Обратной дороги … БЫТЬ

Его руки не напугали меня. Осторожно обернувшись в его объятиях, я осмотрела его. Лэатнер оставался все таким же, каким его запомнила. Высокий, сильный, красивый, черные глаза стали еще чернее, его черные волосы заметно отросли и немного вились, он собрал их в хвост и перевязал лентой. Присмотревшись, я узнала ее, это лента от моего платья, в котором я была, когда убила его. Когда‑то я таяла от его взгляда и этих рук, но не сейчас. Он так же осматривал меня.

– Потанцуем, миледи? – спросил он, обнимая меня одной рукой

– Мои подруги сейчас вернуться. – не серьезно сказала я

«Почему мое сердце так сильно бьется?»

– Всего один танец, и я уйду.

Он крутанул меня, и я оказалась в бальном платье, волосы распустились. Мы закружились в вальсе.

– Тебе всегда шли такие пышные наряды.

– Как будто тебя это когда‑то интересовало.

– А ты помнишь, как мы тогда …

– Нет, не помню.

– Мари, ты убила меня, не дав объясниться.

– Мари тоже умерла, когда ты предал ее.

– Ты хоть раз возвращалась в то время?

– Нет.

Да я отвечала ему грубо, но за этой грубостью я прятала свои эмоции. Сердце билось быстрее, голова кружилась, и так хотелось прижаться к нему. Но вот я вспомнила, что он сделал и все как рукой сняло.

– Я там бываю частенько. То, кем я стал твоя вина.

– Так, как и твоя вина, кем стала я, но мы сами выбрали свой путь. Нам остается, только жить.

– Ты пела нашу песню! – захрипел он

– Да, пела. Так же, как и ты танцуешь наш танец.

– Твои подруги возвращаются. Спасибо за танец, миледи. Хоть ты и огрызалась, я готов исполнить одно твое желание.

Лэатнер поклонился и поцеловал мою руку, потом резко выпрямился и поцеловал меня в губы. За секунду появления подруг он исчез.

– Я хочу, чтобы ты перестал мне сниться. – закричала я. Упав на колени, я терла губы кулаком, слезы текли ручьем – Просто перестань сниться. ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ.

Я била пол, где стоял он, но боль от удара приходила только мне.

– Огонек. – грустно произнесла жрица

– Не стоит. – успокоившись произнесла я, вставая – Все в порядке.

Я пошла к выходу, придерживая юбку платья. Все знали, если я иду на выход, значит пора домой.

– Вот блин, мне б такое платье.

– Ага, и мне.

Девочки догнали меня у дверей. Я видела, что сила подруг почти на нуле, а вот моя была полной.

«Наверное, он поделился своей магией.»

Открыв портал, пропустила подруг, а после оглянувшись на замок и зал, что виден в приоткрытую дверь, сказала:

– Слышишь? Не снись больше.

И сожгла замок да так, что и пепла не осталось, но клянусь я видела, как он стоял в огне и грустно смотрел на меня. Только меня больше это не волнует. Выйдя из портала в комнате, я сняла платье и бросила его в камин и пошла, готовить ужин.

«Ужасные выходные, чтоб горели они огнем.»

 

Часть 5

 

 

Пламя атаковала меня, и я потеряла сознание, но очнулась на руках, когда меня поцеловали. Я не решилась открыть глаза и изображала глубокий обморок.

– Я отнесу ее домой. Пламя, я знаю, что появился рано, но уж извини.

– Нет, ты вовремя. Побудь с ней пока мы не придем, но пусть она не знает о тебе.

Шаги и холод, почувствовала я и через секунду меня положили на кровать.

– Малышка. – произнес он, гладя меня по волосам – Я скучаю.

Еще один поцелуй, и я не выдерживаю и открываю глаза, но в комнате нет никого.

– Так не честно. – чуть ли не плача произношу я

Слабость во всем теле, хочется пить.

– Охохоюшкихохо. – произносят у двери

– Глеб Ефросиамович?

– А кто же еще, деточка?

– Принесите попить, пожалуйста.

Он залезает на кровать и помогает мне поудобнее сесть, я только сейчас заметила, что сил нет и вообще не тело, а сплошное желе. Домовой напоил меня водой, и я уснула.

– Ты предатель. – произнесла я в туман

– Как хочешь.

– Что у вас за договор с ней?

– Тебя это не касается.

– Почему? Почему ты сразу не сказал кто ты? И черт побери, когда исчезнет этот туман?

– Я тебе уже объяснял.

– А ты можешь хоть что‑то сделать.

Он не ответил, но подошел и поцеловал. Боже, это самый лучший поцелуй на свете. Он начался с невинного и постоянно возрастал, пока мы не прервались. Да‑да дышать тоже хотелось.

– Тебе пора просыпаться.

– Но почему?

– Прошло два дня. Ты отдохнула, и пора возвращаться.

– Я люблю тебя. – сказали мы в один голос и снова поцеловались

«Ужасные выходные, чтоб они сгорели.»