Очень злой дракон, или Бытовая магия для неумехи

Ого, вот, значит, как эта магия работает!

И не обязательно щелкать пальцами. Достаточно захотеть.

Ну‑ка, а если сделать грудь еще побольше? На размерчик…

Зеркало не заставило долго ждать.

Стоило мне оформить эту мысль, как декольте наполнилось целой четверочкой. О, надо же!

Я ощупала новоприобретенное богатство. Грудь наливалась непривычной тяжестью. Я сделала шаг, и она упруго подпрыгнула. Хм, с моим родным вторым размером такого никогда не случалось. А что если…

Я снова уставилась в зеркало и попросила пятерочку. Декольте отскочило далеко вперед. Вид стал совсем уж странным и непривычным. А главное, тяжесть усилилась.

Да уж, увеличивать грудь – это как добавлять соль в блюдо. Иногда лучше остановиться на полпути.

И я решила: пусть будет троечка.

А вот талию можно сделать и потоньше, и… еще губы пухлее, а глаза побольше.

Эй да вы что, с ума сошли?! Не настолько больше, чуть‑чуть.

Я бы еще долго развлекалась перед зеркалом, но тут о мою ногу потерся Филимон.

Ага! А что, если мы и его усовершенствуем? Немного. Вот если бы у него были крылья, он мог ловить не только мышей, но и птиц. Корма‑то я с собой не взяла, так что придется моему коту выходить на тропу войны. Вот я ему в этом и подсоблю.

Хоп – и у моего великолепного кота выросли такие же великолепные крылья, роскошные, черные с блестящими перьями.

– Мявк! – Филимон подпрыгнул на месте.

– Ну же, лети! – радостно велела я ему.

Но лететь он, кажется, не хотел, и радоваться тоже. Вместо этого шлепнулся на задницу и попытался вылизать новообретенные конечности. То ли с непривычки было неудобно, то ли вкус перьев ему не понравился, но Филимон уставился на меня дикими глазами и истошно заорал.

– Ладно, ладно, вижу, что не нравится. Пусть вернется как было.

Крылья тут же исчезли, а Филимон еще долго крутился, пытаясь заглянуть себе за спину, видно, чтобы убедиться, что все, наконец, стало правильно.

Ой, а что это у нас тут?

Я обратила внимание на огромный шкаф, доверху забитый книгами. Странно, что сразу не заметила: книжные шкафы и их содержимое меня всегда очень интересовали. Хотя в таком бардаке можно не то что книжный шкаф – целый «боинг» не заметить.

Однако книги‑то я уже обнаружила.

Вот тут я порядочек и наведу!

Для начала, пыль долой. Еще долой! Еще! Еще! Вот. Теперь можно взяться за застекленную дверцу, не рискуя превратиться в шахтера. Я убирать не люблю, а вот быть чистенькой – очень даже.

Так‑с, и что у нас тут? Хммм… по‑китайски я не читаю. Экая досада!

На корешках толстенных, переплетенных в тисненую золотом кожу томов красовались странные иероглифы. Они тускло поблескивали и словно перетекали один в другой, как если бы их рисовали кисточкой без отрыва сверху вниз. Красиво, но совершенно непонятно. Впрочем, для сна как раз обычно: сколько бы я ни пыталась раньше прочесть что‑то во сне, текст всегда плыл, буквы пускались врассыпную, а если и складывались, то в сущую галиматью. Но иероглифов никогда не было.

Я открыла вторую дверцу шкафа и привстала на цыпочки. Если верить опыту сновидений, самая интересная книжка всегда на самой верхней полке в дальнем углу. Даже если я не смогу ее прочесть, там обязательно будут картинки.

Да, вон она! И светится так завлекательно сквозь тонкий слой оставшейся пылюки. Сейчас я ее… Сейчас…

Черт! Надо было пожелать себе подрасти. Ноги коротковаты, никак не достать, и ни одной табуретки, на которую можно взобраться в пределах видимости.

О!

С грудью получилось, что мешает удлинить конечности? Только надо решить, что наращивать: ноги, или все же лучше руки? Буду как цапля или как горилла?

Два в одном. Тут маленько, там немножко. Вот так. Вот… эй! Почему только левая рука выросла? И правая нога. Равномернее, пожалуйста.

Я увлеченно танцевала с собственными конечностями и магией возле шкафа, даже про светящуюся книгу забыла. И все было хорошо, пока за спиной неожиданно не раздался грохот, истошный мяв, а затем и сочный мат – мой. Я запуталась в ногах разной длины, бестолково взмахнула разными руками, попыталась схватиться за шкаф…

Заветная книга на верхней полке осталась на месте. А вот другая, втрое больше, толще и тяжелее, та, которую какой‑то аспид пристроил на шкаф сверху, от толчка свалилась на пол.

А что, эта тоже вроде интересная…

Я подняла тяжеленный фолиант, дотащила его до дивана, открыла наугад… и пропала. Это была книга вроде «Игры престолов», только еще интереснее. Приключения, борьба за власть, коварные убийства, месть и конечно же любовь.

Приснится же такое.

Уверена, в реальной жизни ничего лучше я не читала. Не умеют люди наяву такие книги писать. Нет, у некоторых вполне неплохо получается, но до высоких стандартов литературы из сна, увы, не дотягивают.

Кстати, а ведь я тут торчу уже довольно долго. А если учитывать, что уснула не в кровати, а за столом, на полноценный восьмичасовой сон можно не надеяться – скоро проснусь. Вот же будет обидно, если не узнаю, чем там у них дело закончилось.

Я жадно перелистывала страницу за страницей, полностью погрузившись в невероятный мир с драконами, лесными духами, ведьмами, вампирами, кровожадными троллями.

Антураж – зверское средневековье, в котором существует рабство и магия. Но интрига! Напряжение! Интересно – не оторваться.

Божечки, хоть бы не просыпаться еще… Я прикинула объем книги: еще страниц тысячу, или две. В общем, пока не дочитаю.

Однако не все мечты сбываются. Как раз в тот момент, когда мужественный король уже собирался поцеловать прекрасную принцессу, а по совместительству дочь своего злейшего врага, у меня над ухом завизжало. И нет, это был вовсе не будильник, которого я опасалась, а пронзительный, высокий голос очаровательной феечки.

– Нет, вы только посмотрите, – кричала она так звонко и громко, что казалось, все стекло в замке сейчас полопается, – она читает! Больше ведь заняться нечем!

Я с явным недовольством оторвалась от книги и посмотрела на надоедливою стрекозу:

– И незачем так орать. Мне уже совсем немножко осталось. – Это было вопиющим преувеличением. Я добралась хорошо если до середины книги. – А потом, так и быть, займусь вашей драконовской уборкой! – пообещала я.

Ага, займусь обязательно. Или проснусь. Когда дочитаю, делать мне тут будет особо и нечего.