Обратной дороги … БЫТЬ

– Нэс, ты оказалась намного умнее этих бестолочей, правда я ждала тебя раньше.

– А я вообще умная девочка. – огрызнулась я

– Лучшая защита – это нападение, но я могу тебя успокоить тут тебе нечего бояться.

Я промолчала, но не смолчала птичка, что сидела на моем левом плече:

– Эх ты змея, даже человека не смогла к себе расположить. АХАХАХАХ

– Заткнись, я еще зла на тебя. – пристальный взгляд зеленых глаз смотрел прям в мои глаза от чего я их закрыла – Нэс, тебя что‑то тревожит?

Поставив стакан на стол, я открыла глаза и, смотря на свои руки, что лежали на ногах, спросила:

– Кто вы и откуда меня знаете? – странный звук заставил меня поднять свои глаза и посмотреть на нее. Она смеялась.

– Хорошо я отвечу тебе, но ты должна решить прямо сейчас поверишь ли ты мне и разрешишь ли тебе помочь или, же уйдешь, куда глаза глядят. Иначе разговора у нас не получится.

Я задумалась. Бегло осмотрев ее, я решила, что рядом с ней мне и вправду нечего не грозит и страшно быть не должно и даже если она даст мне стакан с ядом и скажет, что так надо я с улыбкой приму его. Да у меня было чувство словно мы знакомы, но не здесь в пыльном и злом городе, а там, где добро еще существует, а жизнь, словно сказка. И ведь все эти чувства словно из недр души накатывали на меня. Что‑то вертелось в голове, но что так и не смогла понять.

«Видимо я и в самом деле получила солнечный удар, раз сама себе противоречу.»

– Ага, решила. Тогда слушай. – я даже не успела удивиться как она узнала о моем решении – Я – Ведьма. Не округляй глаза – это правда. Я самая настоящая ведьма и, да ты мне нужна. Где‑то, месяц назад, проходя мимо тебя, я почувствовала, что у тебя есть сила, а неделю назад мне приснился сон, что у тебя беда произойдет и что тебе нужна будет поддержка. Вот я и отправила к тебе этих … пташек.

– А как вас зовут по‑настоящему?

– Во‑первых, на «ТЫ» и сразу, а во‑вторых, хм … нет его у меня.

– Как так нет? У всех есть. Или вам ведьмам просто нельзя свое имя произносить?

– Оно было у меня, но я его забыла.

– Понимаю. Наверное, авария, да, или потеря памяти? – сказала я жуя уже третий пирожок

Она не ответила на этот вопрос, но ответила на другой:

– Зови меня просто … Пламя!!!

Мы замолчали и уставились в окно. Она не знала, что еще сказать, а я не знала, что еще спросить. Мне до сих пор все это сном казалось.

– Ау, красавицы‑думщицы, вы жрать‑то будете? – спросило ворчливая птичка

– Чего спрашиваешь, бестолковый!? Взял бы да накрыл бы.

– Ты карга злющая …

Он не успел договорить, как в него ударила молния, хорошо, что я не дернулась и вообще сидела не подвижно, а то бы и меня задело, а он исчез. Через минуту в кухню вполз толстый котяра темно‑красного цвета и залез на скамью ко мне поближе. Я тут же стала его гладить. Под потолком кто‑то смеялся приговаривая:

– Ой, не могу хвостатый, полосатый хи‑хи‑хи.

В сторону говорившего, был послан злющий взгляд и там умолкли.

– Не люблю, когда мне мешают.

– А второй чем тебе мешал? – спросила я

– Он так заразительно смеялся, что и я могла засмеяться, а мне никак нельзя, я должна быть серьезной. – ответила она мне.

Как только она договорила, в дом зашел здоровый медведь. Я в миг оказалась на столе визжа на одной ноте (судя по тому, что медведь закрыл уши, а кота снесло со скамейки, то нота была высокой).

– Милая Нэс, – прокричал медведь – умоляю, успокойтесь и слезьте со стола.

Я замолчала и аккуратно слезла, сев поближе к хозяйке. Она обняла меня за плечи и успокаивающе произнесла:

– Это только часть того, чему тебе придется, научится. А сейчас кушать, потом ты тут всё осмотришь, а потом уж и поговорим.

– Я что у вас … хм … то есть у тебя жить буду?

– Да! К мужу я тебя не пущу, друзей нет у тебя и идти не к кому. Остаешься?

– Да куда я денусь. Видимо, ты заранее все продумала.

– Я люблю продумывать жизнь на несколько ходов вперед.

– Иногда тебя эта «хорошая» привычка погубит.

– Пусть так, но сейчас я живу по своим правилам и тебе придется подстраиваться под них.

Я на это ничего не ответила, но меня радовало, то, что не придется возвращаться и убирать погром, что я устроила.

Медведь накрывал на стол, на его левой лапе висело белое полотенце, если не замечать повышенной волосатости, то его можно отправлять официантом к президенту. Пока он накрывал, мы молчали, и эта тишина давила на меня.

– Расскажи поподробнее, что будет со мной дальше ?!

– Дальше будешь учиться магии, учиться жить не задумываясь о будущем и не помня прошлого, будешь учиться быть независимой и сильной. Как я уже сказала, жить будешь со мной. Надеюсь, я стану для тебя если не старшей сестрой, то хотя бы хорошей подругой.

– Раз ты даешь мне кров, то, наверное, я должна буду идти работать, чтобы оплатить жилье и еду!

– Знаешь у меня достаточно денег, что бы мы с тобой жили лет десять, не задумываясь о них. Так что не думай об этом. Да и некогда тебе будет работать.

– А что будет с ним?

– С ним? Хм … думаю, разведешься и навсегда забудешь об этом мерзопакостном таракане. Что ты взяла из дома?

– Документы. – сказала я, чувствуя, что слезы уже текли по лицу

За что он так со мной? Я не знала ответа. Чтобы не показать слез, я отвернулась к окну и тихо плакала. Она обняла меня со спины, как обнимает мать своего ребенка, когда тот упал, она молчала, но с каждой секундой я успокаивалась и вот уже слезы высохли, а живот требовал еды.

– Больше не плачь, а то дом мне затопишь. – я невольно улыбнулась и повернулась к ней лицом – Хорошо, что ушла налегке. А теперь давай кушать.

Она замолчала, но глаза ее злились, и я ждала продолжения ее слов, и долго ждать не пришлось:

– Послушай и запомни, если вдруг что‑то произойдет, кто‑то обидит, в любое время приходи ко мне, а я уж со всем разберусь.

– А если мне просто захочется поплакать? – с улыбкой спросила я

– Приходи, мы не только поплачем, но и напьемся, и наедимся сладостей. Устроим девичник, а на утро будем ворчать, что нам плохо. – она говорила это спокойно, с улыбкой

– Ты так говоришь, словно я твоя младшая сестра.

– Нет, не сестра, но уже дорога мне …

Ее прервал кот.