Отдам фея в хорошие руки или операция «Новый год»

– Каждый раз одно и тоже, – театрально закатил большие голубые глазищи незнакомец и потер виски в тщетной попытке унять головную боль. – Да, я настоящий. Нет, ты не спишь, не сошла с ума, не ударилась головой и не в коме. Что там еще вы себе думаете?

– А…, – глубокомысленно выдала в ответ.

– Нет, галлюцинацией не являюсь, – сердито буркнул он и поежился, зябко растирая предплечья. – Розыгрыш, кстати, также вычеркни из списка. Вряд ли среди твоих друзей найдутся маги столь высокого уровня, чтобы провернуть подобное. А, впрочем, – презрительно оглядело меня это чудо, – сомневаюсь, что ты вообще хоть когда‑нибудь видела мало‑мальски достойного мага.

– Кто ты? – хриплым шепотом спросила его.

– Хм, на этот вопрос я не смогу тебе ответить правдиво.

– Почему? – удивилась и одновременно напряглась всем телом.

– Потому что я – не человек! – глубокомысленно выдал мужчина.

– А кто? – едва не хихикнула от абсурда происходящего.

– Наследный принц Дома серебряных фей – Эрик Валентайн, – и он легко и изящно кивнул головой.

– Наследный принц кого? – ошарашенно переспросила.

– Мда…, похоже, твои умственные способности и впрямь оставляют желать лучшего, – длинный музыкальный палец задумчиво постучал по губам, и я против воли просто залипла на этом жесте, а потом резко очнулась.

– Не смей унижать меня, твое высочество. И вообще, может ты – просто сбежавший пациент какой‑нибудь особой закрытой лечебницы, а мне голову морочишь, – фыркнула и поднялась на ноги.

– Хорошо, – примерно девяносто килограммов чистейшего обаяния и соблазна миролюбиво поднял руки и продолжил, – как по‑твоему мне удалось попасть в твой дом?

– Вскрыл дверь, залез через окно, – начала перечислять. – Да мало ли способов!

– Во‑первых, я не вор и не умею вскрывать замки, хотя с помощью магии, уверен, у меня бы получилось. Во‑вторых, влез в окно. Ты издеваешься? Какой тут этаж?

– Седьмой, – сердито буркнула.

– Ты явно меня спутала с этим вашим, как его… человеком‑пауком! Лазить по стенам – совершенно не мое, – фейское высочество прошелся по комнате и вальяжно развалился на моем любимом диване, закинув ногу на ногу. – Еще варианты? – изобразив кривую улыбку, нагло спросил он.

– Может, сам расскажешь? – скрестила руки на груди.

– А смысл? – выгнул точеную платиновую бровь мужчина.

– Смысл? О, он очень прост! Либо ты немедленно объясняешь мне все, либо уходишь. Дверь вон там, – и указала направление на выход.

– Но мне совершенно некуда идти! – не на шутку испугавшись, воскликнул мой собеседник. – Неужели ты выгонишь меня на улицу? К слову, я совершенно не приспособлен к вашим жутко холодным зимам.

– Вот и не доводи до крайности, – спокойно отвечала Эрику, если это, конечно, его настоящее имя.

– Ладно. Чем бесконечно пытаться объяснить тебе, попробую показать. По крайней мере раньше это всегда срабатывало, – окончание фразы он пробормотал еле слышно. И когда это, интересно, раньше?

В следующую секунду абсолютно все мысли покинули мою бедную голову. Незваный гость легко поднялся и расправил широкие плечи. Вокруг мощного силуэта замерцали серебряные искры, растворяя вполне себе современный мягкий свитер и синие джинсы, являя мне ту самую одежду, в которой я увидела его: шикарный темно‑синий камзол, расшитый серебром, плотные брюки, высокие сапоги, белая рубашка, длинные струящиеся до самой талии платиновые волосы, милые заостренные ушки и самое главное – крылышки. Настоящие мерцающие крылья! В немом восхищении осторожно подошла к фею и протянула руку в неконтролируемом желании коснуться, проверить, реальны ли они. По коже пробежались сотни иголочек, теплые, шелковистые, крылья трепетали.

– Вот черт! – пробормотала ошарашенно.

– Точно нет, – обиженно буркнул он, и все волшебство истаяло, возвращая мужчине прежний, вполне современный вид. – Я совершенно не похож на рогатых.

– Да это я от волнения! Конечно, не похож! – снова внимательно разглядывала подтянутую фигуру. – А уши? – прежде чем фейский принц успел мне что‑то возразить, уже отодвигала мягкие пряди, тщательно ощупывая вполне себе человеческое округлое ухо.

– Не смей их трогать! – рыкнул он, перехватывая и больно сжимая мою руку.

– Отпусти, – весь восторг мгновенно испарился, терпеть не могла мужчин, позволявших себе подобное.

Отошла на несколько шагов назад, снова принимая закрытую позу, и продолжила размышлять вслух:

– Допустим, ты действительно – волшебное существо, но почему ты был игрушкой?

– Это мое наказание, – зло скрипнул зубами фей.

– Я совершенно не удивлена, – его гордыни хватило бы, пожалуй, на десяток особ королевской крови в моем мире. – А сколько уже длится твое наказание и в чем его суть?

– Пятьдесят человеческих лет, – спокойно ответил Эрик.

– Невероятно! – ошарашенно посмотрела на него.

– Сильнейшая ведунья Совета десяти наложила проклятие. Быть мне обычным кусочком стекла, лишь под Новый год получая шанс на возвращение домой, – продолжил свой рассказ принц.

И хотя мне безумно хотелось подробностей, не каждый же день у меня на елке обнаруживается волшебное создание, но, видя, что воспоминания причиняют мужчине боль, не стала настаивать.

– Можно же как‑то снять проклятие? Должна быть какая‑то возможность? – подтолкнула замолчавшего фея.

– Ты права, только вот ни разу за все пятьдесят лет ни у кого не получилось, – ну нет, это я точно должна знать. – Неужели решил сдаться? Опустить руки?

– Сдаться? Опустить руки? Да что ты знаешь об этом, об одиночестве, человечка? – обидные слова сорвались с губ, а в голубых пронзительных глазах плескались океаны боли.

– Многое, – сухо ответила ему, и принц, растерянно моргнув, продолжил.

– Девушка, та самая, рядом с которой я оказываюсь, должна пожелать помочь мне. Если желание ее искренно, идет от сердца, то его силы хватит для открытия портала, – скептически подняла бровь, а условие‑то невыполнимое.

– Слушай, в вашей магии я совершенно не разбираюсь, но создать портал для обычного человека совершенно невозможно, – да, история выглядела откровенным бредом с точки зрения обыденной реальности, но можно было хотя бы попытаться помочь ему.

– Это не так. То, что вы перестали видеть, а, самое главное, верить в магию вовсе не значит, что ее нет в вашем мире, – с мягкой улыбкой принялся объяснять Эрик. Его надменное, холодное лицо совершенно преобразилось: колкий голубой взгляд стал нежным и мечтательным, да и весь он вдруг трансформировался из недосягаемого холодного божества во вполне земного, пусть и невероятно красивого, мужчину. – Неужели и ты не чувствуешь? – принц внезапно вскочил на ноги, ухватил меня за руку и потащил к елке. – Закрой глаза, – тихо шепнул, плотно прижимаясь к спине, аккуратно проводя моей ладонью по колючим иголочкам. – Вдохни глубже, – шепотом командовал он.