Обратной дороги … БЫТЬ

– Потому что ты думала об этом. И ведь ты сделала метку для меня. Значит, знала, что нам придется встретиться.

– Я просто не хотела терять таких подруг.

Мы сидели в обнимку, как старые подруги или сестры, которые только что нашли друг друга.

– Тебе надо отдохнуть. Ложись, я помогу.

Взмах рукой, шепот «СПИ» и больше я ничего не помню. Я уснула.

– Привет, малышка.

Вокруг туман и ничего не видно.

– Привет. – немного смущенно отвечаю я

– Извини, давно не виделись. – приятный голос, и собеседник смущено улыбается

– Ничего.

– Ты вроде была счастлива, и я не хотел мешать, да, и занят был немного.

– Вот именно, что была. Главное, что с тобой все в порядке.

Я не узнаю голос собеседника, но говорить мне легко, хоть и не вижу его.

– Чертов туман. – огрызнулась я

– Ты не права.

– Но я тебя не вижу.

Он улыбнулся.

– Значит так оно и надо.

Срываясь на рыдания, поизношу:

– Я скучала, сильно.

– Я тоже скучал. – немного грустно произносит он – Не надо, не плачь, мне так не хватает твоей улыбки.

– Помню, ты всегда меня веселил и у меня постоянно скулы болели.

Невольно улыбаюсь. Он подходит, чувствую, как крепкие, сильные руки легли мне на мои плечи. Чуть задержались и двинулись ниже по рукам. Одной рукой он обнял меня крепко за талию, а второй поднял мое лицо за подбородок и прошептал в самые губы:

– Помни, ты моя малышка и от улыбки твоей туман рассеется.

И поцеловал меня нежно‑нежно, словно пробуя на вкус. Я впала в ступор и только решила ответить, как меня нагло разбудили.

– Пламя ты стерва. – возмущенно закричала я

– А то! Ты как сладко спала, что я не могла не разбудить!

– Почему? – я обиделась на нее

– Я ведьма, а ты сама когда‑то сказала, что ведьмы – зло.

Я вмиг покраснела и попыталась спрятаться в простыню, но ее нагло отняли.

– Хватит нежиться в кровати, пора ужинать.

Сидя за столом, я даже не заметила, что я ела. Я постоянно замирала с ложкой или вилкой у рта, вспоминая

такие сильные и нежные руки, и этот поцелуй, такой нежный словно целовали, что‑то самое дорогое и родное.

 

Часть 3

 

 

За окном лил дождь с грозой. Так хотелось выйти, босиком пробежаться по лужам, подставить лицо навстречу каплям, потанцевать.

– Терпи. Не поддавайся и запомни, что ты управляешь магией, а не она тобой.

Мы сидели в креслах, отдыхая после ужина. Пламя укуталась в теплую шаль, и пила чай, закрыв от удовольствия глаза.

– Знаете девочки, – вдруг заговорила она – мне так все надоело. Вот просто так сидя в кресле, хочется провести всю жизнь.

Ники отпив вина, устало произнесла:

– Неужели нас ждет выходной?

– Нас, да. А вот … Нэс повтори‑ка все, чему научилась.

Я устало махнула рукой на них, усевшись поудобнее, укуталась в плед. Ужасно хотелось вернуться в тот сон.

Меня сбросило с кресла, оказывается, я задремала в нем. Оглядевшись, заметила, что в шоке пребываю только я, остальные уже готовы атаковать.

Стук повторился.

«Пламя, что происходит?»

«Не знаю, но меня это беспокоит.»

«Ее беспокоит, а нас пугает».

«Крис, заткнись. Может кто‑то случайно вышел на нас.» – это уже моя мысль

Вот чем неудобна такая связь, ты не понимаешь где твои мысли, а где чужие.

«Ага, случайно. До ближайшего дома двенадцать километров. В такую погоду, дорога стала непроходимым болом.»

Стук повторился сильнее.

«Крис, невидимость. Нэс, к стене. Живо!»

Отойдя к стене, я взглянула на свои руки и ничего не увидела. А Ники тем временем превратилась в дряхлую старушку.

– Ну, кого там еще боги принесли в такую погоду?

– Бабушка, помогите, умираю. – донёсся до нас жалобный голос

Она открыла дверь, а там … домовой.

Домовой был похож на старичка с длинной бородой, но ростом с кота, а силой мог сравниться с самыми сильными людьми.

Взмах рукой и Пламя стала видимой.

– Глеб Ефросиамович? Что случилось? – спросила она обеспокоенно

– Охохоюшки хо‑хо. Огонечек ты мой добренький, беда произошла, хозяева почему‑то съехали да второпях, а деревья порубили и вместе с домом сожгли. Я еле‑еле спасся. Два дня шел сюда. Болотника встретил, он меня накормил немного, и рассказал, что многие теперь такие как я бездомные. А придя к дому, я испугался, ведь магии я не почувствовал. Думал, что все пропаду, а тут этот голос ну и решил попытать счастья.

– Офиль и Пандемон, проведите гостя в комнату на печь, да накормить не забудьте. Глеб Ефросиамович будьте моим гостем.

– Спасибо Огонечек. – произнес он же заходя в комнату

Наступила тишина. Пламя прошла и села в свое кресло.

– Все, отбой, ложная тревога.