание? Что же делать? Надо прогуляться»
В размышлениях я вышла на улицу, не заметив сидящих за столом. Зайдя за угол дома, я встала как вкопанная.
– Доброе утро, Нэс.
– До‑доброе.
– Скажи милая, а что ты вспомнила?
– Ни‑ни‑ничего. – я заикалась от страха, каким‑то внутренним чувством зная, что это не Пламя передо мной
– Как ничего? Разве тебе ничего не снилось?
Взяв себя в руки, я решила дать отпор:
– А что такое? Это личное.
– Ты же знаешь, что я ведьма и меня не следует обманывать.
– Ты? Ведьма? – я стала истерически смеяться – Мариама, тебе вредно пить на ночь виски. – и покрутив пальцем у виска, прошла дальше, а в мыслях звала. Звала отчаянно.
«Огонь, дом, враг. Огонь, дом, враг… Надеюсь услышат.»
Я отошла шагов на десять от «Пламени», как услышала рев огня и рык подруги. Обернувшись, увидела огненную клетку, а в ней лже‑ведьму.
– Ты‑ы‑ы. – рычит Пламя уже на меня – Сюда, живо.
Подбежав к ней я стала шёпотом говорить:
– Я сразу узнала, что это не ты, я испугалась, я …
– Молчать.
От ее рыка затряслись стекла, но через секунду она успокоилась и обняла меня за плечи, произнесла:
– Ты молодец, додумалась, а вот его допросим. Пандемон, Офиль перенесите клетку в дом. Офиль начни читать молитву.
– Какую госпожа?
– За упокой и спасение его души.
– От вас еще никто не спасся.
Злобно улыбнувшись, она повела меня от дома.
«Клянусь, я видела ее клыки, как у вампира. И если она меня сейчас не убьет, то даже … черт мысли.»
– Ага. Все‑таки догадалась?
– Да благодаря сну, а то, что я в мыслях с тобой общалась только сейчас.
– Сон сегодня приснился всем. Но скажи, какого демона ты полезла к Крис?
– Ты после вчерашнего была не очень, Ники, ну не знаю. А с Крис мы и в прошлом как я поняла не особо дружили, а значит, она меня не узнает.
– Все пришли.
А пришли мы к речке. Не к той, у которой были вчера, а к другой. Она была меньше и прозрачнее.
– Садись в воду. Будет больно, но это того стоит. Есть вопрос, на который ты хочешь получить ответ у памяти?
– Да. А ты что делать будешь?
– Я просто поставлю защиту, как у Крис, и никто не залезет в твои воспоминания.
– Даже ты?
Хитро улыбнувшись, она силой усадила меня в воду.
– А скажи‑ка хорошая мне, что ты такого сказала демону, от чего он впал в ступор.
– Назвала сумасшедшим и сказала, что пить виски на ночь вредно.
Ее смех, наверное, слышали в городе, так громко она засмеялась.
– Молодец и так вопрос.
Я сидела в воде, закрыв глаза и попросила:
– Спой мне, а я пока подумаю.
И она запела. В ее голосе были нотки нежности и грусти, слезы прощания и надежды вновь соединиться. Я заслушалась.
– Разлучила судьба, может быть, навсегда,
Жизнь закружит, и чувства остынут,
Но поверь мне, любовь не умрет никогда,
Даже если я буду покинут.
Ты потушишь пожар нашей страстной любви,
На кострище огарок отыщешь,
Но не бойся его, к сердцу тихо прижми ‑
Стук души моей грешной услышишь.
Где‑то там. Глубоко, где‑то в сердце твоем
Будет тлеть уголек моей жизни.
Лишь коснешься его – возгорится огнем,
