Очень злой дракон, или Бытовая магия для неумехи

Я выбралась из кухни и зашла в первую попавшуюся же комнату, которая (какая неожиданность!) оказалась очередной спальней.

Уже собиралась приняться за уборку, но тут меня осенило: если последовательно убирать спальню за спальней, я вряд ли справлюсь, простая арифметика тут не на моей стороне. Комнат слишком много, а меня слишком мало. Глупо начинать со спален. Сомневаюсь, что дракон, только явившись в свой замок, сразу же закатит вечеринку на сто человек и оставит всех гостей ночевать.

Следовательно, убирать надо не все подряд, а то, что он сразу увидит. А увидит он фойе, лестницу, коридоры, свою спальню и, пожалуй, библиотеку, или как они тут развлекаются. А значит первым делом нужно убирать именно там. К счастью, кухню я с риском для жизни уже привела в порядок, так что одним важным помещением меньше.

Я немного поплутала по коридорам, обнаружила широченную лестницу, заваленную всяким хламом, спустилась в фойе и присвистнула: да уж, вот это комнатка!

Мало того, что размером с футбольное поле, так еще и потолки высоченные. И окна во всю стену. За окнами что‑то там простирается, а что, не видно. Потому что эти чертовы трехэтажные окна такие грязные, что даже свет сквозь них едва продирается. И весь этот зал, все футбольное поле засыпано хламом. Неровным таким и очень пыльным слоем.

Приплыли.

По сравнению с этой огроминой кухня теперь казалась небольшим чуланчиком. Перспективы вырисовывались нерадужные. Или я убьюсь окончательно на уборке одного‑единственного помещения, или меня испепелит дракон. Красота. Ладно, надо успеть хоть что‑то.

Я взглянула на окнище (для того, чтобы окинуть его взглядом, пришлось задрать голову высоко вверх) и тихо пробормотала:

– Очистись, пожалуйста! Ну настолько сможешь…

И зажмурилась, приготовившись тут же грохнуться в обморок. Но не грохнулась, а лишь слегка пошатнулась. Открыла глаза и со вздохом обнаружила, что окнище не особенно‑то и очистилось. Нет, пыли и грязюки стало значительно меньше, я даже смогла рассмотреть цветущий сад и кусочек высоченной стены. Однако видимость была так себе – как сквозь густой серый туман.

Ладно, с окнами разберусь потом. Похоже, это задачка со звездочкой. Попробую для начала разгрести хлам на полу.

– Уберись, – сказала я хламу, стараясь смотреть строго себе под ноги и не заглядывать далеко – во избежание летального исхода.

И хлам послушно убрался, вернее, сгрудился в небольшую кучку. Пол вокруг этой кучки стал довольно чистым. Только вот куда теперь деть мусор? А главное, где взять на это силы, потому что мои явно были на исходе…

Я сделала единственное, что могла в этой ситуации: плюхнулась задницей на тот небольшой участок пола, который мне удалось отвоевать у грязи.

Что за свинство! Таких задач даже перед Золушкой не ставили. Всего‑то пару мешков крупы перебрать. Я бы сейчас с ней с удовольствием поменялась. И даже на бал потом не поехала – у меня еще статья не дописана.

И ведь главное, никаких приспособлений для уборки. Ни тебе швабры, ни тряпок. Хорошо хоть воду нашла. Можно, конечно, раздобыть в кухне кастрюлю, налить туда воды и попытаться вымыть пол руками. Порыскать по шкафам, найти шмотки похуже…

Я еще раз окинула взглядом здоровенный пол и поняла, что на то, чтобы убрать вручную, пусть даже при помощи тряпок, у меня уйдет полжизни. А если в промежутках еще таскать воду в кастрюле по лестнице вверх и вниз, то эти полжизни станут очень короткими. Я просто отброшу копыта.

– Мне нужен робот‑пылесос, – сказала я вслух.

Нет, действительно, красота же. Он бегает, убирает, а ты сидишь себе и листаешь книжечку. Вместо того, чтобы тратить магию на окна, лучше потратить ее один раз и создать что‑то действительно полезное.

Я покосилась на кучу мусора, которая возвышалась прямо передо мной. Вот и материальчик есть.

– Значит так, – сказал я вслух, обращаясь к куче. – Сейчас ты превратишься в такую специальную магическую штуку, которая питается грязью и пылью. Любит это дело, жрет, аж за ушами трещит. И тут же внутри себя перерабатывает все, – я задумалась: во что же она ее может перерабатывать? Вот уж точно не в то, во что еду перерабатывают люди. Мне эта радость совсем не нужна. – В эманации чистоты! – радостно провозгласила я.

А что, отличная мысль!

– Там, где ты пройдешь, не только мусора не останется, а кругом чистота будет наступать. Здорово же я придумала? Вот и я говорю, здорово. А теперь превращайся.

Я выжидательно смотрела на мусор, а мусор… Я вздрогнула. Кажется, мусор смотрел на меня. Я помотала головой, чтобы избавиться от наваждения, но ничего никуда не делось. Из кучи мусора на меня смотрели два внимательных глаза. А потом куча заворочалась, завертелась, закружилась, обдав меня потоком теплого воздуха и…

– Ой, мамочки! Ты что такое? – испуганно вскрикнула я.

Рядом со мной сидело что‑то черное, мохнатое, с восьмью лапами. Оно бы было похоже на паука, но лицо у этой штуки выглядело гораздо симпатичнее, без жвалов, без восьми глаз, но с огромной‑огромной пастью.

– Ну привет, – растерянно прошептала я чудищу.

– Мы тут болтать будем или убирать начнем? – скрипучим голосом ответило чудище и я подскочила на месте.

– Ты что, разговариваешь?

– А ты что, не слышишь? – парировало оно.

Ясно, ясно. А в принципе, что я хотела? Я ведь создавала штуку вроде робота‑пылесоса, а они как раз разговаривают. Запутаются в каком‑нибудь пакете и пищат жалобно, мол, вытащи меня, хозяин, сделай что‑нибудь. У моей тетушки в доме живет такое чудо‑юдо, так вот она с ним постоянно разговаривает. Как и с микроволоновкой. Вот, похоже, и я создала себе собеседника.

– Конечно убирать, – я постаралась вложить в свой голос как можно больше энтузиазма. – Приступай.

Чудище как‑то недобро на меня зыркнуло, и я на всякий случай сделала несколько шагов назад. А оно заурчало, задвигалось всеми восемью лапами, загребая мусор и отправляя его прямо в пасть. Двигалось оно довольно быстро, но самое удивительное, что «эманации чистоты» действительно каким‑то образом распространялись вокруг. Раз проехалось у окна – и окно заметно посветлело. Развернулось, пошло обратно, еще разок проехалось – окно стало еще чище.

И вид из окна оказался вполне симпатичным. Сад пестрил экзотическими цветами на ярко‑зеленых деревьях, стена крепости черного камня возвышалась строго и величественно. А огромное окно теперь уже сияло чистотой.

Ух ты, вот это красота! Вот что значит вовремя проявить смекалку.

Я подошла к одному из пыльных диванчиков у стены, смело велела ему очиститься, с удивлением обнаружила, что обивка у него не черная и даже не цвета мокрого асфальта, а очень даже белоснежная. И со спокойной душой плюхнулась на этот диванчик. Эх, жаль, книжечку не взяла. Такая уборка мне нравится. Очень даже неплохо у нас с пылесосом получается, когда он убирает, а я сижу и смотрю.