Очень злой дракон, или Бытовая магия для неумехи

А что, неплохой сон, интересный. Конечно, надо бы проснуться, но, пожалуй, не сейчас. У меня молодой организм, ему требуется сон, хотя бы за столом.

– Давай‑ка посмотрим, что тут есть, – предложила я Филимону и двинулась осматривать помещение.

Мда… во сне мне домработницы не выдали. В этом хламовнике больше мусора, чем в моей собственной квартире после месячника ударной работы с дошираком и пиццей вприкуску.

Впрочем, какая хозяйка, такие и сны. Ничего удивительного. Анна Владимировна была у меня всего один раз, а бардак сопутствует всю жизнь. Что поделать, если я ненавижу уборку, готовку и прочую хрень, которую мне старательно навязывают, как женщине?

Я умею деньги зарабатывать. Котика чесать. Танцевать. Вот кстати! Мог бы и танцевальный зал присниться, там регулярно наводят чистоту. Даже паркет, говорят, натирают.

Увы, по заказу мне сна не выдали. Зато на голову упал какой‑то горшок, когда я пробиралась сквозь горы хлама, пытаясь найти выход.

– Филя! – взвизгнула я, сообразив, что это мой боевой котик исследует вершины мусорного хребта. – Ты обалдел?! Шишка будет… И вообще, во сне же не должно быть больно!

– Это не сон, – сказал вдруг незнакомый голос и ближайшая куча мусора взлетела в воздух, словно ее снизу подбросили катапультой.

Я проследила за полетом особенно развесистой хламовины, взвизгнула, когда она начала падать обратно, причем опять мне на голову. Но визжала я не потому, что испугалась еще одного удара по макушке. А потому что за взлетевшей горой скрывался… дракон.

Натуральный такой дракон. Здоровенный, как несколько слонов, сваленных в кучу. Зубастый, черный и блестящий. С пурпурными рогами. И золотыми зубищами.

Я бы подумала, что это такая инсталляция, кукла‑робот, управляемый дистанционно. Со встроенными динамиками. Но дракон моргнул. И глаз у него был совершенно живой, влажный и сердитый.

– Эт‑то не сон? – проговорила я про себя. – А что же эт‑то тогда?

– Ур‑р‑р, – недовольно повел носом дракон. – Р‑ры!

– Понятно, – я мелко закивала и попыталась отползти подальше, чтобы спрятаться за ближайшую кучу мусора. – Большое спасибо за разъяснения. Вы очень любезны. Но я лучше пойду!

Похоже, это помогло. Дракон тут же растаял в воздухе, будто его и не было. Я обернулась к Филимону:

– Нет, ну ты это видел?

Но мой кот смотрел вовсе не туда, где только что рычало огромное чудище, а совсем в другую сторону. И был изрядно взволнован. Шерсть стала дыбом, спина выгнулась дугой. Что бы он там ни увидел, оно ему явно не нравилось.

Я с тревогой отследила кошачий взгляд и ахнула: прямо в воздухе, мелко махая стрекозиными крыльями, висела фея. Настоящая, мать ее, фея. С ладошку размером, в миленьком розовом платьишке и с серьезным выражением лица.

– Ничего себе сон! – проговорила я изумленно. Вот что значит уснуть в чистой квартире. Видимо, отсутствие пыли так странно влияет на организм.

– Сказано же, не сон, – в тоненьком голоске феи явно сквозило раздражение. – Ну сколько можно!

Она приблизилась, теперь я уже могла ее рассмотреть. Вот же милота! Платье мелкое, под стать хозяйке, но так искусно сшито. А как хороша вышивка и микроскопические детали, мелкие камушки сияют и переливаются. Красота!

Пока я с изумлением разглядывала фею, она внимательно разглядывала меня. С каким‑то исследовательским интересом. Так смотрел бы студент медвуза на собственноручно прооперированного пациента: неужто выжил?

Наконец, она резюмировала:

– Ну что ж, перемещение прошло отлично. Рога не выросли, руки‑ноги в наличии, – она облетела вокруг меня, – и хвост вроде бы не появился.

– Хвост? – изумленно воскликнула я и начала ощупывать свой копчик.

Фея смотрела на меня выжидательно, словно ее всерьез интересовал результат этих ощупываний.

– Не появился же, да? – в ее голосе звучало сомнение.

– Нет! – выкрикнула я. – Ну, то есть, хвоста нет.

– Вот и прекрасно. Вообще‑то, такие побочные эффекты бывают редко. Чаще наши переселенки просто лысеют. Но у тебя и волосы на месте.

Я перестала ощупывать попу и схватилась за голову. Волосы точно были на месте. И даже стали немного гуще.

– Идеальное перемещение, – удовлетворенно сказала фея. – И глаза остались прежними. Было бы обидно потерять этот уникальный цвет.

– Ничего уникального, – буркнула я, – обычный серый.

– Ну да, ну да, – в тоне феи явно слышалось «ни черта ты не понимаешь». – Значит так, времени у меня мало. Меня зовут Мелисса, а тебя?

– Люся.

– Что за глупое имя, – фея поморщилась. – Может, хотя бы Люция или там, Люсинда?

– Нет, просто Люся.

Почему‑то прекрасная феечка вдруг стала меня ужасно раздражать. И дело было даже не в бедах, каких я, как выяснилось, чудом избежала (рогах, хвосте и облысении), а в том, что я чувствовала тем самым местом, которое ощупывала минуту назад, что ничего хорошего от этого разговора ждать не стоит.

Моя попа, знаете ли, всегда была очень чувствительна к грядущим неприятностям.

А фея заговорила с тем особым скучающим выражением, с которым повторяют то, что приходилось повторять не раз и не два:

– Значит так. Ты была перенесена в наш мир. Тут есть магия, драконы и… В общем, много чего есть.

– Подозреваю, включая фей, – проявила я чудеса догадливости.

– Кто такие феи? – она удивленно захлопала глазами. – Ну да неважно. Я хранительница этого замка. Его хозяина ты тоже только что видела…

– Ты сейчас об этом жутком чудище? – уточнила я.

И только потом подумала: как обращаются к феям? На «ты» или на «вы»? Хотя какая разница – во сне‑то. К тому же она прекрасно мне «тыкает» и не заботится о вежливости.

– Поаккуратней с выражениями! – прикрикнула фея. – Его Драконье Темнейшество лорд Дырдырдыр, на сегодняшний день один из самых сильных и могущественных драконов. Отличается суровым нравом и страстью к чистоте. К идеальной чистоте и порядку, – добавила она со значением.

– Безумно рада узнать так много про абсолютно неинтересного мне многоуважаемого лорда, но может, ты расскажешь, зачем меня сюда притащили?

– Для него и притащили, – феечка говорила об этом как о чем‑то само собой разумеющемся, и явно удивлялась тому, как долго до меня доходят элементарные вещи.

Ага, притащили для дракона. Даже сны у меня какие‑то заштампованные.